Вторая правда - Кендра Эллиот

– Мне следовало приехать туда на десять минут раньше. Тогда, возможно, все сложилось бы иначе.

– Хочешь сказать, ты задержался по какой-то причине? Только не говори, что в это время были пробки.

– Я ехал не из дома.

Наступило долгое молчание.

– Где же ты был? – В ее голосе послышался страх.

– Спал в твоем домике.

Мерси сделала глубокий выдох, ее напрягшаяся спина расслабилась.

– Почему?

– Я провел там несколько последних ночей. Из-за пожара в сарае выживальщика я забеспокоился, не станут ли целью поджигателя и другие постройки выживальщиков.

Мерси приобняла его и положила голову ему на плечо.

– Ты защищал мой труд… Как думаешь, странно с моей стороны считать, что это самое приятное, что для меня делали в жизни? – тихо спросила она, запнувшись.

Трумэн не ответил. Он поступил так не для того, чтобы сделать Мерси приятное, а потому, что заботился о ней. Этот домик со всем его содержимым – не просто итог многолетнего усердного труда, а часть ее души. Он помогал своей хозяйке сохранять рассудок и балансировать между двумя личностями. По мнению Трумэна, в том, чтобы провести там несколько ночей, нет ничего героического. До того, как Мерси уехала, они постепенно перевозили туда часть запасов из дома дяди Трумэна. Убитый Джефферсон оставил племяннику в наследство целую гору припасов, но они с Мерси решили, что лучше хранить их у нее. Подальше от всех.

В обычном доме запасов еды хватает на неделю. Жилище Мерси могло обеспечить хозяев всем необходимым, включая тепло, несколько месяцев.

Зерно, патроны и бинты – три кита выживания.

Однако Килпатрик была не просто выживальщиком. Она также занималась благотворительностью, помогая тем, кому меньше повезло в жизни. Многое из дядиных запасов было роздано нуждающимся семьям. Сама Мерси умела починить забор, построить сарай и даже отремонтировать двигатель. Ее избушка была битком набита учебниками по медицинскому делу, электронике, тактическому мастерству… всю эту информацию, как раньше считал Трумэн, всегда можно найти в Интернете. А если Интернет вырубится?

Теперь он даже держал в багажнике сумку с надписью «УПС»: Уматывай Подальше Скорее.

Люди постепенно меняются.

– Трумэн, ты не остановил бы стрелка. Не своди себя с ума, воображая, как бы ты поступил по-другому. Я знаю, ты подставил себя под пули, пытаясь помочь шерифам. Ты и так действовал выше всяких похвал.

Тогда почему мне нисколько не легче от этих слов?

– Я слишком осторожен? Это влияет на то, как я выполняю свою работу? – спросил Дейли.

– Слишком осторожен? Ты?

– Той ночью, когда погибла моя коллега Мадеро, я побежал за огнетушителем вместо того, чтобы оттащить ее в сторону…

– Хватит! – приказала Мерси.

Трумэн мысленно захлопнул дверь перед ужасными воспоминаниями, угрожающими вот-вот нахлынуть. Воспоминаниями почти двухлетней давности об одном вызове к горящей машине. Тогда, чувствуя вину, Дейли едва не бросил службу в полиции.

Мерси взяла его лицо в ладони и притянула к себе. Ее зрачки расширились, она просто дышала гневом.

– Ты устал и плохо соображаешь – и сам это знаешь. Надо выспаться. Утром ты посмотришь на все более трезво.

Его разум начал погружаться в узкий тоннель пессимизма. Тоннель, в котором он переосмысливал каждое принятое в жизни решение. Трумэн понимал, что такая скользкая тропа опасна, однако вырваться из ловушки никак не получалось. Мерси понимала, что у него в голове беспорядок, и знала, что ему нужно выйти из этого состояния.

– Спи, – велела она. – Без разговоров. Обсудим все утром, если захочешь. А теперь отправляйся в кровать.

Мерси не пришлось повторять дважды: Трумэн стянул джинсы и футболку и лег рядом с ней. От прикосновения к ее прохладной коже каждая клеточка его тела расслабилась. Мерси прижалась к нему и положила руку ему на щеку. Его напряженность почти исчезла.

Трумэн закрыл глаза и почувствовал, что засыпает.

– Мне нужно быть рядом с тобой.

– В таком случае ваше желание исполнено, – пробормотала она, уткнувшись ему в шею. Ее губы прижались к его коже.

– Мерси, я скучал по тебе.

– Я тоже.

– Не уезжай из города в ближайшее время, ладно? – пробормотал Дейли, с трудом подбирая слова: сон затягивал его все глубже.

– У меня нет никаких планов на отпуск, – полушутливо заметила она. – Тебе точно не нужно обезболивающе?

– Точно. Теперь все замечательно.