Серебряные крылья - Камилла Лэкберг

— Финансы. Банально, знаю. Финансист, потягивающий джин с тоником в баре «Кадиер».

— Да, немного банально. То есть — банально до ужаса.

— Просто затертое клише, если уж смотреть правде в глаза.

Шиллер улыбнулся ей, и в его лице произошла какая-то перемена. На мгновение он показался ей почти красивым.

— Совершенно нелепо, — согласилась Фэй и подалась вперед. — Давай поиграем в угадалки о типичном представителе финансового мира. Посмотрим, сколько у меня будет верных ответов.

— Валяй, — сказал он с веселой готовностью, в глазах сверкнула искорка.

— О’кей, начнем с простого… — Она наморщила лоб. — «БМВ»? Нет-нет, «Альфа-Ромео»!

— Бинго.

Он снова улыбнулся, и Фэй не смогла удержаться, чтобы не улыбнуться в ответ.

— Так-так, «Театральный погребок» не менее одного… вернее, не менее двух раз в месяц.

— Бинго.

— Далее вопрос, где ты живешь — в квартире или на вилле. Эстермальм или Юрсхольм. Или, может быть, в Сальтшёбадене? Да, думаю, у тебя вилла в Сальтшё.

— Снова бинго. Ты просто невероятно догадливая!

— Да, я такая. Но пока речь шла о вещах само собой разумеющихся. Дальше будет сложнее…

Фэй допила свой напиток, и Давид помахал Брассе.

— Заказать тебе еще такой же?

— Нет, теперь хочу попробовать напиток из матрешки.

Брассе кивнул и стал готовить заказ.

— Надеюсь, я не испортил того, что могло бы стать началом потрясающей истории любви. — Давид кивнул на Брассе.

— Да нет, я начинаю уставать от двадцатипятилетних, — ответила Фэй. — Они все такие сладенькие и восторженные…

— Сладенькие…

Давид засмеялся. Фэй вынуждена была признать, что ей нравится его смех.

— Ну что ж, продолжай угадывать. Пока ты во всем попала в точку. Немного тревожит то, что я такой ходячий шаблон.

— Так-так, дай подумать… Ты ведь точно занимаешься спортом. Борьба? «Фабрика атлетизма»?

— Точно. Мне там очень нравится.

— А какой вид борьбы?

— Бразильское джиу-джитсу.

— Само собой… Так, что еще? В последний год ты попробовал падел-теннис и теперь без ума от него?

— Бинго!

— Но твоя жена по-прежнему ходит играть в теннис на Королевский теннисный корт. Когда она свободна от верховой езды.

Давид приподнял брови.

— Бинго раз и бинго два… Уф, хватит, пожалуй, а то я начинаю чувствовать себя как «Фредди на солнечной стороне»^[6].

Фэй ухмыльнулась:

— Да, у вас и фамилия одинаковая. Кстати, какой марки у тебя садовый мангал?

Давид покачал головой и закрыл лицо руками, изображая притворный стыд.

— «Саммит S-670 GBS»^[7].

— Ну вот, видишь.

Получив свой напиток, Фэй осторожно пригубила его. У Давида засветился экран телефона — ему пришло смс-сообщение.

— Мой приятель уже здесь, занял место на веранде. Приятно было познакомиться… Фэй.

Когда он ушел, она обернулась к компьютеру и придвинула его ближе. От общения с Давидом у нее неожиданно улучшилось настроение, и она могла снова сосредоточиться на работе.

Тут на экране всплыло сообщение. От Керстин. Фэй как раз собиралась поднести бокал к губам, но ее рука замерла в воздухе. Куплен еще один пакет акций «Ревендж». Фэй сложила компьютер и попросила счет. Хорошее настроение бесследно улетучилось.

___

Пережженный кофе имел отвратительный вкус — как и всегда в аудиторской фирме «АКВ». Фирма занимала тесные и темные помещения, заставленные полками с папками, которые буквально лопались от бумаг. Однако Фэй и Керстин предпочли провести встречу в их офисе, а не в своем, куда более просторном и уютном. Разумнее всего пока не показывать своим сотрудникам, что что-то затевается. Как на иллюстрации, висевшей на стене у аудитора Эрьяна Биргерссона. Утка, которая плавно скользит по воде, а под водой остервенело работает лапками. Это в точности показывало, как Фэй чувствовала себя сейчас.

— Еще кофе? — с энтузиазмом спросил Эрьян, однако и Фэй, и Керстин активно замотали головами. На одну чашечку они из вежливости согласились, но никто не желал подвергнуть себя этому сомнительному удовольствию еще раз.

— Итак, каково ваше мнение?

Фэй подалась вперед, вглядываясь в лицо Эрьяна. Аудитор был низкорослый и седоволосый, с очками в тонкой стальной оправе. Глаза его смотрели живо, и все, связанное с цифрами, дебетом и кредитом, вызывало у него неумеренный энтузиазм.

— Ну, тут дело сложное! — радостно ответил он, и Фэй почувствовала, что скрежещет зубами.

У нее стоял вопрос о жизни или смерти. Она воспринимала «Ревендж» как живое существо — из плоти и крови, дышащее, пульсирующее. В «Ревендж» продолжала жить Крис. Жюльенна была частью «Ревендж». Керстин. Все те женщины, чьи раны и шрамы легли в основу «Ревендж». Все их истории жили в этой фирме. Но теперь нашлись и те, кто угрожал ее существованию.

— Керстин совершенно права. Если посмотреть внимательно на покупку акций, можно увидеть некий паттерн, так что многое указывает: за ними стоит один и тот же скупщик.

— Вы можете увидеть, кто за этим стоит? Есть ли какой-то общий знаменатель?

— Пока нет, на это потребуется время. Как бы то ни было, тот, кто скупает акции — индивид или предприятие, — свое дело знает. Я бы провел аналогию с мотком пряжи. Хаотичное нагромождение компаний и закупок. Не следуй они все единому паттерну, трудно было бы увидеть, что за ними стоит один скупщик. Паттерн их выдал. Керстин, как я уже говорил, это мастерски распознала.

Он подмигнул Керстин, и Фэй с изумлением уставилась на него. Керстин такое обращение не понравилось.

— Сделайте все от вас зависящее, чтобы собрать как можно больше сведений. Как можно скорее, — проговорила она самым корректным тоном.

Эрьян, кажется, не замечал этого, а продолжал стрелять глазами в ее сторону.

— Само собой, Керстин. Само собой. Здесь, в «АКВ», мы всегда делаем все от нас зависящее, а я, скажу без ложной скромности, — один из лучших специалистов в отрасли. Помню, например, заказ от Министерства обороны, когда…

— Каково положение на сегодняшний день? — прервала его Фэй.

Из собственного опыта она знала, что истории боевых похождений Эрьяна на почве аудита оказывались долгими и убивали в слушателях всякую искру радости жизни.