Имя - Смерть - Анна Малышева

Иван взял сперва фотографию, равнодушно на нее посмотрел, потом прочитал адрес.

– Как же я без машины? – спросил он.

– Машина не проблема. Может, и лучше другую взять, чтобы не примелькаться. Найдем. Сделай его, и передохнем. Прямо после дела катанем в Эмираты.

Позагораем, на верблюдов посмотрим, шашлык покушаем в пустыне. Ну как?

– Хорошо. – Иван закрыл глаза. – Шашлык из сайгачатины.

– Из чего?

– Из ничего. Так, задумался. А сюда уже не вернемся?

– Не стоит. Сниму другую хату. – Сергей вдруг рассмеялся. – Слышишь, нас, наверное, соседи везде за гомиков принимают. Два мужика живут вместе и никого им не надо.

– Станешь тут гомиком после этой Алии, – пробормотал Иван. – Начнешь от девчонок шарахаться.

Ну, уела она меня. Найти бы ее. Я бы с ней по-другому поговорил.

– Забудь об этой поганке! – посоветовал Сергей. – Она рано или поздно на нас нарвется! А машину мы найдем.

Иван лежал неподвижно, и было неясно – слушает он друга или уже спит. Вдруг он провел правой рукой по карману брюк. Еще раз, еще. Потом проверил левый карман.

– Ты что ищешь, Вань? – встревожился Сергей.

– Погоди ты! – Иван, не поднимаясь, прощупал карманы куртки и вздохнул:

– Ну, так я и знал. Нету.

Унесла.

– Что унесла? Она тебя еще и обокрала?

– Блокнот унесла. Я у нее записную книжку забрал, а она ее у меня вытащила, пока я на снегу корчился! Так она что – из-за книжки меня долбанула?!

– На черта тебе была ее книжка?

– Сам не знаю. Подразнить ее хотел. Узнать, кто у нее тут есть из друзей. А ей, видно, этого не хотелось. При тебе-то она побоялась напасть, выждала, когда мы наедине останемся. Да, не такая она простая, как я думал!

* * *

Ранним утром следующего дня коммерсант Хлопушин П.В., 1956 года рождения, москвич, был расстрелян из двух автоматов израильского производства в тот момент, когда снимал замок со своего гаража.

Несмотря на то что вокруг было довольно оживленное движение, убийцы беспрепятственно скрылись.

…В Дубае Иван окончательно пришел в себя. Голова больше не кружилась, и тошнота начисто прошла. Да и мало ли было в его биографии таких ударов! Только вот Алию он не забыл. Беспокоился, рвался обратно в Москву, пока Сергей не разозлился:

– Мы отдыхаем или нет?

– Отдыхаем, – отмахнулся Иван. – Только отдыхай не отдыхай, а машину я хочу найти.

– Приедем – поищем.

– Может, уже нашлась. Я позвоню матери.

Он позвонил ей с улицы, из автомата. Говорил минут десять и вернулся в тайский ресторанчик, где они с Сергеем обедали, с растерянным лицом.

– Как дома дела? – приветствовал его Сергей, отрываясь от аппетитных даров моря.

– Плохо. – Иван огляделся, но вокруг их столика русских туристов не наблюдалось. И все равно он понизил голос:

– Машина моя нашлась.

– Ну?! Поздравить можно?

– Рано поздравлять. Машина стояла возле метро «Автозаводская». Стекло разбито, магнитолу утащили, все поснимали, вплоть до ковриков. Ну, вообще все. Голая тачка осталась.

– Ну и фиг с ним, со стеклом, – утешал его Сергей. – Новое поставишь. Магнитолу жалко, но уж как-нибудь на новую разоришься. Долларов за шестьдесят купишь спокойно. Хотя бы и здесь! Главное – машина цела. А откуда ты все узнал? От матери?

– Ну да, к ней милиция приходила. Участковый и с ним еще какой-то тип. Спрашивали, где я, как меня найти. Мать, ясно, не знала, ничего не сказала. Я же ей не сообщаю, где живу. Это ментам не понравилось. Велели сразу, как я появлюсь, им сообщить. Взяли координаты всей родни.

– А что они заявились? – Сергей тоже огляделся по сторонам. – Против нас ничего нет.

– Есть. Машина.

– Твоя, что ли?

– Да. Держись за стол, не падай, говорю тебе! История простая. Предположительно из моей машины стреляли в одного типа. Мужик этот на телевидении работал, мать мне сказала где, но я уже не слушал.

Понял? Заказное убийство – явное! И его сделали из моей «девяточки». – Помолчав, он добавил:

– Я должен найти Алию. Мы летим домой. Я – сегодня ночью. Ты – через день. И там мы не встречаемся. Ты меня понял?

Сергей поник:

– Я же говорил, что эта поганка тебе устроит веселую жизнь… Пока это дело не кончится, работать мы не будем. А дальше что? За тобой теперь будут присматривать…

– Там видно будет.

…А назавтра Иван, впервые за последний год, явился домой. Ключей у него давно уже не было. Он нажал кнопку звонка и не отпускал ее, пока мать не открыла.

– Ванюша" ты?! – Она почему-то испугалась, увидев его.

– Привет, мам. – Он суеверно переступил порог с правой ноги и чмокнул мать в жирную от ночного крема щеку. – Уф! Чем это ты мажешься?

– Заходи, заходи. – Мать суетливо запирала дверь, прикладывала ладонь к губам, разглядывала сына. – Ты все-таки приехал…

– Ну, конечно.

– Есть будешь?

– Буду. – Иван чувствовал себя неловко в тесной прихожей. Ему почему-то казалось, что квартира стала меньше, чем была. И мебель какая-то неузнаваемая, и неприветливо смотрит большое зеркало на стене… И мать другая.

– Яичницу? – спрашивала мать, все еще не сводя с него испуганных глаз.

– С помидорами, мам?

– Сделаю. С помидорами, со свеженькими… Как ты любил…

Глаза у нее налились влагой, а он; сердито поправил:

– И до сих пор люблю. Не говори про меня как про покойника.

– Это я так, прости… Давно тебя здесь не было.

Я уже забыла когда…

– Вот пришел же!

Мать больше ничего не говорила. Гремела посудой, открывала воду, хлопала дверцей холодильника. Суетилась без толку, нервничала, все у нее валилось из рук. Она делала ему завтрак, а он, стоя у окна в тесной кухне, рассматривал двор, откинув занавеску. Знакомый двор, большой. Раньше напротив не было ничего, кроме пустыря. На этом пустыре они пацанами жгли костры, гоняли мяч, курили, присев на корточки и озираясь, не идет ли кто из взрослых… Хорошо тогда было, свободно. А теперь там стоят два новых высотных дома. Прежние дружки – где теперь они? Домовой, Ваньтяй, Косой? Теперь им всем по тридцать, здоровые мужики, женатые, наверное… И тополя во дворе здорово подросли. А за углом его школа – желтая, облезшая. Вон виднеется ограда.

– Садись, кушай! – позвала его мать. – Только руки вымой.