Колыбельная для маньяка - Наталья Александрова

Представился хозяин просто Валерием, без отчества.

Молодится, поняла Надежда. Хотя ему об этом беспокоиться пока рано.

Изнутри дом казался еще просторнее, чем снаружи. Внизу были холл, кухня и столовая, наверх вела лестница с резными перилами.

– Сам делал, – усмехнулся хозяин, – вот этими руками.

В холле был еще финский камин, по стенам развешаны рисунки, а над камином – большой пейзаж, как водится, на нем был изображен сад и сам дом.

– Какая красота! – Надежда Николаевна подошла к камину. – А кто же это рисовал?

– Это жена, – нехотя ответил хозяин, – наверх пойдете? Там две спальни, еще балкон открытый.

– Замечательно! – бурно восторгалась Надежда, хотя пейзажик был так себе – обычная любительская акварелька. – У вашей жены большой талант!

Хозяин никак не отреагировал на ее замечание. Пошли наверх. Спальни были обставлены простой, но удобной и новой мебелью. Не было никаких бабушкиных продавленных диванов и столиков, изъеденных жучком. Пахло деревом, с балкона открывался вид на участок и дорогу, а за ней было поле и вдалеке домики поселка. Спальню хозяев оживляли яркие занавески сложного кроя.

– Это ваша жена сама шила? – Надежда пощупала ткань.

– Ну да, кажется… – От внимательных Надеждиных глаз не укрылось, что хозяин слегка поморщился.

– Очень красиво… – пробормотала Надежда.

Хозяин пошел вниз, Надежде с Артемом ничего не оставалось, как последовать за ним. Они выразительно переглянулись за его спиной, и Артем чуть заметно пожал плечами – дескать, ничего у вас не выйдет, а я умываю руки.

Но Надежду не так просто было сбить с намеченной цели.

Бодрой рысью она обежала весь первый этаж, отметила вполне современную кухню, попросилась в ванную. Там, закрывшись, она тщательно исследовала содержимое шкафчиков. На виду стояла косметика только мужская – крем для бритья, лосьон, дорогая туалетная вода. И зубная щетка в стаканчике была только одна, и мочалка, и банное полотенце. Халата вообще не было, никакого. Уехала хозяйка, это точно. Причем уехала надолго, потому что если бы на день или два, то халат бы висел на гвоздике, и полотенце тоже. Вот бы узнать куда…

– А вот тут у нас веранда крытая, – нелюбезно сказал хозяин, – летом можно окна открыть, тогда воздух свежий и света больше.

Сейчас на веранде стояли плетеные кресла, на полу – яркий домотканый половичок, на стенах – забавные корни дерева. Вот один – в форме чертика с рожками, другой был похож на северного оленя. Корешки были тщательно вычищены и покрыты лаком, а у оленя были еще и глаза – темно-лиловые бусины. Надежда Николаевна не стала и спрашивать, кто автор этих произведений, – ясно, что Светлана.

Что ж, на вид ничего особенного, но вкус художественный у нее, несомненно, есть. И умение видеть, и трудолюбие. Дом и правда не такой, как у всех, за счет этих мелочей.

– А это что? – Надежда даже зажмурилась.

Вместо столика на веранде стояло что-то очень знакомое. Ну конечно, это же нижняя часть старой швейной машинки «Зингер»! У самой Надежды была такая на даче – осталась от бабушки, образца одна тысяча девятьсот тринадцатого года.

Помнится, бабушка рассказывала, что и в приданое-то ей машинка отдана была не новой. Бабушки давно не стало, а машинку Надежда с огромным трудом перевезла на дачу – чугунная станина была неподъемной, и каково же было ее изумление, когда после всех переездов тщательно смазанная машинка продолжала отлично шить! Нечего сказать, умели делать вещи в девятьсот тринадцатом году!

Здесь фигурную нижнюю часть машинки использовали как стол, а на столешнице было выложено целое мозаичное панно из синих, голубых, белых и лиловых кусочков стекла. Было тут и бурное море, и темное небо, и страшный дракон, поднимающийся со дна морского.

– Потрясающе! – с искренним восхищением воскликнула Надежда. – Неужели это тоже сделала ваша жена?

– Заказали по ее рисунку, – выдавил из себя хозяин, и в голосе его чуткая Надежда уловила явное недовольство. Только вот к чему оно относится – то ли ему неприятно, что Надежда неумеренно хвалит его жену, то ли противно о ней вспоминать, все же они развелись. Но куда все же она подевалась?

Из окна веранды был виден красивый куст – золотая листва и гроздья черных ягод, блестящих, как агаты. Надежда Николаевна была давним садоводом-любителем и узнала куст декоративной бузины. Она хотела бы иметь его в своем саду, но ягоды были ядовитые, и муж категорически ей это запретил, опасаясь, что кот Бейсик вздумает сорвать листочек. Кот у них был немолодой, умный и осторожный, но, как говорится, и на старуху бывает проруха. И муж наложил вето.

В доме больше было нечего делать, но Надежда не собиралась сдаваться. В саду она огляделась и заявила, что ей все нравится, но если они купят дом, то на участке придется кое-что переделать. У нее, мол, двое внуков, нужна детская площадка, так что придется переносить огород или кусты пересаживать.

– Мне бы хотелось с женой вашей поговорить, – прямо обратилась она к хозяину, – насчет того, какая земля тут, что сажать лучше, чем удобрять. Это ведь она садом занимается?

– Она сейчас в отъезде, – угрюмо ответил хозяин.

– А когда вернется? – живо спросила Надежда.

Валерий блеснул глазами и наткнулся на такой же твердый взгляд Надежды, которым она постаралась донести до хозяина, что приехала не в гости, не цветочками восхищаться, а дом смотреть на предмет покупки. А поскольку цена очень даже кусается, Надежда имеет право на любые расспросы. Не собачью будку покупает.

– Вернется… – ответил Валерий мрачно, – я точно не знаю когда, но вернется…

– Ну, тогда мы еще раз приедем! – решительно припечатала Надежда. – А сейчас поедем, Артем, нам еще два дома посмотреть надо!

Хозяин хмыкнул и даже не проводил их до выхода. Впрочем, ворота открывались автоматически.

– И чего людям не жилось? – вздохнула Надежда в машине. – Дом – полная чаша, удобства как в городе, красиво все так, никто не мешает – ни дети малые, ни старики ворчливые, живи себе на свежем воздухе в тишине и покое…

– Это вы, Надежда Николаевна, из роли не вышли или всерьез так думаете? – с насмешкой спросил Артем.

– А вот кстати, – спохватилась Надежда, – ты куда это едешь?

– Как – куда? К поселку, а потом на шоссе. И так уже сколько времени потеряли!

– Поворачивай! – сказала Надежда специальным «тещиным» голосом.

– Куда еще?

– Делай, что говорю! Ну что ты за торопыга! – возмутилась Надежда. – Говорила я Ленке, подумай, хорошо подумай, прежде чем с этим вертопрахом записываться, – так разве они матерей слушают?

– В прошлый раз вы вроде Таньку упоминали, – ехидно вставил Артем, – у вас что – дочерей много? Так я не многоженец, вы уж определитесь, на которой я женат…