Время легенд - Норма Бейшир

— Расскажите мне все, что известно о сенаторе Гаррисоне Колби.

— Сенатор Колби? — Уорнер рассмеялся. — Рассказывать особенно нечего. Он чист как младенец.

— А его личная жизнь?

Уорнер секунду глядел на Лайнда, потом попросил:

— Сначала объясни, почему он тебя так заинтересовал.

— Вы не читали вчерашних газет?

— Вчера я был на официальном приеме. Если бы не жена, я бы, разумеется, и не подумал пойти, — ответил Уорнер. — Так что же газеты?

— Создается впечатление, будто сенатор не хочет переизбираться. Только что умер его тесть, и Колби собирается вернуться в Нью-Йорк и заняться семейным бизнесом. У него международная банковская фирма.

— И ты думаешь, тебе удастся создать при его помощи надежное прикрытие, — заключил Уорнер.

— Может быть. Вы, вероятно, знаете, что у сенатора две красивые дочки. Они не замужем и даже не помолвлены.

— Да, — сказал Уорнер и задумался. — Я понимаю, к чему ты клонишь. Ты женишься на одной из девчонок Колби, и папаша устроит тебя на работу в свою фирму.

— Угадали, — с улыбкой ответил Лайнд.

— Отличная мысль. Я горжусь тобой, Джим. Ты, как всегда, продумал все до мелочей, — сказал Уорнер.

— Мне нужно узнать все, что возможно, о Колби — обо всей семье. Потом мне потребуется кто-нибудь из их близкого окружения, кто представил бы меня им.

— Проще простого, — заверил его Уорнер. — Гаррисон Колби — отпрыск хорошей, но небогатой семьи.

Он впервые стал сенатором двадцать с лишним лет назад благодаря финансовой поддержке отца Колин. Думаю, именно поэтому он счел себя обязанным продолжить дело почившего старика.

— Значит, миссис Колби происходит из состоятельной семьи?

— Одной из самых богатейших, — подтвердил Уорнер, кивая. — Можно сказать, сливки лонг-айлендского общества.

— А дочери? Что вы о них скажете? — спросил Лайнд.

— Ну… Старшая из них Фрэнсис, ей двадцать один или двадцать два. Только что окончила Вассар. Хорошенькая девушка, светловолосая, голубоглазая и, говорят, большая поклонница искусств. Ее младшая сестра Кэтрин — отчаянная смутьянка. Ее выгнали уже из трех частных школ и едва терпят в Уэллсли. Жизнь представляется ей одной сплошной вечеринкой. Супруги Колби очень беспокоятся о ней, и, по-моему, не без причины.

— Ясно, — задумчиво протянул Лайнд.

— На какую из них ты положил глаз? — осведомился Уорнер. — Или мне лучше не спрашивать?

— Отчего же? — Лайнд хмыкнул. — Полагаю, Фрэнсис Колби будет отличной женой для будущего преуспевающего банкира.

Вечером в четверг Гарри Уорнер позвонил Лайнду и велел прибыть к нему в кабинет в пятницу утром.

— Я нашел человека, который представит тебя Колби, — сказал он. — Я познакомлю вас завтра утром.

— Хорошо. Приеду.

Льюис Болдуин оказался одногодком Лайнда. Это был высокий привлекательный мужчина с волнистыми волосами и карими глазами. Больше всего он походил на богатого молодого ученого. Пожимая новому знакомому руку, Лайнд едва сдержал ухмылку, подумав, что тот наверняка тоже окончил какой-нибудь знаменитый университет на восточном побережье.

— Льюис работал в УСС, — сообщил Уорнер. — Он был во Франции в одно время с тобой, только южнее. В Провансе.

— Вы служили в УСС? — спросил Лайнд, не скрывая изумления.

— Вас это удивило? — отозвался Болдуин.

— Откровенно говоря, да.

— Помимо всего прочего, Льюис хороший друг семейства Колби, — добавил Уорнер. — В свое время он ходил в поклонниках Кэтрин.

— Вот как? — Лайнд вновь повернулся к Болдуину. — Вы хорошо ее знаете?

Болдуин улыбнулся.

— И даже очень, — ответил он, вынимая из кармана пачку сигарет и протягивая ее Лайнду.

«Вот они, академические замашки», — подумал Лайнд, но вслух сказал:

— Спасибо, не курю.

— С каких это пор? — осведомился Уорнер.

— Со времен войны во Франции, — ответил Лайнд, весело улыбаясь. — Это было слишком опасно. Всякий раз, зажигая спичку или выбрасывая окурок, я рисковал поднять что-нибудь на воздух.

— Колби не догадываются, что Льюис работает у нас, — продолжал Уорнер. — Они знают лишь, что он служил в армии и воевал во Франции — после высадки десанта в Нормандии.

— Я скажу им, что встретил вас на фронте и мы служили в одном взводе, — объяснил Льюис. — В глазах Колби мы должны выглядеть закадычными друзьями, и над этим придется тщательно поработать. Наши рассказы должны совпадать в самых мелких подробностях.

— Звучит вполне здраво, — согласился Лайнд. — А детали пусть разрабатывает Гарри.

— Я думаю, нам следует приступить к этому не откладывая, — сказал Болдуин. — Дело в том, что у нас не так уж много времени.

— Когда вы намерены представить меня Колби? — поинтересовался Лайнд.

— В следующую субботу, — ответил Болдуин, раскуривая сигарету. — Вы когда-нибудь слышали о загородном клубе «Лесное озеро»?

Лайнд покачал головой:

— Ни разу.

— Это один из самых изысканных частных клубов Вашингтона, хотя находится он в Джорджтауне, — продолжал Болдуин. — Практически единственный способ стать его членом — это родиться в одной из семей, которые его основали. Либо жениться на дочери одного из учредителей.

— Иными словами, это сборище консерваторов-аристократов, — заключил Лайнд.

— Весьма точное определение, — смеясь, сказал Болдуин.

Лайнду стало не по себе. Загородный клуб… роскошный ресторан… сливки общества. Ему предстояло вернуться в мир, который он отверг много лет назад.

Лайнд глубоко вздохнул.

— Ладно, приятель, — сказал он Болдуину. — Полагаю, нам пора начинать. Какие у вас планы на сегодняшний ленч?

Болдуин осклабился.

— Я встречаюсь со старым другом, — ответил он.