Темная ночь - Пейдж Шелтон

Ее попросили предъявить удостоверение личности. Документ, который та показала, был не на имя твоей матери, но полицейский попался сообразительный. Он внимательно смотрел, как она перебирала карточки в бумажнике, и обратил внимание на имя на другом удостоверении. Милисент. А в графе «Регистрация» – штат Миссури. Мэйджорс просила уведомлять ее, если в других штатах что-то заметят. И получила звонок из Джуно.

– Значит, это либо была сама Мил, либо у этой женщины ее удостоверение? Есть ее описание?

– Высокая, худая, около шестидесяти, темные кудрявые волосы.

– Похоже на Мил.

Грил нахмурился.

– Мэйджорс хотела предупредить меня и просила поговорить с тобой. Утром мне это не казалось срочным, но есть вероятность, что паром прибудет завтра, и я буду занят другими делами. Поэтому я решил рассказать тебе все сейчас.

Ветер завывал, заставляя весь дом скрипеть.

– Трудно представить, что завтра придет паром, – сказала я.

Грил пожал плечами.

– Метель должна утихнуть через пару часов, и можно будет плыть без риска.

Я уже видела, как резко здесь может поменяться погода.

– Насколько вероятно, что она вычислила, где я?

– Не знаю. Она ищет твоего отца уже много лет, но не нашла до сих пор.

– А меня найти смогла? – Грил понял, что я на самом деле имею в виду: если меня нашла Мил, сможет найти кто угодно.

И, конечно, я очень не хотела, чтобы это удалось одному определенному человеку.

Грил положил руку мне на плечо.

– Я просматриваю все списки пассажиров, Бет. Кроме того, у паромщиков есть фотография Уокера, я просил их быть настороже. Харвингтоны не станут брать на борт никого подходящего под описание. И дадут мне знать, если кто-то такой прилетит на другом самолете. Они позвонили мне, когда этот переписчик, Витнер, только сошел с парома и заехал в аэропорт. Он показался им подозрительным. Поэтому и живет у меня. Я хотел перестраховаться.

Я подумала о человеке, которого видела сегодня впервые, и нервно рассмеялась.

– До сегодняшнего дня я даже не знала, что он здесь. Не вижу никакого сходства с Уокером, кроме разве что возраста.

– Я просто пытаюсь сказать тебе, что за всем слежу. Пристально.

Фотография похитителя, которую я получила, была сделана при предыдущем аресте, не связанном с преследованием. Мне уже начало казаться, что я знала его лицо всегда. Оно было выжжено у меня в мозгу.

Если на то пошло, у Уокера и Витнера все же было кое-что общее, не только возраст: короткие русые волосы, примерный вес. Но я видела взгляд Витнера, и пусть во время разговора с Бенни в нем не было приветливости, в нем не было и жестокости, как у Уокера. Нет, это разные люди, в чем бы меня ни пыталось убедить мое воображение.

– Я ценю это, Грил.

– Я завтра пойду встречать паром, если он придет. Хочешь, чтобы я предупредил паромщиков, дал им описание твоей матери? Если скажешь, ее вообще сюда не пустят. Бет, если разговаривали действительно с ней, она может быть здесь уже завтра.

Мне было тяжело принять эту мысль, но я помнила, что с Мил возможно все. Какое-то время я раздумывала. Она правда пытается найти меня? Конечно, я не против увидеться, но нам с ней противопоказано быть рядом слишком долго. Хотя мне было любопытно. Что она делала, чем занималась? Как ей удалось… все?

– Нет, не надо. Она никогда не причинит вреда мне или кому-то еще в Бенедикте. До сих пор не могу поверить, что она так близко. Может быть, это просто странное стечение обстоятельств, которое обернется совсем не тем, чем кажется. Правда?

– Не уверен.

Я посмотрела на Грила. Мы просидели в молчании несколько долгих минут, каждый в своих мыслях. Меня накрыло волной усталости, и я поняла: то, что должно произойти, все равно произойдет. И не важно, буду я готова или нет.

– Пойду-ка я спать. Я встречу паром с тобой, если он придет, конечно. Если Мил Риверс направляется сюда, устрою ей торжественный прием, – наконец сказала я, уже сильнее веря в это.

Но она ведь не приедет, правда? Она не захочет привлекать внимание. Грил уловил сарказм в моем голосе, пожал плечами и кивнул, а потом налил себе еще кофе. А я пошла спать.

Глава пятая

Я проснулась, лежа ничком на полу. Было темно и холодно, и я не смогла сразу определить время. Где я нахожусь, я хотя бы знала. В своей комнате в Бенедикт-Хаусе. Но просыпаться на полу для меня не было нормой.

Я села и оперлась на матрас. Я упала с кровати? Не могла вспомнить, чтобы со мной случалось такое, и я не помнила падения. Я проснулась от холода, а не от удара об пол или боли.

В мыслях чуть прояснилось, я поднялась и забралась на кровать. Схватила часы с тумбочки – одноразовые телефоны сильно уступали смартфонам в том, что касалось будильников. Было около четырех утра: то самое время, когда ночь почти кончилась и снова засыпать бессмысленно, потому что через пару часов все равно вставать снова.

Я решительно прогнала растерянность. Нужно оценить ситуацию.

Мои голые ступни замерзли сильнее остального тела. Надо спать в носках. Я укрылась тяжелым одеялом и подтянула его к подбородку.

Белье тоже остыло. Похоже, меня не было в постели по крайней мере несколько минут. Скоро все снова нагреется.

Сколько времени я провела на полу? Печь в Бенедикт-Хаусе работала прилично, но воздух все равно был по-зимнему стылым, из щелей сквозило. Ноги не согревались.

Послышался звук, глухой удар, но я не смогла сразу определить снаружи или внутри что-то произошло. Новый удар выгнал меня из постели, я подошла к окну и отдернула штору.

Метель прекратилась, но темнота еще не рассеялась. Я ничего не могла четко различить без света.

Бенедикт-Хаус напоминал формой букву «Г», как городская площадь, и имел два этажа. В окно мне было видно другое крыло здания с комнатой Виолы. В сумраке я разглядела свет в ее окне, как и в комнате, куда она поместила Люси.

Звук снова повторился, теперь я была уверена, что исходит он из здания. Скорее всего, хлопали двери. Конечно, я неоднократно слышала, как они открываются и закрываются, но в этот раз явно происходило что-то еще.

Я включила лампу на тумбочке и сощурилась, пока глаза привыкали. Натянула толстые носки и сунула ноги в кроссовки. Надела вторые штаны, шапку и подошла к двери.

Я потянулась, чтобы открыть замок, и резко остановилась. Защелка была в неправильном положении. Я помедлила, раздумывая, не забыла ли я закрыть дверь. Это могло случиться, но не случалось на Аляске