Сглаз порче - не помеха - Дарья Калинина

Но уже на третьем курсе Политехнического института она вышла замуж за студента из Индии, а потом вместе с ним уехала к нему на родину. С тех пор известия от Таньки поступали нерегулярно, но касались исключительно прибавления в их семействе.

— Сейчас с ней живут трое ее детей, — сказала Мариша Днысе. — Самые младшенькие. А старших она оставила в Японии. Говорит, что везти их было бы слишком дорого. И потом, у них там свои интересы. Школа.

— А что, разве в Японии дети учатся и летом? — удивилась Анька.

— Не знаю, — помотала головой Мариша. — Таня по телефону сказала, что остальные дети не приехали, потому что ходят в школу.

По пути к Тане подруги закупили кучу игрушек и сладостей для детей. Но выяснилось, что детей сейчас нет дома. Они гостили у своей русской бабушки.

— Что у вас случилось? — спросила Таня — Из телефонного разговора я мало что поняла. Какое-то кладбище, какие-то японские рукописи. Вы что, в гробокопатели подались?

— Да нет, — смутилась Аня. — Просто так получилось..

Случайно у нас в руках оказалась шкатулка с бумагами.

— И что?

— В общем, мы не знаем, как вернуть эти бумаги хозяину. Может быть, ты переведешь, и тогда мы будем знать, кто он такой, — сказала Мариша.

— Как вернуть? — задумалась Таня, не спеша взять в руки бумаги. — Как взяли, так и верните.

— Надо же, — хихикнула Мариша. — Как это нам самим такая простая мысль в голову не пришла.

— Ты издеваешься? — уточнила Таня.

— Вовсе она не издевается, — заторопилась Аня. — Просто нам хотелось бы знать, что это за бумаги. Понимаешь, мы сломали замок, которым запиралась шкатулка.

— Тоже случайно? — спросила Таня. — Ладно уж, я же знаю, что вы аферистки известные. Давайте свои бумаги. Если смогу, то помогу.

Мариша протянула Тане несколько листов из шкатулки, и Таня погрузилась в их изучение. Через пятнадцать минут Аня с Маришей сочли, что молчание что-то уж слишком затягивается.

— Ну что? — спросила у Тани Мариша.

— Ничего не понимаю, — недоуменно наморщив лоб, ответила та.

— Что не понимаешь? — разозлилась Мариша. — По-японски написано или нет? Ты же сказала, что выучила японский язык, пока жила в Токио.

— Вроде бы написано по-японски, — ответила Таня.

— Что значит «вроде бы»?

— То и значит, — с досадой ответила Таня. — Что иероглифы в целом мне знакомы, но смысл из них не складывается. Полная ахинея.

— А тут? — спросила Мариша, протягивая Тане остальные листы из шкатулки.

В это время раздался звонок в дверь. Это прибыло семейство Татьяны. Все дети с радостным визгом набросились на гостинцы, бабушка, доставившая внуков, ус гало устремилась к плите, чтобы поставить чайник и просто немного передохнуть. Аня с Маришей еще чуток посидели у своей старой подруги. Но говорить о серьезных вещах или просто поговорить после возвращения детей не было никакой возможности. И подруги вскоре распрощались.

— Как она умудряется с ними справляться? — удивилась Аня. — И это если учесть, что в Японии осталось еще двое.

— А дети у Таньки хорошо воспитаны, — заметила Мариша.

— Да? — ужаснулась Аня. — Ты серьезно так считаешь?

— Ну, они не прыгали на нас с люстры, не забыли поблагодарить за подарки и не стали драться из-за них между собой. Они просто отправились в свою комнату и там играли. А то что очень громко при этом шумели, так это же дети.

— И куда мы теперь? — спросила Аня.

— Лично я домой, — вздохнула Мариша. — Танька обещала позвонить, как только переведет все бумаги на русский.

— Зачем нам это? — удивилась Аня. — Она же сказала, что там полная ахинея.

— Я просила ее сделать дословный перевод, — ответила Мариша. — Никогда не знаешь, когда и что может пригодиться. Что-то не нравится мне эта японская шкатулка в совершенно посторонней могиле.

— Ой! — воскликнула Аня. — Мы же с тобой так и не узнали, на чью могилу покушались ночью.

— И что ты предлагаешь? — невинно осведомилась у нее Мариша. — Поехать снова на кладбище?

— Но ведь сейчас там совсем не страшно, — ответила Аня. — И я хочу попытаться найти свое яйцо.

— Зачем оно тебе? — с досадой спросила Мариша. — И так ясно, что приворот не удался.

— Ну все равно не хочу, чтобы оно там валялось, — ответила Аня. — Понимаешь, на нем мое имя. И мне бы не хотелось, чтобы оно находилось на кладбище.

— Тут я тебя понимаю, — пробормотала Мариша. — Хотя все это суеверия. Но… Но ладно уж, поехали. Заодно, может быть, услышим что-нибудь интересное.

Но ничего интересного подругам услышать не удалось. На кладбище царили тишь и благодать. Никакой суеты или тревоги. Никто из родственников и знакомых не бегал и не возмущался варварским осквернением могил дорогих усопших. Подруги снова обошли кладбище и, словно в насмешку, сразу же нашли ту самую, нужную им, могилу благополучно усопшего Вальтера.

— Где были наши глаза вчера! — простонала Мариша, указывая на густой покров дерна и цветов, который устилал могилу.

— И где были наши головы ночью, — поддержала ее Аня. — Когда мы с тобой рылись в мягкой земле и ни одной из нас не пришло на ум, что могила немного не та.

— Пошли дальше, — скомандовала Мариша. — Нам нужна свежая могила. С венком.

Подруги пошли и вскоре нашли подходящую могилку. В темноте ее и в самом деле легко можно было принять за могилу Вальтера.

— Земля на ней разрыта, — сказала Мариша.

— Угу, — кивнула Анька. — Вижу. Это мы вчера ночью постарались.

— Не может быть, — усомнилась Мариша. — Посмотри, могила почти вся изрыта. Как будто бы тут поработала семья кротов. Мы с тобой просто физически не могли так перелопатить землю голыми руками.

— А ведь верно! — воскликнула Аня. — Значит, тут еще кто-то, кроме нас, поработал.

— Интересно, зачем, — задумалась Мариша. — Не иначе, как…

— И яйца моего нету, — озабоченно перебила ее Анька. — Должно быть, укатилось куда-нибудь. Постарайся вспомнить, куда оно у тебя укатилось?

— Куда-то туда, — вытянула Мариша руку в неопределенном направлении.

Аня досадливо цыкнула и полезла в траву. Немного помедлив, Мариша присоединилась к ней. Некоторое время подруги ползали по траве, пытаясь найти яйцо. От этого увлекательного занятия их отвлек чей-то голос.

— Что вы тут делаете? — раздался над ними мужской голос.

Подруги подняли головы и увидели над собой мужчину. Высокий, с густыми светлыми волосами, подстриженными в короткое каре. Мужчина был элегантно одет.