Язык небес - Стив Берри

— Какого черта ты все это натворил? — спросила она вместо приветствия. — Дэниелс вызвал меня в Овальный кабинет час назад и надрал мне задницу.

Рэмси не собирался ни оправдываться, ни добровольно признаваться в собственных ошибках.

— И почему же?

— Не разыгрывай передо мной саму невинность. Ты надавил на Аатоса Кейна, правда?

— Я только поговорил с ним.

— А он поговорил с президентом.

Адмирал сидел спокойно, с каменным выражением лица. Он знал Маккой уже несколько лет. Он изучил ее прошлое. Диана была осторожной и предусмотрительной. Характер ее работы требовал терпения. Но здесь и сейчас она была выбита из колеи. И Рэмси так и не смог понять почему.

Его мобильный телефон, оставленный на приборной доске, засветился, информируя о входящем сообщении: «Извини меня. Я сейчас недоступен». Мельком взглянув на дисплей и решив, что это может подождать, Лэнгфорд откинулся на спинку сиденья и сказал:

— А что в этом плохого, Диана? Я просто попросил помощи у сенатора. Или ты хочешь сказать, что больше никто не вступал в контакт с Белым домом и не пытался сделать то же, что и я?

— Я хочу сказать, что Аатос Кейн — совершенно другой человек, нежели ты думаешь. Что ты натворил?

— Не так уж и много. Он был взволнован, когда я с ним связался. Сенатор сказал, что я стану блестящей кандидатурой для Объединенного комитета начальников штабов. И тогда я лишь добавил, что очень благодарен за такую лестную характеристику и приму любую поддержку, которую он сможет мне предложить.

— Лэнгфорд, здесь только я и ты, поэтому оставь свою ложь для кого-то другого. Дэниелс обезумел от ярости. Он был возмущен участием Кейна в твоем назначении и в конце концов обвинил в этом меня. Сказал, что я играю на одном с тобой поле.

— В каком смысле? — Рэмси вопросительно поднял бровь.

— Когда мы виделись в последний раз, ты говорил, что у тебя есть влиятельные союзники. А потом, черт возьми, появляется Кейн и просит за тебя… Тогда я не поверила, каюсь. Я не хочу знать, как или почему ты это сделал, но я хочу знать, как Дэниелс связал меня с тобой. И почему я должна нести ответственность за твои, и только твои, интриги? При чем тут моя задница, черт возьми?

— И эта задница очень хороша, — усмехнулся Рэмси.

— И чем это может помочь мне?! — взорвалась Диана.

— Ничем. Просто правдивое наблюдение.

— Ты собираешься мне помочь? Я очень долго работала, чтобы занять эту должность, и не собираюсь терять ее из-за тебя.

— Что дословно сказал президент? — Рэмси было необходимо узнать это именно сейчас.

Она отмахнулась от его вопроса.

— Как будто я собираюсь тебе это сказать.

— А почему нет? Ты обвиняешь меня в какой-то ошибке, поэтому я хотел бы узнать, что сказал Дэниелс.

— Очень многое поменялось с нашего последнего разговора, и ко многому изменилось отношение, — обронила Диана.

Рэмси пожал плечами.

— Как мне помнится, ты тоже думала, что я буду отличным дополнением к Объединенному комитету начальников штабов. Разве рекомендовать президенту хороших людей, как советнику по национальной безопасности, — не твой долг?

— Хорошо, адмирал. Играй свою партию, будь хорошим солдатом. Президент Соединенных Штатов все еще вне себя, как и сенатор Кейн.

— Не представляю себе почему. Моя беседа с сенатором в основном была приятной, если не сказать дружеской. А президенту я даже слова не сказал, поэтому не могу понять, почему он на меня сердится.

— Ты собираешься на похороны Сильвиана?

Рэмси легко переключился на другую тему:

— Конечно. Меня попросили участвовать в почетном карауле.

— Ты заработал дополнительные очки.

Адмирал послал ей свою самую очаровательную улыбку и проговорил невинным тоном:

— Вообще-то я был тронут этой просьбой.

— Я пришла потому, что нам было необходимо поговорить. И вот сижу здесь, в припаркованной машине, как дура, потому что сама ввязалась…

— Ввязалась во что?

— Ты и сам чертовски хорошо знаешь, во что. Той ночью ты ясно дал понять, что в Объединенном комитете начальников штабов образуется вакансия. Но на тот момент ее еще не было!

— Ты что-то путаешь. Я помню, что все было немного иначе. Именно ты хотела поговорить со мной. Было уже поздно, но ты настаивала. Ты сама пришла в мой дом. Ты была обеспокоена из-за Дэниелса и его пренебрежительного отношения к военным. И тогда мы плавно перешли к Объединенному комитету начальников штабов. Разговор был очень абстрактным. Никто из нас не знал, что будет какая-нибудь вакансия. И уж точно не на следующий день. Смерть Дэвида Сильвиана — страшная трагедия и невосполнимая потеря. Он был прекрасным человеком, честным военным, но я никак не могу понять, как это все может связывать нас?

Диана потрясенно уставилась на Рэмси. У нее хватило выдержки спокойно произнести: «Мне надо идти. Удачного дня, адмирал» — и захлопнуть за собой дверь.

Рэмси и не пытался остановить ее. Он еще раз быстро прокрутил беседу в голове. Лэнгфорд был уверен, что не допустил ни одной ошибки, все было сделано на «отлично». Позапрошлой ночью, когда они разговаривали с Дианой Маккой, она была его союзником. В этом он был уверен. Но все изменилось. И он не был сильно опечален этим фактом.

Одернув пальто, Рэмси дотянулся до чемоданчика, лежавшего на заднем сиденье. Внутри был сложный прибор для выявления посторонних записывающих электронных устройств. Рэмси хранил один такой дома — и был полностью уверен, что так его никто не прослушивает.

Хоуви следил за стоянкой, используя серию охранных камер, установленных далеко отсюда. На телефон Рэмси пришло текстовое сообщение: «Ее машина припаркована в западной части. Доступ обеспечен. Записывающее устройство установлено». Монитор на заднем сиденье также послал сигнал, поэтому стала ясна последняя часть сообщения: «Она подключена».

Лэнгфорд вышел из машины и закрыл дверь.

Кто его предал? Это не может быть Кейн. Он слишком заинтересован в выгодах, которые получит от их союза, и поэтому не может рисковать даже гипотетической возможностью разоблачения. Сенатор знал, что предательство повлечет за собой быстрые и разрушительные последствия.

Нет. Это точно Диана Маккой.

* * *

Малоун смотрел, как Вернер отвязал Доротею от колонны и она сорвала скотч с губ.

— О чем ты думал? — закричала она. — Ты сумасшедший?

— Он собирался застрелить тебя, — сказал ее муж спокойно. — Я знал, что господин Малоун был здесь и у него был пистолет.

Все внимание Малоуна было обращено на верхнюю галерею, где все так же стояли Изабель и Ульрих Хенн.