Зеркало Дракулы - Наталья Солнцева

– Заблудился?.. Не понимаю…

* * *

Ирину доставил домой тот самый таксист, который возил ее на кладбище. Так совпало. Все дорогу он скалился и балагурил, но пассажирка его не слушала.

– Если захотите еще раз проведать подругу, я готов, – сказал он ей на прощание. – Вот мой телефон.

На картонной визитке была изображена фигурка дракона и номер сотовой связи.

– Спасибо, не надо, – вежливо отказалась женщина.

Поднявшись в квартиру, она обнаружила дверь приоткрытой, с опаской переступила порог и позвала Илью. В ответ – молчание.

Дрожа от страха, Ирина прошла вперед и заглянула в гостиную, где горел свет. Илья лежал на диване под пледом, рядом на полу валялись его спортивные штаны и грязные кроссовки.

Она выдохнула и коснулась ладонью его влажного лба. Жара не было. Но Илья тяжело дышал и беспокойно ворочался.

– Проснись, – прошептала Ирина, опускаясь на краешек дивана. – Мне плохо. Я запуталась…

Он приоткрыл глаза и с недоумением уставился на нее.

– Ты?..

– А кого ты ожидал увидеть? Своего дружка Корнея? Где вы были?

– На кладбище… кажется… – растерянно пробормотал Илья. – Мы следили за Дмитрием… и стали свидетелями настоящей бойни!.. Потом он привез меня домой… в карете…

– Кто?

– Корней… или Макс… я точно не помню. Откуда взялся Макс, если…

– Господи, ты совсем рехнулся! – простонала она. – Какой Макс? Какое кладбище?.. Я была там! Могила не тронута! Я никого не видела, ни Дмитрия, ни полиции… никого!

– Ты не ошиблась?

– Я прочитала табличку… ошибки быть не может.

Илья долго лежал молча, глядя в потолок и пытаясь сообразить, что с ним произошло. Неужели, он заблудился в особняке Брусницыных и… Не может быть!

– Зеркальный коридор… – вырвалось у него, но он вовремя опомнился и решил не торопиться с выводами.

– Я принесу тебе чай, – сказала Ирина. – После болезни ты сам не свой. Я тоже хороша, пошла у вас с Корнеем на поводу… И вот, что! Хватит с меня петербургских тайн! Завтра же уезжаем в Москву. Ты сможешь вести машину?

– Думаю, да.

– Если не сможешь, наймем водителя. Я здесь ни на день больше не останусь! И еще: ни слова о Брусницыных, вампирах и маньяках! Умоляю! Обещаешь?

– Конечно, дорогая…

Заключение

После возвращения Аня совершенно примирилась с дядей. Варила ему кашу, делала уколы и натирания, ставила компрессы, читала вслух его любимую сибирскую травницу.

– Что с тобой? – удивлялся старик. – Ты как шелковая.

– Просто я поняла, что ближе вас с мамой у меня никого нет.

– Давно бы так…

На третьи сутки ухода за больным ее эйфория плавно перетекла в депрессию. Чтобы встряхнуться, девушка решила сделать в квартире генеральную уборку.

Дядя восторженно наблюдал, как она трет, моет, пылесосит, и не мог нарадоваться.

– Вижу, ты взялась за ум! – одобрительно улыбался он.

– Пора бы уже… Мне скоро двадцать пять стукнет, а я все дурочку валяю.

К вечеру Аня добралась до антресолей, шкафов и комода. Навести порядок на полках, перебрать вещи, выбросить все лишнее, отслужившее свой век, она собиралась с тех пор, как дядя слег. Да руки не доходили.

В ящике письменного стола она наткнулась на небольшую запечатанную бандероль. Отправителем была указана… В. К. Радкевич.

– Что это? – спросила Аня, показывая дяде бандероль.

– Ой, не спрашивай!.. Запоздалая посылка от Верочки, – со скорбным видом ответил тот. – Я решил не распаковывать. Плохая примета! Где-то за день до твоего приезда позвонили с почты и сказали, что бандероль при разгрузке завалилась куда-то, они не заметили, а после уж нашли. Я, разумеется, возмутился, они извинились. Ну, я попросил Глашу получить… А когда она бандероль-то принесла, мне к ней даже прикасаться не захотелось. В общем, выбрось…

– Как же так? – поразилась девушка. – Человек тебе что-то прислал, а ты выбросишь?

– Мертвый человек, дорогуша. Покойник! Вернее, покойница. Зачем мне подарки с того света?

– Я думала, ты любил Веру Карловну…

– Ее больше нет! И баста!

– Ладно, выброшу, – согласилась Аня, продолжая играть роль прилежной и заботливой сиделки. – Сейчас пойду мусор выносить и бандероль прихвачу.

– Сделай одолжение, – сварливо отозвался старик.

Она вышла в коридор, подумала… и втихаря распаковала посылку. А вдруг, там что-нибудь ценное? Не выбрасывать же добро?

Внутри свертка оказалась довольно крупная объемная подвеска в форме рыбки, покрытая фальшивой позолотой.

– Тьфу! – разочарованно прошептала девушка. – Ну и подарок! Судя по всему, прощальный…

Эта мысль заставила ее внимательно присмотреться к «рыбке». Уж больно та пузатая. Вооружившись ножом, Аня вскрыла «рыбке» живот и обнаружила камень, похожий на глаз. Белый отшлифованный кристалл с черным вкраплением вместо зрачка.

– Ого!.. Интересно!

Она поднесла камень к свету, и вздрогнула: зрачок наполнился рубиновым сиянием, согревая ей пальцы…

На другом конце города Илья Самбуров сидел за ноутбуком, дописывая сюжет сценария. Это была темная и жуткая история, навеянная поездкой в Питер, Брусницынскими хоромами и средневековым оккультным Орденом. В самый разгар работы ему позвонил Дубинин.

– Мы можем встретиться? – спросил тот. – Хочу кое-что обсудить.

– К сожалению, не получится. Я уже дома, в Москве. Пишу в поте лица. Сроки горят.

– Жаль…

– Извини, старик, что не смог попрощаться с твоей женой. Как идет следствие?

– Да никак. У нас еще новость: капитан Филиппов, который был тогда с Люсьеной на экскурсии, пропал.

– В смысле? – опешил Илья. – Что, значит, пропал?

– Бесследно, – глухо проговорил в трубку Дубинин. – Он был самый завзятый профи, в хорошем смысле слова. Теперь вообще дело спустят на тормозах. Ходят слухи, что маньяк расправился с Филипповым и прикопал его труп где-то в промзоне. Полиция ищет, но без толку.

– С ума сойти…

– Видно особняк на Кожевенной и правда проклятый!

Дубинин нажал на кнопку отбоя, а Илья невольно вспомнил сцену на кладбище, которая ему привиделась в бреду. А может, то был не бред? Но существующий способ подтвердить или опровергнуть свои сомнения пугал его именно результатом. Не лучше ли оставить все, как есть?

Побродив по квартире из угла в угол, он позвонил Ирине и пригласил ее поужинать вместе сегодня вечером. Она отказалась.

– Хочу побыть одна, в здравомыслии и покое.

Илья решил не настаивать. Пройдет несколько дней, Ирина соскучится и согласится встретиться. Так уже случалось.

– Здравомыслие, – пробормотал он, разглядывая себя в зеркало. – Что это, как не разновидность безумия? Тогда, по логике вещей, безумие – разновидность здравомыслия. Мне нравится этот вывод!..

Примечания

1

Рустам Хамдамов – 1944 г. рождения, советский и российский кинорежиссер, сценарист