Молчание греха - Такэси Сиота

Они вместе поступили в одну и ту же среднюю школу, но стали ходить туда отдельно друг от друга, чтобы не давать одноклассникам повод для насмешек. В это время Юми увлеклась изучением английского языка, а Такахико начал рисовать маслом. Каждый из них нашел себе занятие по душе, и теперь они мельком видели друг друга на занятиях в школе и на клубных мероприятиях, но если сталкивались около дома, то сразу же шли вместе в кино или художественный музей. Они не считали это свиданиями, но, во избежание разговоров среди одноклассников, старались встречаться так, чтобы их никто не видел, обменивались записками и постепенно начали понимать, что вокруг нет других мальчиков и девочек, которые бы так хорошо ладили. И что эти отношения очень ценны.

Осенью третьего года обучения в средней школе до него дошел слух, что Юми признался в любви мальчик из ее класса. Этот мальчик не был другом Такахико, но он был хорош собой и походил на актера Муга Такэваки. В тот день Такахико не мог найти себе места и сидел без дела. Он рано ушел из художественного кружка, но и в своей комнате не мог ни на чем сосредоточиться, пытаясь рассматривать книги по искусству или рисовать. Перед его воображением возникали реалистические сцены, в которых Юми и тот школьник шли рука об руку или касались друг друга губами в пустой комнате…

До тех пор он думал, что Юми всегда будет с ним, однако, когда столкнулся с критической ситуацией, забеспокоился, что их отношения были крайне хрупкими, что они ни на что не опирались и что существует огромная разница между детской дружбой и любовью. Он не мог усидеть на месте.

Нет, на самом деле он уже давно осознавал свои чувства. Но боялся о них говорить, думая, что все и так хорошо. А вдруг если он скажет, то узнает, что его любовь безответна? Потеря будет громадной. И он предпочитал ничего не делать.

Однако ситуация уже не позволяла этого. Для Такахико Юми была незаменимой женщиной.

Перед ужином он уже больше не мог вытерпеть и решил зайти в дом через дорогу. В этот момент зазвонил домофон.

– Такахико! Юми-тян!

Между ними часто случались моменты, когда они начинали верить в телепатию. Много раз он покупал книги и пластинки по искусству, которые, как ему казалось, должны понравиться Юми, и она покупала такие же для Такахико. Такахико решил, что сейчас самое время быть честным с самим собой.

Юми стояла, держа в руках большую тарелку с темпурой. Семья Кихара часто делилась с ними угощениями.

– Корни лотоса, хрустящие и вкусные. Обязательно попробуй.

Сказав это, Юми сразу же развернулась. Она всегда так делала, принеся подарок, но сегодня ему почудилась в этом какая-то холодность. Такахико больше не мог этого выносить и хотел окликнуть Юми, но боялся услышать ответ и не мог издать ни звука.

Подойдя к своему дому, Юми повернулась, держа руки за спиной. Некоторое время она смотрела в лицо Такахико.

– Я сказала ему «нет».

Такахико с облегчением присел на месте. Он был на грани слез, поэтому опустил голову и надавил на нижнюю часть живота, чтобы сдержаться.

– Я сегодня целый день ничего не мог делать… А что, если б ты сказала «да»? – сказал он, наконец поднимаясь с тарелкой темпуры в руках.

Юми кивнула и рассмеялась.

– Не беспокойся, всё в порядке.

Они помахали друг другу, и Юми вошла в дом.

Такахико понял, что она имела в виду, и с облегчением посмотрел на небо, где зажглись первые звезды. И снова подумал, что никому не отдаст свою Юми.

Для интровертного Такахико это было тяжелое испытание, и он не хотел больше так страдать. Однако возникла серьезная проблема, которая поставила под угрозу светлое будущее мальчика.

Его старшего брата Масахико арестовала полиция.

* * *

Когда белье было сложено, Такахико пошел работать. Одна из комнат в их трехкомнатной квартире служила ему кабинетом и мастерской. Крупные работы он хранил в студии, взятой в аренду в школе, в которой преподавал, а те, что поменьше, – здесь, в съемной квартире.

Книжная полка, занимавшая почти всю стену, была плотно заставлена книгами по искусству, технике живописи, философии, а также фотоальбомами и комиксами.

Среди них Такахико нашел книгу, которую он купил в букинистическом магазине, но пока не читал. История о человеке, которого обвинили в воровстве, после чего он пустился в бега и вместе с женой тринадцать лет ездил по разным странам Азии и Европы, а в итоге стал очень популярным художником в Греции.

Такахико было известно содержание книги, которую он никогда не читал, потому что в ней описывалась реальная история. После длительных скитаний мужчина вернулся домой и был арестован. Его приговорили к тюремному заключению, и Такахико не знал, вышел художник из тюрьмы или нет.

Несмотря на клеймо судимости, Такахико завидовал этому человеку. Он стал популярным художником, не окончив художественную школу и не вступив в организацию, проводившую выставки. Сила свободы была упоительна.

Он вернулся в гостиную с книгой, сел, скрестив ноги, и начал читать. Юми сидела рядом с ним и листала журнал. Такахико нравились эти тихие моменты. Они вдвоем провели так много времени вместе, что молчание тоже было комфортным. Даже когда они ни о чем не говорили и читали книги разных жанров, ощущение постоянной связи между ними не исчезало.

Такахико поставил два стакана на кухонный стол и налил холодного ячменного чая. Вернувшись, он поставил один перед Юми, выпил свой и тихо вздохнул.

– Ну, как вчера?

Все, что касалось ее мужа, Юми видела насквозь. Такахико кивнул и начал рассказывать о вчерашней встрече, попутно приводя свои мысли в порядок.

В одном из токийских ресторанов собрались четверо – Амати, Мацумото, крупный арт-дилер из Гиндзы, который продавал их работы, и Такахико, исполнявший роль прислуги. Разумеется, речь шла о подготовке к выборам. При подсчете голосов, которые могут подать за Амати и Симуру, оказалось, что шансы у них практически равны. При хорошем раскладе у Амати получалось преимущество в два голоса, при плохом – Симура обгонял его на один голос. Поскольку до голосования оставался всего месяц, главным сейчас было привлечь на свою сторону неопределившихся.

В ходе разговора Амати не уставал критиковать Хорина Китани.

– Что меня больше всего злит, так это его жена. Она пытается выставить