Опасный след - Нора Робертс

Она очнулась в кромешной тьме, не в силах ни пошевелиться, ни заговорить. Голова пульсировала, как открытая рана, тошнота накатывала волнами. Сбитая с толку, испуганная, она попыталась освободиться, но руки остались связанными за спиной, ног она вообще не чувствовала, словно их парализовало.

Она могла лишь извиваться и бороться за каждый вдох.

Ее глаза были широко раскрыты, но она ничего не видела, зато слышала гул, ровный, мощный, и подумала — в новом приступе паники, — что попала в пещеру какого-то дикого зверя.

Нет, нет. Это мотор. Автомобиль. Она в автомобиле. В багажнике автомобиля. Мужчина. Мужчина на дорожке.

Она увидела эту картину очень ясно: яркое утреннее солнце, небо, подернутое голубой дымкой, — фон для богатых красок осени. В воздухе намек на осеннюю пряность, как легкий привкус на языке.

Ее мышцы разогревались. Она чувствовала себя такой расслабленной, такой гибкой. Такой сильной. Она любила головокружительное ощущение, будто ты одна в целом мире цвета и пряных ароматов. Только она, утро и свобода, дарованная бегом.

А потом появился тот мужчина, бегущий трусцой ей навстречу. Подумаешь, ничего особенного. Они разминутся, и мир снова будет принадлежать ей одной.

Однако… он споткнулся? Упал? Остановилась ли она на секунду, чтобы помочь ему? Она не могла вспомнить. В этом месте картинка расплывалась.

Но она видела его лицо. Улыбку, глаза — что-то мелькнуло в тех глазах за мгновение до боли:

Боль. Словно удар молнии.

Ритм движения изменился. Дно багажника под ней завибрировало. Съехали на ухабистую дорогу, — в затуманенном мозгу лениво зашевелилась мысль.

Она подумала о предупреждениях дяди и Грега. Не бегай одна. Держи палец на тревожной кнопке. Будь бдительна.

Она пропускала их советы мимо ушей. Что могло с ней случиться? Почему что-то должно было случиться с ней?

Но случилось. Случилось. Ее схватили.

Все те девушки… девушки, фотографии которых она видела в газете. Мертвые девушки, которых она жалела… а потом забывала о них и жила своей жизнью.

Теперь она будет одной из них? Одной из мертвых девушек в газете? В теленовостях?

Но почему? Почему?

Она рыдала, билась и визжала. Но все звуки глушил скотч, запечатавший рот, а от резких движений только глубже врезались в кожу веревки. И она почувствовала запах собственной крови и пота.

Запах собственной смерти.

Она очнулась в темноте. В капкане. Крик рвался наружу, обжигая горло, но она подавила его, когда почувствовала обвивающую ее руку Саймона, когда услышала ровное дыхание — его и собаки.

Однако паника уже запустила щупальца в ее грудь, забралась под кожу, а крик, не нашедший выхода, пронзал голову.

Прочь! Прочь! Прочь!

Она протолкнулась к клапану, рванула его и выползла из палатки. Холодный влажный воздух ударил ее по лицу.

— Постой! Эй! Постой!

Саймон схватил ее за плечи, но она оттолкнула его.

— Нет. Нет. Просто подышу. — Гипервентиляция. Она это знала, но не могла остановить приступ. Словно тяжелый камень навалился на грудь, а в голове поплыли длинные тошнотворные волны. — Не могу дышать.

— Можешь. — Саймон крепче сжал ее плечи, поднял ее на колени и резко встряхнул. — Дыши. Смотри на меня, Фиона. На меня. Дыши! Ну же!

Она судорожно втянула глоток воздуха.

— Выдохни. Делай, как я говорю. Выдохни, вдохни. Медленнее. Медленнее, черт побери.

Она изумленно уставилась на него. Да кто он такой? Что он о себе возомнил? Она пихнула его в грудь, но словно наткнулась на стену, а он снова встряхнул ее. И она задышала.

— Продолжай. Богарт, сидеть. Сидеть. Вдох и выдох. Смотри на меня. Вдох и выдох. Молодец. Продолжай.