М - значит молчание - Сью Графтон

Когда я вошла, Кремер обрабатывал супружескую пару. Он был таким асом в торговле, что казалось, они вообще плохо понимают, что происходит. Он дал ключи Винстону и почти с отеческой гордостью наблюдал за тем, как тот прошел с покупателями на испытательную дорожку. Потом заметил меня и тепло приветствовал, возможно, думая, что я наконец созрела для покупки.

— Я здесь для того, чтобы проверить вашу память, — сказала я. — Я хочу знать, кто в 1953 году владел черным пикапом «шевроле» последней модели.

Он улыбнулся:

— Половина мужчин в городе. Пройдемте в мой офис, и я проверю.

— Неужели у вас есть данные того времени?

— У меня данные с 1925 года, с тех пор как я занялся этим бизнесом.

Я поднялась по лестнице и последовала за ним в офис. Он открыл дверь и провел меня в архив, такой же большой, как и его офис. Вдоль трех стен стояли шкафы, на каждом ящике была наклейка с датой и маркой машины.

— Потрясающе! — восхитилась я.

— Я объясню вам, зачем храню все это. Каждая машина, которую я продаю, помогает мне в будущей продаже. Когда приходит клиент, я беседую с ним о его машинах и сравниваю их с последней моделью. Говорю о недостатках и преимуществах. Мне доверяют, потому что я оперирую фактами, и я сверяюсь с картотекой, до того как клиент вошел. Если владелец машины умер, я разговариваю с его сыном, мы делимся воспоминаниями о его отце, и бывает, он покупает у меня новую машину.

Я рассказала ему о том, что поведал мне Тай, не упоминая его имени и подробностей. Креймер посмотрел на меня с интересом.

— Значит, вы говорите, что этот парень узнал машину, потому что у его отца была в 1948 году такая же модель?

— Именно так. И она не могла быть выпущена позднее 1953 года, потому что модели 1954 года появились только в июле.

— Вы правы. Значит, эта машина была выпущена между 49-м и 53-м годами. Это несложно выяснить. Присядьте, и я посмотрю, что у меня есть. Вот шоколадное печенье, угощайтесь, если хотите. Его испекла моя жена. Она потрясающе готовит.

Печенье и в самом деле было необычайно вкусным, и я съела несколько штук, пока ждала Чета. Через пять минут он вернулся в комнату со стопкой папок.

— Я пользуюсь перекрестными ссылками. Здесь указаны имя покупателя и тип машины, которую он купил у меня раньше. Я не применяю цветовой код, но могу найти контракт на любую машину, которую продал. В руках у меня данные о продаже улучшенных моделей «шевроле» за 1949–1953 годы.

Он дал мне лист бумаги, ручку и две папки, а сам взял остальные три. Мы просматривали контракт за контрактом, обращая внимание на цвет пикапа и записывая фамилии всех, кто купил черный. Спустя двадцать пять минут у каждого из нас было по списку покупателей. Он встал, снял копии с обоих и дал мне.

Я пробежала глазами фамилии.

— Я никого из них не знаю.

Он пожал плечами.

— Машину могли перекрасить.

— В таком случае мы не сможем найти владельца.

— Возможно, этот человек угнал ее у кого-нибудь. В то время многие не запирали машины, да и ключи оставляли в замке зажигания.

— Ну что ж, простите, что я отняла у вас столько времени. Вы не поможете мне еще разочек?

— Готов, если смогу. Но я не слишком сведущ в вопросах, не связанных с моей работой.

— Понимаю. Я тут рылась в бумагах и наткнулась на нечто странное.

— На что именно?

— На завещание Хейрла Тэннера. — И я рассказала Чету подробности.

— Я ничего не слышал об этом. Похоже, что старик был на что-то очень рассержен. Интересно, на что?

— Я думаю, что у Виолетты с Джейком была интрижка, и он об этом узнал.

Чет нахмурился:

— Я этому не верю.

— Чему именно? Тому, что у них была интрижка или что Тэннер узнал об этом?

— О Виолетте и Джейке. Я не могу даже представить такое.

— Почему нет? Джейк, должно быть, был красив. Я хочу сказать, что он и сейчас неплохо выглядит, и представляю, каким он был в молодости. Его жена умирала от рака матки, так что их сексуальная жизнь, сами понимаете… Если он встретил в «Луне» Виолетту, да еще оба немало выпили, неудивительно, если они запали друг на друга. Судя по всему, она не пропускала ни одного мужчины. — Я настолько увлеклась, что не сразу обратила внимание на его реакцию. Увидев выражение его лица, я осеклась — Боже, ведь он женат на располневшей копии Виолетты. У него самого был неограниченный доступ к пикапам, и неизвестно еще, где он был во время убийства. Какая же я дура! Сижу тут, выкладываю ему собранные мной улики, когда он и сам может быть потенциальным убийцей.

— Продолжайте, — сказал он.

Я дала задний ход:

— Это все. У меня нет никаких доказательств. Я думала, что вы слышали подобные сплетни.

— Я не слышал, и меня бы очень огорчило, если бы я узнал, что это правда. Мэри Хейрл была очаровательной женщиной, и если Джейк ее обманывал, ему должно быть стыдно.

— Прошу вас, никому не рассказывайте о моих догадках. Это просто предположение, и я не хочу, чтобы о Джейке сложилось плохое мнение, если он невиновен.

Он резко выпрямился и жестом указал мне на дверь.

— А теперь мне надо вернуться к работе. У меня много дел.

— Конечно. Извините, что задержала вас. Спасибо за помощь. — Мы пожали друг другу руки через стол. Выходя из офиса, я оглянулась и увидела, что он буквально окаменел.

Я спустилась по большой лестнице на первый этаж в демонстрационный зал. Мне хотелось побеседовать с Винстоном и узнать, верит ли он, что между Виолеттой и Джейком была любовная связь. Он сидел в своем офисе, но был так погружен в телефонный разговор, что даже не поднял головы. Я вышла на парковку, отперла машину, села за руль и потянулась к зажиганию, когда меня вдруг осенило. В течение всех этих дней у меня было ощущение, что я упускаю нечто важное, но никак не могла понять, что именно. Теперь внезапно, абсолютно спонтанно до меня дошло — собака!

Когда я подъехала к дому Дейзи, ее машина стояла на подъездной аллее. Я достала было ключ из-под цветочного горшка, но тут же положила его обратно. Вместо того чтобы войти без предупреждения, я вежливо позвонила и подождала на крыльце, пока она откроет. Взглянув на нее, я поняла, что что-то случилось. Она все еще была в рабочей одежде. Ее бледное лицо приобрело землисто-серый оттенок, а в глазах читалось страдание. Было непохоже, что Дейзи плакала, но она явно пережила шок.

— В чем дело?

Она зажала рот рукой и покачала головой. Потом как лунатик прошла через комнату и опустилась на краешек кресла. Я закрыла за собой входную дверь и села на тахту, почти касаясь своими коленями ее.

— Вы можете объяснить мне, что случилось?