Мертвецкая - Линда Фэйрстайн

Майк вошел, когда я уже вешала трубку. Он взял телефон, позвонил в отдел информации и спросил ресторан «Майклз». Автомат соединил его напрямую — окружному прокурору это обойдется в лишние тридцать центов.

— Доброе утро. Это Джейк Тайлер, новости «Эн-би-си». Я звонил вчера вечером, чтобы заказать столик.

— Он хотел столик в алькове, под окном, — шепотом подсказала я Майку.

— Да, да, он самый. Он мне не понадобится. Буду признателен, если вы отмените мой заказ. — Он повесил трубку, снял пальто и бросил его на стул. — Тебе лучше? По крайней мере, когда он явится туда со своим таинственным источником, места для них не будет.

Телефон зазвонил снова, и Майк снял трубку.

— Привет, Джейк. — Он вопросительно посмотрел на меня.

Я одними губами произнесла: «Нет».

— Нет. Я ее не видел. Думаю, она переночевала у Дэвида и Рене. Ты здорово ее разозлил, приятель. Но ничего такого, что нельзя исправить тремя дюжинами желтых роз и ползаньем на коленях в грязи. О, еще местонахождение девицы, которую укокошили в эти выходные. Перезвони, когда у тебя это будет, Джейк. Как только она придет, я передам, что ты просил позвонить.

Майк нажал кнопку, и связь разъединилась. Не успел он положить трубку на место, как телефон зазвонил в очередной раз.

— Кабинет мисс Купер, и она действительно не хочет говорить с таким придурком, как ты. — Майк помолчал. — Ой, простите, Ваша Честь. Я здесь новенький. Думал, что это просто еще один псих, донимающий звонками симпатичного прокурора.

Майк передал мне трубку.

— Да, сэр, я узнаю имя. Нет, думаю, она уехала на неделю, но я сейчас же приду. Да, я сама разберусь. — Я вернула телефон Майку. — Займись чем-нибудь полезным. Мне надо спуститься в третий общий. По одному из наших старых дел намечается небольшой кризис, а сотрудница взяла отпуск на неделю.

Я надела на шею цепочку с удостоверением и, сбежав по лестнице, спустилась на лифте до четвертого этажа, к залам суда, где разбирали мелкие преступления. Мой заместитель, Сара Бреннер, была в декрете, она родила в середине лета и еще не скоро вернется в отдел. К сожалению, откладывать ежедневно поступающие дела о нанесении увечий не получалось даже в самый разгар расследования убийства.

Я вошла в третий общий зал через двойные двери-вертушки и оглядела скамейки в поисках Хуана Модесто. Его нигде не было. Судья Финк попросил меня переговорить с секретарем, и судебный пристав, отцепив металлическую цепь, впустил меня.

Я подошла к столу секретаря. Она попросила меня наклониться: судья беседовал с обвиняемым по делу о краже в магазине, и она не хотела мешать ему.

— Вы знакомы с этим делом?

— Довольно хорошо, — ответила я, припоминая факты. — Модесто избил и изнасиловал свою подружку. До вынесения приговора отпущен под залог. Она не хотела с нами сотрудничать, утверждала, что он требовал отказаться от обвинений, угрожая похитить ее дочь и увезти в Доминиканскую Республику. В последний раз, когда рассматривали это дело, судья подписал охранный ордер. Кажется, мы добились отсрочки до конца января, и надеемся, что после праздников сможем ее переубедить. Простите, но меня не просили явиться сюда сегодня. Я не знала, что дело стоит на повестке.

— Нет, нет. Вы знаете, как выглядит потерпевшая?

— Да. Я встречалась с ней несколько раз. — В начале месяца я провела с ней почти целый день, пытаясь убедить ее подать иск. Вместе с моей молодой коллегой, которую назначили на это дело, я напомнила ей, что Модесто избивал ее все чаще и наносил все более серьезные травмы.

— Пройдитесь, пожалуйста, по проходу. Второй ряд, крайнее кресло слева. Скажите мне, кто, по-вашему, прячется под париком, солнечными очками и дамской накидкой?

Я покружила по оживленному залу, делая вид, будто ищу свидетеля.

— Не потерпевшая, если вы это хотели узнать, — сообщила я, вернувшись к столу секретаря.

— Судья просто хотел убедиться. Он думает, что это сам Хуан Модесто. Подошел ко мне, представился Лавинией Кабринас и заявил, что хочет просить судью Финка снять с Модесто все обвинения и отозвать охранный ордер. Мы подумали, что щетина и фальцет — слишком для мисс Кабринас, так что я предложила «ей» немного посидеть. Судья хочет, чтобы вы подтвердили это прежде, чем начнется слушание.

Я обернулась и снова взглянула на публику:

— Это точно не она. Я видела много людей, желавших уйти от правосудия, но чтобы так… Никогда.

— Будьте добры, подождите здесь, со мной.

Слушание дела о хранении наркотиков закончилось, и секретарь кивнула судье. Он объявил дело Модесто и внес его в повестку дня. Обвиняемый подошел к ограде и повторил свою просьбу жеманным голоском с мягким латиноамериканским акцентом.

Его окружили четверо судебных приставов, и судья Нил Финк велел ему снять очки, что тот охотно сделал. Следующей просьбой было снять парик. Модесто замер, и судья снова повторил просьбу снять парик. Когда он отказался выполнить требование в четвертый раз, судья приказал офицерам сорвать шапку черного акрила с головы истца. Двое держали его за руки, а двое дернули за поддельные кудри. Булавки не выдержали. Под париком оказались грязные волосы Модесто.

— Ваше освобождение под залог аннулировано, мистер Модесто. Арестуйте его, джентльмены. Вы возвращаетесь под стражу, сэр. А вы, мисс Купер, дадите делу ход и как можно быстрее представите его на рассмотрение «большому жюри». И прибавьте обвинения в препятствовании судопроизводству и правительственной администрации. Вы сможете это сделать до конца недели?

— Мы сделаем все, что в наших силах, Ваша Честь.

Меньше всего мне сейчас хотелось отвлекаться от дела Дакоты. Особенно на еще одну жертву семейного насилия, тем более такую, которая покрывает своего обидчика и не понимает, насколько серьезна сложившаяся ситуация и на что пойдет преступник, лишь бы избежать наказания.

Когда я вернулась к себе, Майк раскладывал пасьянс на столе Лауры.

— Тебя ищет Батталья. Похоже, он в ярости. Звонил Синнелези — жаловался, что ты забрала какие-то вещи из кабинета Барта Франкла. Батталья требует полный отчет. Говорит, что он просто в шоке: ты получила ордер на обыск, не проведя его через главное полицейское управление. Ты ведь знаешь порядок. Ты должна пойти к нему и успокоить. Я намекнул, что, может, тебя следует отшлепать.

— Спорю, он пас.

— Вообще-то он сказал, что я могу начать, а он присоединится потом.

— Ну, это единственный раз, когда ему придется меня подождать. В данный момент мне плевать на все эти политические формальности.

Я открыла папку Дакоты на списке имен и телефонов всех, проходящих по этому делу, и позвонила Локхарту в Уайт-плейнс. Мать Скипа передала трубку его деду, который, несомненно, сидел в своем любимом кресле на застекленной террасе.