Блики смерти - Наталья Гриневич

* * *

Сыщик быстро шел вдоль набережной Сены в сторону отеля. Несмотря на март, дул пронизывающий ветер. Деревья раскачивали голыми ветвями, словно старались преградить Нечаеву путь. Небо затянули тучи, напомнив сыщику о родном Сиэтле. Казалось, природа вот-вот разразится дождем.

Эрик Саломэ второй день игнорировал смс-сообщения Нечаева про кабинет на Эйфелевой башне. Полиция не восприняла догадку Нечаева всерьез. Все твердили одно и то же: Эйфелева башня — самый охраняемый объект во всей Франции. Попасть в кабинет незамеченным просто невозможно.

Сыщик привычно поднялся на последний этаж отеля.

— Эй, Эрик, ты в порядке? — Нечаев постучал громче. Сложно представить мучения Кариссы и страдания мужа, который должен был догадываться, что переживает его жена в эту минуту. Медлительность французской полиции его бесила, еще и Эрик некстати пропал.

Никто не открыл — Нечаев спустился в свой номер. У входа лежал небольшой пластиковый пакет с коробкой внутри. Это что еще за сюрприз?

Сыщик осторожно открыл дверь. За неимением перчаток он выхватил несколько бумажных салфеток и аккуратно изучил содержимое. В коробке лежала винтажная жестяная коробочка из-под леденцов. В России такие назывались монпансье или ландрин, а во Франции bonbons anglaise. Когда Нечаев поднял крышечку, в глазах у него потемнело. Внутри лежали засахаренные пальцы ног. Женские пальцы, с ухоженными ногтями, покрытыми красным лаком.

Нечаев сам доставил омерзительный подарок в полицейский участок. Ему нужно было разузнать как можно больше деталей о деле Кариссы Саломэ, но следователь отказался с ним разговаривать. И Эрик, как назло, по-прежнему не отвечал.

Нечаев вышел на крыльцо, где курили несколько парней в униформе.

— Угостишь сигаретой? — обратился Нечаев к одному из них по-английски и показал жестом, чего хочет. Затем он непривычно затянулся и, сдерживая кашель, подумал, что работа частного детектива вредна для здоровья. Особенно в его возрасте.

— Merci, — сыщик улыбнулся. — Ça va?

— Oui, ça va, merci! — ответил ему парень.

Французский Нечаева оставлял желать лучшего, но сыщику удалось расположить к себе жандармов, показав свою визитку и объяснив на пальцах, что он тоже бывший полицейский из США. Ему удалось узнать небольшой, но интересный факт: ухо Кариссы было отрезано посмертно, а пальцы, по предварительному заключению криминалиста — нет. Объяснить эту загадку Нечаев пока не мог. Как не мог не верить в то, что Карисса жива. Что он еще увидит ее загадочную улыбку и ласковый взгляд. Он быстро попрощался с парнями и направился обратно в отель.

На этот раз Эрик был в номере и сразу впустил Нечаева.

— Ты в порядке? — поинтересовался сыщик. — Куда ты пропал? Я уже начал беспокоиться.

Мужчина пожал плечами. Его глаза набрякли от усталости, на щеках проступила щетина.

— Дела никто не отменял, еще и разница во времени. Я работал всю ночь, вот прилег только утром и провалился в какой-то адский кошмар. Никак не мог проснуться.

Он прошел в спальню, где сменил мятый костюм на джинсы и рубашку, пока Нечаев готовил кофе.

— У тебя есть новости? — Эрик с видимым удовольствием отхлебнул ароматного напитка из чашки. Нечаев рассказал о «подарке», который получил сегодня днем. Саломэ отставил чашку кофе и вышел на балкон. Нечаев заметил, что на столике появилась пепельница, она была полна окурков от коричневых сигарет с золотым ободком.

— Мне необходимо попасть в кабинет Эйфеля. Ты можешь этого добиться?

Эрик тяжело оперся о парапет и посмотрел в сторону Эйфелевой башни.

— Хорошо. Я дам тебе знать.

— Тогда я буду у себя.

По дороге в номер пришло сообщение от Алисы. Это было досье на парня с фотографии. Нечаев увеличил одно из изображений: на шее латиноамериканца он узнал татуировку мексиканского наркокартеля, который окончательно перебрался в долину Якимы штата Вашингтон во время пандемии в 2020 году.

Нечаев нашарил карточку-ключ в кармане и открыл дверь. По затылку пришелся мощный удар, тело сыщика осело, и его затащили в номер. Перед тем как потерять сознание, Нечаев заметил татуировку на шее одного из парней.

Онемевшее тело было намертво привязано к креслу, а в рот туго набито полотенце. Сыщик попытался сглотнуть накопившуюся слюну, что отдалось резкой болью в горле. На его кровати сидел Рубиано. Он направил пистолет с глушителем Нечаеву в лоб.

— Что вы с ней сделали? — Латиноамериканец медленно вытащил кляп. — Только без глупостей.

— Это я хотел спросить у тебя, — прохрипел Нечаев. — Давай поговорим.

* * *

Эйфелева башня. Париж. Полночь

Голова все еще побаливала, Нечаев кутался в шарф и старался не выдавать своего волнения. Последние туристы расходились по автобусам, отбывающим с Марсова поля. Торговцы сворачивали свои лавочки, этническая музыка постепенно затихла. Символ Парижа погрузился во тьму, у ног Нечаева прошмыгнула упитанная крыса. Сыщик выругался.

Из подъехавшего лимузина вышел Эрик Саломэ в сопровождении двух телохранителей, говоривших по-французски. Сыщика обыскали и только после этого мужчин пропустили на башню. На второй уровень им пришлось подниматься пешком. Преодолев семьсот четыре ступеньки, Нечаев запыхался. Эрик ободряюще похлопал сыщика по спине. Он прошли к лифту, ведущему на третий, последний уровень.

— Шикарный вид, — отметил Эрик. Он был гладко выбрит, одет в новый костюм и элегантное пальто. Нечаев осмотрелся и невольно залюбовался Городом Огней.

Эрик открыл кабинет Эйфеля, Нечаев включил фонарик на телефоне и принялся осматривать небольшое помещение. Под манекеном Эдисона сыщик обнаружил разводы — кровь. Эрик и один из телохранителей стояли у двери и тихо переговаривались. Третий остался на площадке снаружи.

— Эрик, а ведь Кариссу убили здесь.

— Убили? Ты в этом уверен?

— Да, ты убил ее здесь, — сыщик сжал кулаки.

Охранник мгновенно оказался рядом с Нечаевым и грубо толкнул его в кресло, где, по предположению сыщика, погибла Карисса. У горла Федора появился нож. Второй телохранитель втиснулся в узкий кабинет и прикрыл за собой дверь.

— Я тебя слушаю, — бросил Эрик.

— Когда я узнал, что ухо было отрезано посмертно, а пальцы ног при жизни, я ошибся с выводом.

Сыщик непроизвольно дернул головой, острие ножа коснулось кожи. За воротник потекла теплая кровь, но он упрямо продолжал:

— Когда экспертиза доказала, что способ консервирования уха отличается от «рецепта» приготовления пальцев, я понял, что получил посылку неспроста. А анализ ДНК пальцев ног доказал, что они принадлежат не Кариссе, а недавно пропавшей парижанке Люсиль Курье.

— Откуда у тебя эти данные?

— О, я тоже полон сюрпризов, — Нечаев поперхнулся от мощного удара в солнечное сплетение.

— Отвечай прямо, когда тебя спрашивает босс, — произнес громила, удерживающий сыщика