Кто посеял ветер - Неле Нойхаус

В течение нескольких мгновений Пия боролась с охватившими ее чувствами, чтобы иметь возможность ясно мыслить. Она опустилась на стул, стоявший рядом со столом Кая, и сжала ладони в кулаки.

— Я знала это с самого начала, — мрачно произнесла она. — Ну, теперь мы поговорим с этим лжецом по-другому!

Остерманн взял телефонную трубку.

— Я позабочусь о санкции на арест.

— Да, хорошо. И еще нужна санкция на обыск в его доме. Возможно, нам удастся найти там ботинки, оставившие следы в здании «ВиндПро». Тогда мы прижмем его окончательно.

— Я ее получу.

— И еще. Ты сможешь пригласить сюда Радемахера? Во вторник вечером он куда-то ездил и умолчал об этом…

У Пии зазвонил мобильный телефон. Она достала его из кармана брюк и ответила.

— Это я, — прозвучал в трубке дрожащий женский голос. — Вы просили меня позвонить вам, если я что-нибудь замечу.

Вот ведь люди! Считают, что их все обязаны узнавать по голосу!

— Кто это? — с раздражением спросила Пия.

— Ингрид Мейер цу Швабедиссен. Из Кенигштайна, с Кирхштрассе.

Пию осенило. Женщина с чесночным запахом, владелица дома, в котором располагается зоомагазин.

— Появилась госпожа Хиртрайтер. Она поднялась по лестнице и сейчас находится в своей квартире.

Пия вскочила со стула, напугав Кая так, что он выронил трубку.

— Что я должна делать? — прошептала в трубку домовладелица.

— Ничего. Пожалуйста, ничего не предпринимайте, — настоятельно произнесла Пия. Кай с любопытством смотрел на нее. — Оставайтесь там, где вы есть. Я сейчас направлю к вам своих коллег.

— Хорошо. — В голосе женщины послышалось легкое разочарование. — Госпожа комиссар!

— Да? — Мысленно Пия была уже далеко.

— Мне причитается какое-нибудь вознаграждение? Ведь я сообщила вам важную информацию.

Невероятно. Люди всегда думают только о деньгах.

— Этого я не знаю, — холодно ответила Пия. — Спасибо за то, что позвонили, госпожа…

Имя женщины вылетело у нее из головы. Прервав разговор, Кирххоф велела Каю послать два автомобиля в Кенигштайн на Кирхштрассе. В этот момент в дверях появился Боденштайн.

— Объявилась Фрауке Хиртрайтер, — сообщила ему Пия взволнованным голосом. — И в это же время приходит известие о том, что на теле Гроссмана обнаружены следы ДНК Теодоракиса!

Она поспешила в свой кабинет и достала из ящика стола служебный пистолет. Оливер прошел за ней и закрыл за собой дверь.

— Что у тебя? — Она мельком взглянула на него, роясь в корзине для бумаг в поисках санкции на арест Фрауке Хиртрайтер.

— Я зайду попозже. Кое-что произошло. Мне нужно ненадолго съездить домой, но я быстро вернусь.

Что-то в его тоне побудило Пию поднять голову.

— Ты это серьезно? Нам скоро предстоит…

— Возьми с собой Крёгера. Он в своем кабинете, — бесцеремонно перебил ее Боденштайн, что обычно ему не было свойственно. — Позвонишь мне, скажешь, где находишься, и я туда подъеду.

Он уже взялся за ручку двери, когда Пия вытащила из папки санкцию на арест.

— Думаю, твой аккумулятор разрядился, — резко бросила она ему, после чего схватила рюкзак и вышла из кабинета, не удостоив шефа взглядом. — Тогда увидимся позже. По крайней мере, я на это надеюсь.

— Она не берет трубку, — сказал Марк с волнением в голосе. — И Ника до сих пор не появилась. Я жду здесь уже около часа.

— Да, действительно, странно. — Фрауке достала связку ключей и открыла заднюю дверь магазина. Марк протиснулся вперед, заглянул в кладовую, в офис и затем прошелся по помещению магазина.

Ничего. Никаких следов Рики. Чтобы в субботний полдень магазин был закрыт — такого на его памяти еще не было. Где Ника? Почему Рики не отвечает ни по мобильнику, ни по домашнему телефону? И в приюте для животных никого нет. Может быть, она по случаю хорошей погоды приехала пораньше, чтобы покататься на лошади, и упала с нее? Или поссорилась с Янисом из-за этой стервы Ники? Перед мысленным взором Марка проносились разные сцены, одна страшнее другой. Он вернулся в офис. Тем временем Фрауке включила компьютер и теперь возилась с кофеваркой. Сильно озабоченной она не выглядела.

— Наверняка произошло что-то нехорошее, — угрюмо пробормотал Марк. — Возможно, Рики узнала, что…

— Что узнала? — спросила Фрауке, сразу проникшись любопытством.

Марк колебался. Болтливая Фрауке едва ли была тем человеком, которому можно довериться, но ему требовалось поговорить с кем-нибудь, чтобы облегчить душу, снять с нее страшную тяжесть.

— Вчера вечером я случайно увидел, как Янис и Ника… тискались, — нерешительно произнес он, избегая встречаться взглядом с Фрауке. — В кухне дома у Рики.

— Подумаешь! Когда-нибудь это должно было произойти, — весело отозвалась Фрауке. В ее голосе прозвучали презрительные нотки. — Озабоченный Янис и две женщины в доме. Ничем хорошим это кончиться не могло. Рики сама виновата.

— В чем же она виновата? — Как всегда, Марк чувствовал себя обязанным защищать Рики от малейшей критики.

— Я знаю, что ты боготворишь Рики, — сказала Фрауке. — Но она вовсе не так идеальна, какой тебе кажется.

— Что… что ты имеешь в виду? — Ему вдруг вспомнилась отвратительная картина, которую он наблюдал в четверг вечером.

— Если врать так, как это делает Рики, неизбежно потеряешь всякое самоуважение, — заявила Фрауке и со вздохом опустилась на стул.

— Рики не врет! Мне она никогда не врала!

— В самом деле? — Фрауке злорадно ухмыльнулась, заметив смятение Марка. Тот судорожно сглотнул и промолчал. Ему на память пришла эсэмэска, в которой Рики сообщала, что плохо себя чувствует. Спустя час он видел, как она, пребывая в добром здравии, ссорится с Янисом, а потом совокупляется с ним.

— Да, одни способны на это, другие нет, — продолжала Фрауке. — Я всегда была слишком глупой и слишком честной. Но рано или поздно правда открывается. У лжи ноги коротки.

— Почему ты так говоришь? — Возмущения у Марка явно поубавилось. — Мне казалось, ты любишь Рики.

— Я ее и люблю. Но я всего лишь ее коллега, а не подруга. Но на месте Яниса я почувствовала бы, что меня обманывают самым бессовестным образом. — Фрауке презрительно фыркнула. — Никакая она не богатая наследница! И еще учеба в элитном университете в Америке… Ха! Три семестра на факультете маркетинга заочно! Из-за обмана от нее сбежал ее последний парень, но и после этого она не поумнела. Наверное, ее уже ничто не исправит. Так что она не совсем та, за кого себя выдает.

— Я… я не понимаю, о чем ты, — сказал Марк, совершенно сбитый с толку.

— Рики несколько приукрасила свою биографию, поскольку та казалась ей не слишком впечатляющей. — Фрауке пожала плечами. — Этим занимаются гораздо больше людей, нежели принято считать. Большинство из них отдают себе отчет в том, что они лгут, но Рики сама верит своим сказкам.