Эффект чужого лица - Наталья Солнцева

Между тем Астра достала из сумочки нечто, завернутое в носовой платок, и торжественно водрузила перед собой. На кусочке батиста лежал гладко отшлифованный лазурит размером с грецкий орех, слегка приплюснутый и вытянутый в форме глаза, тусклый, ничем не примечательный.

Разочарованный вздох Ракитина нарушил тишину.

– Это и есть знаменитый камень моей матери? – не выдержал он. – Из вавилонского раскопа?

– Надо полагать, да…

Освещение в банкетном зале заменяли елочные огни и гирлянды, они то мигали, то ярко вспыхивали, то меняли цвет. Причудливые оттенки ложились на лица людей, на приборы, на скатерть. Это создавало мрачную феерию полутеней… Камень же казался серым и невзрачным. Он словно издевался над собравшимися людьми, которые замерли в предвкушении сенсации…

Прошло несколько тягостных минут, и лазурит вдруг ожил, пропитываясь светом елочных огней, – в нем зарождались рубиновые, изумрудные, золотые искры, которые внезапно гасли, и он оставался черным, блестящим, словно уголь… чтобы снова вспыхнуть синим, молочно-лунным… Завороженный его сиянием, Леонтий протянул руку…

Камень тут же вернулся в прежнее состояние, стал похож на обычный обработанный минерал. Астра прикрыла его платком.

– Позвольте… что это было? О-обман зрения?

Никто не ответил. Все, как по команде, повернулись в сторону Апреля.

– Это тот самый камень, который дал мне отец двадцать лет назад, – хрипло промолвил тот. – А я подарил Нелли.

Он поднял глаза на Астру, ожидая от нее объяснений.

– В этом деле не обошлось без вавилонской магии… Все повторяется, как будто по воле случая. Но случай – всегда чей-то слуга! Вопрос в том – чей?

– Что… п-повторяется? – выдавил Леонтий.

Астра еще до вечеринки познакомила его с Апрелем и посвятила в подробности смерти Лидии. История с камнем звучала слишком невероятно, чтобы он мог поверить в нее.

«Расспросите своего отца, – посоветовала она. – Профессор подтвердит то, что ему известно».

«Отца тревожить нельзя! Он еще болен! – сокрушался Леонтий. – Что вы предлагаете? Бередить старые раны? Ну уж нет! Как-нибудь потом… после…»

Она вынуждена была согласиться. И вот настал момент ее триумфа или фиаско. Все зависело от того, удастся ли ей убедить этих людей, в чем причина их проблем…

– Когда Виктор Сахно оказался в каюте Лидии, та была уже мертва, а убийца прятался совсем рядом, в туалете. Потрясенный увиденным, молодой человек и не подумал никого искать. То же произошло в квартире вашей сестры, господин Ракитин. Апрель Сахно не подозревал, что убийца в двух шагах от него.

– Как вы поняли, что Апрель не убивал?

– «Пальцы» Нелли остались только на внутренней стороне крышки шкатулки, – объяснила Астра. – Потому что снаружи ее протерли! Апрель прикасался к шкатулке позже… Это его отпечатки обнаружили эксперты, правда, не подозревая об этом. Моя импровизация попала в точку…

– Вы блефовали, – расстроился молодой человек. – А я поддался.

– Не сбивайте меня с мысли… Так вот! Следуя логике «повторений», если Нелли хранила камень в шкатулке, где раньше держали швейные принадлежности, то…

– …Эмма поступила так же! – подхватил он. – Резонно.

– Кроме гаража, она могла спрятать что-нибудь в ателье. Камень должен был быть у нее под руками и вместе с тем не дома. Мы с Матвеем отправились на ее рабочее место и обнаружили вашу семейную реликвию в железной коробке с иголками и булавками. Сотрудницы «Ромашки», к их счастью, не успели туда заглянуть.

– Вы странно выразились: «к их счастью»… – подала голос Раиса.

– Камень уносит жизни людей. Разве непонятно? Лидия, Виктор Сахно, Нелли, Глафира, Марина Капранова… Кто знает, какая судьба ждет нового обладателя?

– Глафира понятия не имела о камне, – возразил Леонтий.

– И Марина… – эхом отозвался Апрель.

– Я не ношу титула «Тот, кто ведает все»! – парировала Астра. – В отношении Глафиры мог сработать ритуал, который вы совершили. Хотели вы этого или нет, а пройдя воображаемые «семь врат» и расставшись с семью личными вещами, она…

– Абсурд! – вспыхнул Ракитин. – Скорее я поверю, что ревность моей матери сыграла роковую роль. Глафира была слишком впечатлительна, слишком эмоционально реагировала на все! Она сама себя сгубила – своим вечным страхом, вечными выдумками…

Он не считал себя виноватым в смерти мачехи. Ни у кого не было права судить его.

Елка загорелась красными, а потом желтыми огнями. В их свете ночь за окнами казалась еще чернее, а лица гостей постоянно меняли цвет.

Приглашенные на необычную вечеринку почти не ели и пили мало. Апрель сидел рядом с Раисой, и та боялась смотреть на него, так он был хорош собой. Молодой человек пришел к неутешительному выводу:

– Получается, Марину убили из-за меня?

– Камень по-разному влияет на людей. Только его истинная хозяйка имеет над ним власть. Остальные сильно рискуют. Находиться рядом с камнем или даже с его обладателем чревато непредсказуемыми последствиями. Можно спорить, что привело вашего отца на судно «Георгий Панин», но его любовь к путешествиям в конечном итоге обернулась смертью! Камень погубил его. Правда, не сразу. Вся жизнь вашей семьи пошла наперекосяк…

– Отец взял камень на память о любимой женщине!

– Этого мы не знаем! – ввернул Матвей. – Вряд ли Виктор Сахно отдавал себе отчет, что им движет на самом деле.

«Мне камень не принес ничего плохого», – хотел сказать Апрель, но слова застряли у него на губах. Он вспомнил мертвую Нелли, Марину…

Астра же подумала о «черной тени» за его спиной, про которую говорила Соня.

– Кто же хозяйка? – заинтересовалась Раиса. – Шумерская богиня Инанна? Вавилонская Иштар? Просто не верится! Камень из ожерелья самой Царицы Неба…

Набирая текст для книги профессора, она поднаторела в таинственной религии древнего Вавилона.

– Кстати, полную силу «глаз богини» обретает только в сочетании со звездой о восьми лучах. Ее нельзя изготовить заново даже по самым точным эскизам. Впрочем, и эскизов не существует.

– А где звезда? – оживился Апрель. – Ее тоже откопали?

– Лучше нам этого не знать! – отрезал Матвей.

Астра решила охладить горячие головы. Она заявила, что подлинность камня, вероятно, никогда не будет установлена. Не исключено, что лазурит Лидии – искусная подделка.

– Что же с ним будет? – не отрывая глаз от платка, под которым скрывалось сокровище, осведомился Леонтий. – Он принадлежал матери, значит, теперь он мой. Ты ведь отказываешься от прав наследства, дорогая Раиса?

Та без тени сожаления кивнула.

– Бери его себе, Леон.