Покер с акулой - Дарья Донцова

– Но я совершенно ни при чем, –отбивалась я, – это все Володя.

Но Писемский только замахал руками.

31 декабря мы перебрались в новую квартиру.Естественно, машина с грузчиками прибыла не в час дня, а в пять вечера. Додесяти часов мы таскали узлы и чемоданы. В половине одиннадцатого мы обозрелигруды абсолютно одинаковых ящиков с надписью «Педигрипал» и приуныли. Где тутпосуда, где кастрюли…

– Надо было надписать упаковки, –запоздало предложила Катя.

– Да, – согласилась вышедшая избольницы Тина, – точно.

– Все вы задним умом крепки, –возмутился Сережка.

– Как Новый год встречать будем?

– Ничего, – приободрила Катя, –иди включи телевизор, будем слушать концерт и распаковываться, а на ужин сваримпельмени.

– Чудненько, – пробормотал парень иповолок телик в гостиную.

Мы принялись методично вспарывать ящики. Нашличайник, заварку и кружки. Настроение сразу поднялось. Собаки с кошками, ошалевот переезда, носились по комнатам.

– Эй, – донесся из большой комнатыголос Сережки, – идите скорей, тут такой прикол!

Мы прибежали в гостиную и уставились втелевизор. С экрана на нас смотрел Ельцин.

– Я решил, – скрипучим голосомбормотал президент, – уйти в отставку.

Сережка захохотал.

– Ничего смешного не вижу, – пнулаего Юля.

– Это же прикол, – веселилсямуженек, – двойник Бориса Николаевича, для хохмы показывают.

– Как похож! – изумилась Катя.

– Один к одному, – пробормотала я.

– Ой, умру со смеху, – ржалСережка, – ну потеха…

Глядя на него, мы тоже заулыбались. Пареньправ, кому придет в голову сделать своему народу такую пакость накануне Новогогода.

Внезапно картинка сменилась. На экранепоявилось перекошенное лицо Марьяны Максимовской.

– Она тоже двойник? – простодушноспросил Кирюшка, но мы цыкнули на него и в ужасе стали слушать новости.

– Да уж, – пробормотал Серега, –этот Новый год нам запомнится на всю жизнь, без стола, с пельменями, на ящиках,да еще президент ополоумел.

Не успел он захлопнуть рот, как раздалсязвонок в дверь.

– Кто бы это мог прийти? –поинтересовалась Юля.

И тут в прихожую ворвалась архитекторшаЕвгения Николаевна. Не сказав ни слова, она рухнула на колени и протянулавперед руки:

– Простите…

– Что случилось? – испугалась Катя,кидаясь поднимать даму.

Но та только мотала головой и бестолковотвердила:

– Простите, простите.

Мы принялись суматошно искать валерьянку. Нопод руку, как назло, попадались собачьи миски, книги, утюг и постельное белье.Наконец Катя нашла пузырек, забившийся в Кирюшкины кроссовки, и влила в ЕвгениюНиколаевну лошадиную дозу. Та всхлипнула и замолчала.

– Да что произошло? –поинтересовалась Юля.

– Я перепутала, перепутала, –заверещала Евгения Николаевна.

– Объясни по-человечески, –потребовала Катя.

– Я перепутала улицы, – всхлипнулаархитекторша, – надземка не пойдет мимо вашей бывшей квартиры.

– Блин, – вырвалось у меня.

– А где, – тихо поинтересовалсяСережка, – где она проляжет?

– Тут, – пролепетала ЕвгенияНиколаевна, делаясь меньше ростом, – тут.

– Ты хочешь сказать, что рельсы проложатпод окнами нашей новой квартиры? – оторопела Катя.

– Да, – кивнула Евгения Николаевна изалилась слезами.

Мы стояли с раскрытыми ртами, даже животныеприсмирели, увидев, что хозяева объяты ужасом. Архитекторша с шумомвысморкалась и затараторила:

– Ничего, ничего, я все исправлю. Моязнакомая риэлторша нашла чудный вариант, шестикомнатные апартаменты возлеметро. Эти продадим, вы добавите всего десять тысяч долларов и готово.Сказочный, потрясающий, великолепный вариант. Прямо второго января начнемдействовать, можете не разбирать вещи.

– Даже если мы и решимся еще раз на такуюжуткую авантюру, – с расстановкой произнесла Юля, – то где возьмемденьги? Это же бешеная сумма!

И тут настал мой звездный час. Ловким жестомфокусника я бросила на стол пухлый конверт. Зеленые бумажки веером разлетелисьпо полировке.

– Прошу, ровно десять тысяч!

– Ага, – завопила Катя, – я жеговорила, что получится!

– Лампудель, – сурово возвестилСережка, – мерзкий Лампудец, немедленно колись, где взяла баксы?

– Заработала, – гордо ответилая, – исключительно своим незаурядным умом и потрясающей сообразительностью.