Лицо в тени - Анна Малышева

– Впервые слышу.

– Ваше мнение?

Василий сжал руки в замок:

– Это неправда.

– И ваша жена никогда не рассказывала вам, что встречалась с Андреем Цветаевым после вашей свадьбы?

– Нет. И хватит об этом, – настойчиво повторил тот. – Я ничего не знаю.

Историю об отсутствии своей жены, о ее просьбах достать денег Василий подтвердил. Он сказал, что сперва они с женой решили об этом не рассказывать, но раз уж она первая передумала – ему тоже нет смысла отпираться.

– Зачем вы решили об этом молчать? Вы же знаете, что могли подать в суд на этих людей.

– Они ей ничего не сделали.

– Странная у вас позиция, – заметил следователь, заглядывая в бумаги. – И тем не менее вы за нее боялись, раз занимали деньги. Сколько вы собрали?

– Я занял пять тысяч долларов. У знакомых, под расписки.

– А вы видели когда-нибудь обязательство, написанное вашей женой?

Василий помолчал, потом поднял глаза. В его взгляде мелькнуло удовлетворение – он распознал ловушку:

– Да как же я мог его видеть? Я никогда с тем человеком не встречался.

– Вы имеете в виду кредитора? Но как же он в конце концов оказался на вашей даче?

– Вот уж не знаю, – мрачно отрубил тот и попросил закурить.

Пока он курил, следователь его не трогал – Василий явно ушел в какие-то раздумья. Наконец он заговорил сам. Василий попросил не требовать от него слишком многого – ему в самом деле сложно восстановить в памяти события почти десятидневной давности. Тем более что это был очень нервозный день – ему пришлось мотаться по всему городу, из конца в конец, занимать деньги, упрашивать, уговаривать… И он в самом деле не может точно сказать, как именно провел вечер.

– Но свою встречу с Андреем Цветаевым вы помните?

– Это я помню, – сдержанно ответил Василий. – Но что тут такого? Мы случайно встретились.

– Вот как? И это была ваша первая встреча за последние годы? Или вы виделись еще когда-нибудь?

– Если и виделись, я этому значения не придал, – небрежно ответил тот.

Следователь заметил, что жена Пружанского дала несколько иные показания. Она утверждала, что муж не только избегал общения со своим бывшим приятелем, но даже имя его запрещал произносить.

– Она преувеличивает, – неохотно ответил Василий. – Мне просто неприятно было его видеть. Раз вы теперь все узнали насчет ребенка, то сами можете понять… Как мужчина мужчину.

Последние слова он произнес как-то странно – почти умоляюще, – и это очень не вязалось с его показным, бесстрастным тоном.

– Я вас охотно пойму, – пообещал ему следователь. – Тут ничего объяснять не требуется. Вот только удивительно, что вы встретили Цветаева столько лет спустя и в такое сложное для вас время. Это что же – простое совпадение? Может, он сам вам позвонил и назначил встречу?

– Ничего подобного.

– Значит, случайность?

– Ну да. Я заехал на ВВЦ к одному знакомому, машину оставил на стоянке. А потом, когда собирался уезжать и подошел к машине, заметил неподалеку Андрея.

Андрей, по его словам, покупал себе хот-дог в ларьке. Он тоже заметил старого приятеля и сразу его узнал. Да, они в самом деле заговорили друг с другом. Никаких конфликтов не было, и о делах они не упоминали. Просто поздоровались, перекинулись парой фраз. Потом подошла какая-то девушка, но Андрей быстро от нее избавился. И все – вскоре после этого он доел свою булочку с сосиской и ушел сам. Куда? Василий этого не знает.

– Вы не предлагали его подвезти? Он был без машины?

– Я не знаю, была ли у него машина. Но подвезти я его не предлагал. Мне не хотелось общаться с ним так тесно.

– А что за приятель у вас на ВВЦ? Он живет неподалеку?

– Да, – с запинкой ответил Василий. Он явно растерялся, взгляд забегал.

Следователь попросил уточнить адрес, но этого сделать не удалось – Василий-де помнил только приблизительное расположение дома. Он поспешно добавил, что тогда так и не нашел этого человека. И сейчас не найдет – адреса-то у него нет.

– Зачем же вы туда отправились без адреса?

– А я знал, что он человек состоятельный, сможет мне помочь. Надеялся, что вспомню. Не вышло.

– А может быть, он работал на ВВЦ? – настойчиво спросил следователь. – Кстати, как и кредитор Цветаева.

Василий еще больше посерел и ничего не ответил.

– Как? Вы не знали, что кредитор Цветаева содержит магазин в одном из павильонов выставки?

– Я в тот вечер ни о каком кредиторе ничего не знал, – выдавил Василий. – Мне жена рассказала, но только на другой день, когда вернулась.

– Но неужели Цветаев, увидев вас случайно, ни словом не обмолвился, что ваша жена пожертвовала ради него дачей? Ведь это вас прямо касалось!

– Нет, он ничего мне не сказал!

Следователь заметил, что в таком случае Цветаев – очень интересный человек, если считал такое поведение в порядке вещей.

– Ведь он вас практически ограбил, пользуясь добротой вашей супруги! И вот встречается с вами случайно, – последнее слово он выделил особенной интонацией, – и ни слова об этом! Уж такие новости нужно сообщать!

Василий пожал плечами.

– Значит, вы встретились на ВВЦ около семи часов вечера, поговорили несколько минут и расстались? Вы настаиваете на этом?

– Так и было.

– И куда вы поехали потом, не можете вспомнить?

Василий сказал, что точно не сможет. И даже пытаться не будет – день был такой сумбурный! Одно он знает точно – что домой тогда вернулся очень поздно.

– Разумеется, – приветливо сказал следователь. – Добираться-то пришлось из Подмосковья, да еще на электричке.

– Что вы… – начал было Василий, но тут же умолк – на стол перед ним легла слегка помятая, бледно-розовая бумажка. Квитанция об уплате штрафа за безбилетный проезд.

– Дело в том, Василий Станиславович, что мы показали вашу фотографию, а также фото вашего друга бригаде контролеров-ревизоров, которая в тот вечер работала на вашей ветке. Особенно мы ни на что не рассчитывали, но нам очень повезло. Дело в том, что один из членов бригады постоянно проживает в вашем дачном поселке и, соответственно, знает вас в лицо. Правда, штраф вам выписывал не он, а его напарник – они работали в разных концах вагона. Он, кстати, даже подумывал заговорить с вами, спросить, почему вы не на машине, что случилось. Но вы, по его словам, были увлечены беседой со своим приятелем. Именно с Андреем Цветаевым. Его тоже узнали по фотографии. Причем оба члена бригады.

Василий даже слегка привстал. Он открыл рот, явно собираясь что-то сказать, но тут же передумал и тяжело опустился обратно на стул.