Фикс - Дэвид Балдаччи

«Не так давно я жил в картонной коробке. И вот теперь должен стать спасителем страны… Что произошло, твою мать?»

Засунув руки в карманы и опустив голову, Декер шел вперед.

Дойдя до реки, он остановился и окинул взглядом широкую водную гладь.

В ней отражались его мысли: черные, мутные, глубокие.

В этом деле необходимо от чего-то оттолкнуться. За что-то зацепиться. Отдельных частей слишком много, и как только ему начинает казаться, что он что-то нашел, все разваливается, сметается прочь новыми обстоятельствами.

Это делается умышленно? «Они хотят, чтобы мы постоянно откликались на меняющуюся ситуацию?»

Закрыв глаза, Амос сосредоточился на бегущих кадрах воспоминаний. Ему пришло в голову, что этот процесс чем-то напоминал работу художников-мультипликаторов, последовательно рисующих чуть отличающиеся между собой изображения персонажа, чтобы заставить его двигаться.

Что ж, Декер очень надеялся на движение вперед.

Он решил начать с самого начала.

В который уже раз.

И тут его осенила одна мысль.

Связанная с недвижимостью.

Он набрал номер, и после третьего гудка ответила Файя Томпсон, партнер Уолтера Дабни.

— В чем дело? — сказала она, после того как Декер представился.

— Я просто хочу выяснить одну вещь.

— Послушайте, я по горло занята адвокатами и федеральными следователями, и у меня нет времени…

— Если вы окажете сотрудничество следствию, вам это зачтется, — перебил ее Декер.

Он услышал, как Томпсон вздохнула, после чего сказала:

— Что вы хотите узнать?

— Когда вы поступили на работу в фирму, дела у нее шли хорошо?

— Да. Очень хорошо.

— А когда Дабни только начинал? Офис у него был там же, где и сейчас?

— Конечно, нет. Тогда вся фирма состояла из него одного. Поэтому много места ему не требовалось. Да и все равно он не смог бы себе этого позволить.

— Потому что он только создавал свое дело?

— Да. Требуется много работы и сил, чтобы построить то, что построил Уолтер. Он начинал практически с нуля и медленно развивал дело. Насколько я слышала, он неоднократно перебирал лимит кредитных карточек. Но в конце концов его ожидал грандиозный успех.

— Значит, с деньгами было туго?

— Ну, если денег полно, зачем выходить за лимит кредитных карточек? — язвительно спросила Томпсон.

— Верно. Я слышал, что Дабни купил себе желтый «Порше», еще когда работал в АНБ?

— Ничего об этом не знаю. Вы закончили?

— У меня есть еще один вопрос о его доме…

Но Томпсон уже отключила связь.

Затем Декер воспользовался телефоном не для того, чтобы кому-то позвонить, а чтобы заказать такси. Джеймисон еще несколько недель назад установила соответствующее приложение. Через пять минут он уже направлялся в Вирджинию.

Казалось, по ту сторону Потомака воздух был прохладнее. Машина остановилась перед домом, и Амос вышел.

На стук в дверь ответила Саманта. Похоже, она плакала.

— Что вам нужно? — недружелюбным тоном спросила она.

— Ваша мать дома?

— Она уже легла. Вы не могли бы оставить нас в покое?

— Мне очень бы этого хотелось, — сказал Декер. — Но не могу. Можно мне зайти в дом?

— Зачем?

— Пожалуйста!

Саманта отступила в сторону, пропуская его. Закрыв дверь, она враждебно смерила его взглядом.

— Ну?

— Значит, вы живете здесь с самого детства?

— Да.

— В этом самом доме?

— Да!

В прихожую вышла Джулис и увидела Декера.

— Что вы здесь делаете? — резким тоном спросила она.

— Просто задаю кое-какие вопросы.

— Какое отношение к этому делу, черт возьми, имеет то, где мы жили, когда были маленькими? — спросила Саманта.

— Пока что не могу сказать. Значит, ваши родители живут здесь… сколько, тридцать пять лет?

— Кажется, около того, — подтвердила Джулис. — Мне тридцать семь, и другого дома я не помню.

— Я видел в библиотеке альбомы с семейными фотографиями. Не возражаете, если я их просмотрю?

— Зачем? — спросила Джулис.

— Суть в том, что это дело приобрело особую важность. У нас есть все основания считать, что, если мы его не раскроем, с нашей страной произойдет что-то очень плохое.

Джулис и Саманта переглянулись.

— Вы запугиваете нас всякой чушью, — сказала Джулис.

Декер выдержал ее взгляд.

— Мне бы очень хотелось, чтобы это было правдой.

Похоже, женщина была ошеломлена этими словами.

— Послушайте, если вы хотите порыться в старых семейных альбомах, флаг вам в руки.

Оставив Саманту в прихожей, она проводила Декера в библиотеку, сняла альбомы с полки и разложила их на кофейном столике. Джулис собралась уходить, но Амос сказал:

— Может быть, вы останетесь, чтобы ответить на вопросы, которые могут у меня возникнуть?

Обреченно вздохнув, Джулис тем не менее подсела к нему. Он раскрыл первый альбом.

К счастью, альбомы были составлены в хронологическом порядке, поэтому Декер относительно быстро нашел то, что было ему нужно.

— Это ваши бабушка и дедушка? — спросил он, указывая на пожелтевшие фотографии.

— Родители папы, — кивнув, подтвердила Джулис. — Их уже нет в живых. Они жили в Принстоне, штат Нью-Джерси. Мы раньше часто их навещали. Дедушка был профессором политической экономии.

— Впечатляет… Похоже, они были состоятельными.

— Нет. Дом выделил для них университет. Мне известно, что, когда они состарились, папа помогал им деньгами.

— Ну, а это кто? — указал на другой старый снимок Декер.

— Мамины родители. Они жили в Огайо.

— К ним вы тоже ездили в гости?

— Нет. Я их никогда не видела. У них была маленькая ферма. Они погибли при оползне, когда мама была еще маленькой. Оползень уничтожил всю ферму — дом, сарай, всё… Тела маминых родителей так и не нашли. Сама она была в школе, а то тоже погибла бы. После этого мама попала в детский дом. А взрослой перебралась на Восточное побережье.

— Как ваши родители познакомились друг с другом?

Черты лица Джулис смягчились.

— На самом деле это произошло довольно романтично. Папа сразу же после окончания колледжа устроился на работу в Мэриленде. Мама работала официанткой в кафе недалеко от него и училась в колледже. Люди с папиной работы заходили в кафе завтракать и обедать. Мама их обслуживала, и они с папой подружились. Мама в молодости была сногсшибательно красивой, и, уверена, от поклонников у нее отбоя не было. Когда она как-то раз вечером вышла с работы — а папа поджидает ее на стоянке с букетом цветов и билетами на спектакль в Национальном театре. Можно не говорить, что они сразу же сошлись. Ну, а все остальное — уже история.

— Очень мило. Значит, ваша мать не из богатой семьи.

— Из богатой семьи? Нет, насколько мне известно. А что?

— Да так, просто кто-то что-то сказал… Это неважно.

Декер закрыл