Воспитание бабочек - Донато Карризи

Но пес не желал слушаться. Тогда она наклонилась, чтобы его вытащить.

Он свернулся в клубок в самой глубине, у стены, и ни в какую не желал выползать. Девочка попыталась протиснуться в щель. Под кроватью было слишком тесно, и она туда не помещалась. Протянув руку, она схватила пса за шкирку.

И вдруг увидела, что на одной из ножек кровати вырезано маленькое сердечко.

Как такое возможно и чьих это рук дело? Раньше Леа его не замечала. Затем разглядела рядом с сердечком что-то еще. Слово. Но она лежала на полу так, что не могла прочитать.

Уперевшись пятками, она протолкнулась поглубже под кровать. Наконец ей удалось разобрать надпись. То, что она прочла, ее ошеломило.

БЕГИ.

5

Около девяти утра Серена, только что выполнившая дыхательные упражнения, стояла перед зеркалом в ванной со стаканом в одной руке и отвратительной таблеткой поливитаминов в другой и набиралась смелости ее проглотить. Она пообещала профессору вести себя ответственно и не хотела его разочаровывать.

Как раз когда она уже поднесла таблетку ко рту, зазвонил мобильник, который она оставила на кровати. Бросив все, она пошла ответить на звонок.

— Анализа ДНК не будет, — с ходу сказал Гассер. В его голосе слышалось сочувствие.

Серена не питала особых надежд, но все равно огорчилась.

— Я была уверена, что эта женщина откажется, — в ярости заявила она. — Своей просьбой я хотела спровоцировать ее и показать вам, полицейским, что в этой истории что-то нечисто. Теперь вы готовы хоть немного поверить в мою версию? Если бы Бьянке Стерли нечего было скрывать, она бы легко согласилась.

— Против была девочка, — сказал Гассер.

Серена потеряла дар речи.

— Мать, наоборот, была за, — добавил командир. — Сегодня утром я съездил к ним, чтобы узнать, приняли ли они решение. И своими ушами слышал, как Бьянка Стерли настаивала на том, чтобы Леа согласилась пройти анализ. Но девочка была непреклонна.

Такого Серена не ожидала. Как это возможно? У нее не осталось ни решений, ни идей.

И ей пришлось признать поражение. Серена пала духом.

Положив руку на живот, она почувствовала, как шевелится плод.

— Возможно, мне стоит вернуться домой, — чуть слышно произнесла она. Ей хотелось кричать, и она была уверена, что закричит, как только сядет в машину.

— Но кое-что не дает мне покоя… — удивил ее командир; впрочем, он не договорил.

— Что? — поторопила его Серена.

— Приезжайте в участок — лучше я скажу вам лично.

6

На улицах Виона было полно людей, последних летних туристов. Через несколько дней деревня снова опустеет, войдя в знакомую фазу спячки, которая продлится до лыжного сезона.

Торопясь в участок, Серена выжимала из малолитражки Ламберти максимум, на который та была способна, и всю дорогу гадала, что же «не дает покоя» командиру.

Тот принял ее в своем кабинете и сразу же закрыл дверь. Он вел себя настороженно и, казалось, хотел сохранить их разговор в тайне, как будто дело было щекотливым.

Серена, как обычно, села в креслице перед столом. Здесь ей чаще всего приходилось терпеть упреки Гассера и выслушивать опровержения своих гипотез. Она спрашивала себя, почему на сей раз что-то должно пойти иначе.

— «Найди первую сову. Посмотри на снег вокруг огня», — начал Гассер, скрестив руки на груди.

Двумя днями ранее, рассказав ему о загадочном послании в сборнике сказок, Серена заметила, что полицейский изменился в лице. Как будто в голове у него что-то щелкнуло. Но свое удивление Гассер тогда подавил.

— Я все думал, есть ли в этих фразах смысл, — произнес он.

— А он в них есть? — с нетерпением спросила она.

— Судя по всему, да. Сова — лесная птица, которая первой чувствует огонь. Как правило, хотя бы одна сова начинает ухать, а потом крик подхватывают и остальные. Уханье становится своего рода сигналом тревоги, который передается от дерева к дереву.

Серена пока что не понимала, зачем ей это знать.

Гассер отошел и что-то достал из ящика стола. Какой-то гаджет — впрочем, Серена не была уверена.

— На жаргоне «совой» также называют первый звонок, который поступает в пожарную службу при пожаре.

Командир нажал кнопку на гаджете, который оказался диктофоном.

«Один-один-восемь: что у вас произошло?» — спросила диспетчер.

«Я вижу пламя на крыше пансиона в центре Виона», — сообщил писклявый голос то ли мужчины, то ли женщины.

«В лагере?» — на всякий случай уточнила диспетчер.

«Да, там, где девочки», — взволнованно подтвердил голос.

«Вы сейчас на месте пожара?»

«Он у меня прямо перед глазами. Поторопитесь!»

«Вы не могли бы представиться?»

«Меня зовут Хасли».

Связь оборвалась. Гассер снова щелкнул кнопкой. Серена обомлела.

— Гном Хасли? — недоверчиво фыркнула она.

— Диспетчер подумала, что это фамилия, и именно так и указала в журнале вызовов.

— А номер можно отследить?

— Звонили с телефона-автомата неподалеку от шале и больше не перезванивали.

Серена попыталась уложить это в голове.

— Как вы думаете, это мужчина или женщина?

— Я бы сказал, женщина, но не уверен. — Гассер сел за стол. — Я послушал запись и не понял одного: если этот человек причастен к тому, что произошло, зачем он позвонил и вызвал спасателей?

Серена почувствовала, что командир нашел ответ.

— Я проверил время звонка, — сказал тот, взял со стола распечатку и протянул ей. — Звонок поступил за восемь минут до того, как в шале сработала пожарная сигнализация… Как свидетель умудрился увидеть пламя раньше, чем его уловили датчики?

— Кто бы ни устроил пожар, он хотел позаботиться о том, чтобы никто не пострадал, — на одном дыхании выпалила Серена.

Затем же использовались устройства Адоне: чтобы еще до возгорания распугать дымом все живое.

— Внимательно, значит, читал притчу о добром самаритянине, — съязвил Гассер.

— Потому что он не убийца, — пояснила Серена.

— А теперь перейдем к «снегу вокруг огня», — сказал командир, взял из стопки какую-то папку и открыл ее перед Сереной. — Вот что засняли мои люди во время спасательной операции.

Фотографии запечатлели охваченное пламенем шале незадолго до обрушения. Серену они потрясали по-прежнему. Огонь окружили пожарные и полицейские автомобили, а также машины «скорой», в которых оказывали первую помощь выжившим девочкам.

— Сколько гражданских автомобилей вы видите на этих фотографиях? — спросил командир.

Приглядевшись, Серена заметила несколько машин, припаркованных поблизости: под плотным белым покровом они были почти неразличимы.

Все, за исключением голубого «форда».

— Той ночью шел сильный снег, —