Мальчик из леса - Харлан Кобен

— Как ты…

— Помнишь, когда ты уезжала из «Севен-элевен», я попросил тебя опустить окно?

— Что? — непонимающе спросила Ава. — Ну и что?

— Я подбросил тебе в машину маячок GPS.

Подобно Штраусу и Гэвину, Ава перестаралась с обходными маневрами. Когда Уайлд рассказал ей об исчезновении Краха, Ава вдруг вспомнила, что у них с Наоми вроде бы любовь, намекая, что подростки сбежали вместе.

Ава тоже попыталась сбить его со следа.

Почему? Вот в чем вопрос.

Она никак не была связана с Крахом Мейнардом, это уж точно.

— Ты из Мэна, — сказал Уайлд.

— Да, я сама тебе говорила.

— Зачем же переехала в Нью-Джерси? На работу, недостойную твоего образования?

Ава пожала плечами:

— Захотелось сменить обстановку.

— Нет, — сказал Уайлд. — За последние три недели ты четырежды ездила в Мэн.

— У меня там семья.

— И снова нет. Ты останавливалась в гостинице «Ховард Джонсон» в Саут-Портленде. Там ты прятала Наоми. Но, кроме того, ты дважды ездила в Виндхэм, в агентство по усыновлению «Судьба и надежда». — Ава закрыла глаза. — Ты устроилась на эту работу не для того, чтобы жить в Нью-Джерси, — сказал Уайлд. — А для того, чтобы быть рядом с дочерью, от которой отказалась после родов.

На мгновение ему показалось, что Ава начнет все отрицать. Но лишь на мгновение.

— Ты должен понять, — сказала Ава. — Я не хотела отказываться от Наоми. — Так оно и было. — Мне было семнадцать. Я не знала, как поступить. Но потом у меня появилось… скажем так, предчувствие. Потребность все узнать. Я пошла в агентство. Умоляла рассказать, что стало с моей дочерью. Сперва мне отказали. Я кое-кого подкупила. Узнала адрес и новое имя Наоми, но мне объяснили, что у меня нет родительских прав. Ничего страшного. Я просто хотела увидеть ее. Ну, ты понимаешь. Поэтому решила…

— Устроиться в школу, чтобы быть рядом с ней.

— Верно. Вреда ведь не будет.

— Уайлд? — сказала Наоми. — Не заставляйте меня возвращаться.

— Я хотела узнать, как у нее дела, — продолжила Ава. — Вот и все. Не собиралась лезть в ее жизнь. Но потом увидела, в каком аду она живет. День за днем я смотрела, как над моим ребенком издеваются в школе, а отцу все равно. И не могла ничего сделать.

— Поэтому ты с ней подружилась, — сказал Уайлд. — Стала ее наперсницей.

— И это что, плохо?

Уайлд повернулся к Наоми:

— Когда Ава рассказала тебе правду?

— Что она моя настоящая мать?

— Да.

— После челленджа, — сказала Наоми. — Поначалу я ей не поверила. Думала, что мне померещилось, понимаете? Ведь я всю жизнь об этом мечтала. Помните наш разговор в подвале? Когда я сказала, что хочу все изменить? — (Уайлд кивнул.) — Не только в школе. Везде. Отец…

Она осеклась. Бернард Пайн тоже не выйдет сухим из воды. Рола уже думала, как заставить его заплатить за содеянное.

— И вы, значит, решили сбежать, — кивнул Уайлд.

— Я хотела поступить иначе, — сказала Ава. — Чтобы все было по закону.

— И поэтому приехала к Лейле.

— Да. Рассказала про приемных родителей Наоми, какие они ужасные люди и что у меня нет никаких родительских прав. По словам Лейлы, чтобы доказать жестокое обращение или отсутствие заботы, уйдут месяцы, а то и годы. И все равно нам вряд ли удастся выиграть дело.

— Поэтому вы придумали план, — сказал Уайлд. — Ты, Наоми, сбежишь и спрячешься. А ты, — он взглянул на Аву, — устроишь ей фальшивые документы и дождешься окончания учебного года. Ты не могла просто так взять и бросить работу: слишком подозрительно. Поэтому вы обе решили подождать. А теперь сбегаете из страны.

Ава молча смотрела на него. Глаза у нее были карие-карие.

В очереди никого не осталось. Сотрудник аэропорта окликнул последних пассажиров.

Наоми, шагнув вперед, коснулась руки Уайлда:

— Пожалуйста… Если нас поймают, меня снова отправят к отцу. Не исключено, что Аву посадят в тюрьму.

— Она моя дочь, — сказала Ава уже тверже. — И я люблю ее всем сердцем.

Обе, стоя бок о бок, повернулись к нему.

— Знаю, — сказал Уайлд.

— И?..

— Решил проверить, все ли у вас хорошо, — ответил Уайлд. — И попрощаться.

Наоми бросилась ему на шею — так внезапно, что чуть не сбила его с ног. В обычной ситуации Уайлд отпрянул бы от подобных объятий. Но не в этот раз. Он позволил девочке обнять себя и не испытал при этом ни малейшего дискомфорта.

— Спасибо, — прошептала Наоми.

Уайлд кивнул:

— Если что-то понадобится…

— Завершается посадка на рейс триста семьдесят четыре в Либерию, Коста-Рика.

— Вам пора на борт, — сказал Уайлд.

Наоми взглянула на Аву. Та перехватила ее взгляд, повернулась, взяла Уайлда за руку и сказала то, чего он никак не ожидал услышать:

— Давай с нами, Уайлд.

— Что?

— Пожалуйста! — Наоми молитвенно сложила руки.

Уайлд покачал головой:

— Не могу.

Не выпуская его руки из своей, Ава повторила:

— Давай с нами, Уайлд.

— Нет, — ответил он.

— Почему? — спросила Ава.

— Потому что это безумие, — сказал Уайлд.

— И что? — Улыбка Авы была такой ослепительной, что от нее кружилась голова. — Все вокруг — сплошное безумие.

Уайлд снова покачал головой. В груди у него что-то надорвалось.

— Вам пора на борт.

— Давай с нами, Уайлд, — сказала Ава в третий раз. — Ты нужен Наоми. Да и мне, наверное. Не знаю. Если не заладится, всегда успеешь вернуться.

— Не могу, — произнес Уайлд.

Сотрудник аэропорта подошел к ним, кашлянул и произнес:

— Посадка заканчивается через тридцать секунд.

— Они уже идут, — сказал Уайлд тоном, не оставляющим пространства для споров.

Наоми снова обняла Уайлда. В глазах у нее стояли слезы. Ава отдала билеты на сканирование. Уайлд смотрел, как они идут по реактивному мосту. Наоми обернулась и помахала ему. Уайлд помахал в ответ.

Ава посмотрела ему в глаза. Когда она наконец отвернулась, Уайлд почувствовал, что трещина в груди стала глубже.

Он провожал их взглядом, пока они не скрылись из виду.

Сотрудник аэропорта направился к двери. Собирался закрыть ее, но Уайлд спросил:

— На этом рейсе есть свободные места?