Жизнь мальчишки - Роберт Рик МакКаммон

— Меня сейчас вырвет! — прохрипел Дэви Рэй, издав отвратительный звук, и дико захохотал.

Бен засмеялся вместе с ним.

— Прошло довольно много времени, года два, и в пещере остался только Бруно, который сделался еще больше и сильнее, чем раньше, — продолжал рассказывать я. — Но на его лице остались страшные ожоги. Он стал настоящим уродом: один его глаз оказался на лбу, а другой свисал с подбородка.

Последняя моя фраза вызвала новый приступ смеха.

— Так вот, прожив все это время в пещере, питаясь мозгами и мясом своих товарищей-фашистов, Бруно совершенно спятил. Он испытывал постоянный голод, но больше всего желал человеческих мозгов, которые стали для него главным лакомством.

— Просто супер! — выкрикнул Бен.

— Он хотел добыть мозги и мог думать только об этом, — вещал я тем временем своей аудитории, состоявшей из двух друзей. — Он был здоровенным мужиком семи футов ростом, весил три сотни фунтов, и у него был длинный и острый охотничий нож, которым он мог одним махом снести верхушку черепа. Бруно разыскивали целые отряды полиции и армейские подразделения, но так и не сумели поймать. Они нашли лишь лесника, а после — старого самогонщика. У обоих были вскрыты черепа и выедены мозги. Стало понятно, что Бруно подбирается все ближе и ближе к Зефиру.

— И тогда власти вызвали Джеймса Бонда и Бэтмена, чтобы они разобрались с ним! — предположил Дэви Рэй.

— Нет! — мрачно покачал головой я. — Некого было звать на помощь. Там были только полицейские и солдаты. Каждую ночь Бруно бродил по лесу с фонарем и охотничьим ножом, такой уродливый и страшный, что от одного его вида люди застывали на месте, парализованные ужасом, будто перед горгоной Медузой. Тогда он подходил к ним и — вжик! — вскрывал череп и ел мозги, запихивая их прямо себе в глотку!

— Могу поспорить, — хихикнул Бен, — что старина Бруно до сих пор живет в этих лесах и лакомится на ужин человеческими мозгами.

— Нет, это не так, — ответил я, подводя итог своей повести. — Полиция и солдаты в конце концов выследили Бруно и так нашпиговали пулями, что он стал похож на швейцарский сыр. Но охотники до сих пор рассказывают, что иногда видят темными ночами, как кто-то огромный бродит в чаще с фонарем.

Это я произнес особенно тихо и зловеще, леденящим душу шепотом. Никто не засмеялся — ни Дэви Рэй, ни Бен.

— До сих пор призрак Бруно скитается по лесу в поисках жертв, чтобы полакомиться их мозгами. Он водит фонарем из стороны в сторону, и если вы окажетесь рядом — увидите, как сверкает его нож. Главное, не смотрите ему в лицо! — Я предостерегающе поднял палец. — Ведь если человек увидит лицо Бруно, он сходит с ума и ему тоже нестерпимо хочется съесть чьи-нибудь мозги! — проорал я последнее слово и вскочил.

Бен завопил от страха, а Дэви Рэй снова только покатился со смеху.

— Послушай, это совсем не смешно! — обиженно протянул Бен.

— Тебе не стоит бояться встречи со стариной Бруно, — сказал ему Дэви Рэй. — Всем известно, что у тебя нет никаких мозгов, поэтому можешь смело…

Внезапно Дэви Рэй замолчал и напряженно уставился в лесную темноту.

— Что ты там увидел? — спросил я.

— Он хочет нас напугать! — хохотнул Бен. — Ничего не выйдет!

Но Дэви Рэй страшно побледнел. Я мог поклясться, что на его голове с шелестом поднимаются волосы.

— Го… го… го… — выдавил из себя Дэви и поднял руку, указывая ею во тьму.

Повернувшись, я вгляделся в ту сторону, куда была простерта рука Дэви Рэя, и услышал, как судорожно вздохнул Бен позади меня. Волосы зашевелились у меня на голове, сердце забилось как сумасшедшее.

Петляя между деревьями, к нам приближалось пятно света.

— Го… го… Господи всемогущий! — прохрипел Дэви Рэй.

Мы были поражены страхом, от которого хочется вырыть в земле нору, забраться в нее и закидать за собой вход. Пятно света между деревьями двигалось очень медленно, приближаясь к нам. Неожиданно пятно раздвоилось, и мы одновременно упали на живот, вжавшись в сосновые иглы. Еще через мгновение я понял, что вижу автомобильные фары. Казалось, что машина вот-вот проедет прямо через наш лагерь, но потом фары резко отвернули в сторону, зажглись габаритные задние фонари — водитель нажал на тормоза. Он ехал по извилистой лесной дороге, которая, как оказалось, проходила всего ярдах в пятидесяти от нашего лагеря. Еще через пару минут машина исчезла за деревьями.

— Вы видели? — прошептал Дэви Рэй.

— Само собой! — шепотом отозвался Бен. — Мы же не слепые, черт побери!

— Интересно, кто в этой машине и что ему здесь нужно? — спросил Дэви Рэй и оглянулся на меня. — Тебе хотелось бы это узнать, Кори?

— Это, наверно, самогонщики, — ответил я. Мой голос еще дрожал от страха. — Думаю, не стоит к ним соваться.

Но Дэви Рэй уже взял свой фонарь. Его лицо все еще оставалось мертвенно-бледным, но глаза уже сверкали живым любопытством.

— Я буду не я, если не узнаю, что тут творится! А вы можете дожидаться здесь, если хотите!

Поднявшись с земли, Дэви щелкнул фонариком и осторожно двинулся в ту сторону, куда укатила машина. Но, увидев, что мы не собираемся следовать за ним, остановился:

— Вы что, на самом деле испугались?

— Можешь идти куда хочешь, — отозвался Бен, — я остаюсь.

Я поднялся на ноги. Если у Дэви Рэя хватает духу пойти, то хватит и у меня. Да мне и самому до смерти хотелось узнать, кто разъезжает в лесу по ночам.

— Пошли! — сказал мне Дэви. — Только смотри под ноги, чтобы сучья не хрустели!

— Я здесь один не останусь, вот уж дудки! — воскликнул Бен и тоже вскочил. — А вы просто спятили!

— Ладно, молчи, — высокомерно осадил его Дэви Рэй. — Идем тихо и не разговариваем.

Мы переползали от дерева к дереву, стараясь держаться лесной дороги, которую не увидели, когда выбирали место для ночной стоянки. Дэви Рэй светил только себе под ноги, чтобы никто нас не заметил. Дорога петляла между деревьями. Где-то опять заухала сова, вокруг нас крохотными огоньками мелькали светляки. Так мы прошли не меньше двухсот ярдов. Неожиданно Дэви Рэй остановился и прошептал:

— Вот они!

Мы увидели машину на дороге. Она стояла на месте, но фары ее по-прежнему горели, а мотор урчал. Мы припали к земле и затаились. Не знаю, как у других, но у меня сердце билось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Автомобиль не двигался. Тот, кто сидел за рулем, не торопился выходить.

— Мне нужно отлить! — вдруг прошептал Бен.

Дэви Рэй