Непобедимая жара - Ричард Касл

Рук резко вскочил на ноги и начал нервно тыкать пальцем в кнопки телефона. Слушая долгие гудки, он шагнул к лестнице, но Гусман преградил ему путь.

— Оставьте меня! — рявкнул Рук. — Мне надо идти. — Включился автоответчик. — Никки, это я, перезвони, хорошо? Скажи, что происходит. Как только сможешь.

— Никки… — Паскуаль Гусман вслух повторил имя и повернулся к Мартинесу. — Мне показалось, что я узнал этот голос? Это детектив, которая допрашивала меня.

— И меня, — произнес Мартинес, подходя к Гусману.

Рук попытался обогнуть этих двоих, но Мартинес не дал это сделать, приложив к его груди широкую ладонь с блестящими ногтями.

— Да что вы, ребята? Мне нужно бежать немедленно, помочь ей.

— Что это за разговоры об Оссининге? — спросил Мартинес, услышавший знакомое название.

Несколько минут назад, когда сумка с долларами неожиданно привела Рука к беглому писателю, борцу за права человека, он понял, что его теория об отмывании грязных денег бандой наркоторговцев рассыпается в прах. До сих пор ни у кого из присутствующих Рук не заметил оружия — даже у Мартинеса — и поэтому решил рискнуть.

— Ну хорошо, я все объясню, — заговорил он, обращаясь главным образом к Фаустино Велесу Аранго, безмятежно наблюдавшему за этой сценой, сидя в своем кресле. — Моя подружка — коп, она расследует убийство, к которому, как мне кажется, никто из вас не имеет никакого отношения.

— Это все то же самое убийство отца Графа? — спросил Гусман.

Рук подумал и кивнул. Гусман, подергав себя за бороду, заговорил по-испански с Велесом Аранго. Разобрать все слова Руку не удалось, но по интонациям собеседников он понял, о чем идет речь. Писатель несколько раз кивнул с мрачным видом. Когда разговор закончился, Рук взмолился:

— Возможно, ее жизнь в опасности. Не могу поверить: неужели вы, сеньор Велес Аранго, способны удерживать писателя в плену?

Колумбиец поднялся, пересек комнату и подошел к Руку.

— Я знаю, что отец Граф сделал немало добрых дел, помимо того что подарил мне этот медальон. Паскуаль говорит, что убийца отнял жизнь у святого человека, преданного нашим идеалам. — Его угрюмое лицо осветила тень улыбки. — И разумеется, я читал вашу статью о Никки Хит. — Он сделал жест в сторону лестницы. — Идите. Сделайте все, что в ваших силах, чтобы спасти ее.

Рук бросился было к выходу, но Мартинес снова загородил ему дорогу.

— Фаустино, он вас выдаст.

Знаменитый романист подумал и возразил:

— Нет.

Рук протиснулся к ступенькам, затем, словно что-то вспомнив, обратился к Велесу Аранго:

— Могу я попросить вас еще об одной услуге?

— Que?[135]

— Сейчас мне нужна любая помощь. Вы не одолжите мне медальон со святым Христофором?

Велес Аранго сжал медальон в руке.

— Он мне очень дорог.

Рук сказал:

— Знаете что, давайте сделаем так. Вы оставите себе мои десять тысяч, и будем считать, что мы квиты.

Никки бежала по Вандербильт-авеню, навстречу плотному потоку пешеходов, направлявшихся к Центральному вокзалу. Оглянувшись, она увидела своего преследователя совсем близко. Его черная маска с прорезями для глаз приводила в ужас офисных работников, возвращавшихся домой; они останавливались и смотрели вслед человеку, расталкивавшему прохожих по сторонам. Наиболее сообразительные озирались в поисках полиции или людей с камерами, снимавших кино.