Бонус для монсеньора - Дарья Калинина

– Почему?

– Потому что эти деньги фальшивые!

Апогей поднял десятку вверх. И показал ее всем.

– Видите, водяные знаки на купюре отсутствуют.

Киру осенило.

– Так это та самая партия фальшивых десяток, из-за которых погорел Кушаков! – воскликнула она. – Он их спрятал. И менты их не нашли.

– А этот тайник он сделал, желая сообщить на волю своим сообщникам, где искать захоронку.

– Но шахматы неожиданно ушли к другим владельцам.

– А после он не искал клад, потому что знал: одному ему фальшивые деньги не реализовать.

– Но почему же незадолго до смерти он решил, что его сын сможет разбогатеть на них? – удивилась Кира. – На фальшивых деньгах, которые к тому же давно вышли из употребления!

– Вы помните, – задумчиво произнес Иван Алексеевич, – помните, соседка Кушакова рассказывала нам, что старик порядком выжил из ума. Наверное, у него в голове все перемешалось. И он искренне полагал, что прокладывает сыну путь к богатству.

– А на деле оказалось, что тут…

– Ага, только макулатура.

– Можем сдать в пункт приема и здорово обогатиться.

– У меня идея получше! Оклеим ими какую-нибудь комнату, – заявил Апогей. – Будет клево!

– Правильно! И память об этом приключении останется.

– Должны же мы получить хоть какую-то моральную компенсацию.

Один Иван Алексеевич был молчалив и задумчив.

– Светлана будет разочарована, что клада не нашлось.

Подруги принялись утешать доктора.

– Зато теперь вы воссоединились со своими детьми. Разве вас это не радует?

– Очень радует. Вам даже не описать, как я страдал, когда Марина и ее мать запрещали мне общаться с малышами.

– Но теперь дети останутся с вами.

– Да. И вы правы! Это лучшая награда из всех, какую я мог бы себе только пожелать.

Подруги обменялись понимающими взглядами. Что же, мужчина обрел своих детей и свое счастье. И они догадывались, кто приложил руку к тому, чтобы он был счастлив. Но с этим вопросом они разберутся позже. Во всяком случае, точно не сейчас.

Друзья кинули жребий. В результате сундук с фальшивыми десятками достался Кире.

– Отлично. Давно собиралась сделать ремонт в кладовке, – сказала она. – Как думаете, тут хватит бумаги, чтобы оклеить двухметровую комнатку?

– Тут хватит и на большую площадь, – заверил ее Апогей, окинув хозяйским взглядом сундук с фальшивками. – А можно, я буду тебе помогать?

Разумеется, Кира с восторгом дала свое согласие. И влюбленные тут же расцеловались, скрепляя договор. Леся, глядя на это безобразие, только морщилась и вздыхала.

Итак, тайна шахматной доски была раскрыта. Старички уже давно вернулись по домам, вспоминая свое похищение как чудесный отдых в шикарном доме с гостеприимными, хотя так ни разу и не показавшимися хозяевами. Нельзя сказать, чтобы их родные пережили эту историю так же легко, как отнеслись к ней старички. Родня изрядно переволновалась за время их отсутствия. Но, конечно, все (за исключением зловредной невестки Сергея Ивановича) были страшно рады, когда те вернулись целыми, невредимыми и даже отчасти довольными своим нечаянным приключением.

Кира и Апогей, не теряя даром времени, уже на следующий день оклеили фальшивыми десятками Кирину кладовку, которая сразу же стала выглядеть ретро-стильно. Так что складывать там старые вещи и всякую рухлядь было даже как-то жалко.

– Может быть, устроим тут что-то вроде домашнего музея? – предложил Апогей.

– А что мы будем коллекционировать?

– Всякие вещи в стиле ретро. У меня есть на примете пара подходящих вещиц. Думаю, что и у тебя на антресолях найдется что-то подходящее.

Так оно и оказалось. Апогей принес старую керосиновую лампу и еще медную ступку. А у самой Киры нашлось несколько симпатичных, почти целых бабушкиных чашек, поднос от самовара и три тяжелых чугунных утюга разных размеров. Начиная от огромного для постельного белья до совсем крохотного утюжка, которым полагалось гладить воротнички и манжеты.

Потом Апогей раздобыл чудесный старинный столик и прибил на стену картинку с двумя котятами в деревянной старинной рамке. Итак, начало было положено. А дальше коллекция старых вещей потихоньку начала расти и пополняться сама собой.

Однако у подруг было еще одно незавершенное и очень важное дело. И они о нем не забывали. Но для этого следовало нанести визит Светлане и Ивану Алексеевичу. Впрочем, последнего дома не оказалось, что подругам было даже на руку. А повод для визита нашелся быстро.

– Пришли проведать тройняшек! – сказали подруги Светлане, быстро сунув каждому из детей по шоколадному «Киндер-сюрпризу».

Дети немедленно принялись с восторгом потрошить подарки, шуршать фольгой, мазаться шоколадом и разглядывать сюрпризы. В общем, занялись делом. И были совершенно счастливы.

– Вижу, ты за ними хорошо смотришь, – заметила Кира.

– И живется им у тебя куда лучше, чем у родной матери.

– Ты ведь об этом всегда мечтала?

– О чем?

– Чтобы Марина умерла. И дети остались с тобой и мужем.

Светлана слегка побледнела. И покачав головой, с видимым усилием произнесла:

– Что вы имеете в виду?

– Да брось ты! Тебя видели, когда ты ставила бутылку с отравой под дверь Марины!

Теперь Светлана побледнела, как мел. У нее даже нос стал белым-белым. И подруги испугались, что женщина сейчас хлопнется в обморок. Но Светлана оказалась крепче, чем можно было предполагать. Прав был насчет нее Иван Алексеевич. Кремень, а не женщина. Такой удар по всему ее благополучию, а она и отреагировала тем, что только побледнела.

– Пойдемте в другую комнату, – произнесла она.

Подруги не возражали. Разговор предстоял трудный. И совсем не нужно, чтобы дети стали его свидетелями. Никогда не знаешь, что именно отложится в их маленьких головках. И как не ко времени проявится.

Пока Светлана вела подруг в гостиную, к ней уже успел вернуться обычный ровный цвет лица. И только слегка подрагивающее веко на левом глазу выдавало недавний испуг.

– Не понимаю, о чем вы только что говорили, – сказала Светлана, усаживаясь в кресло и кивком предлагая подругам разместиться в двух соседних.

– Это ты принесла отравленный ликер Марине.

– Чушь! Это сделал мужчина! Она сама в этом призналась. Вы тоже это слышали!

– Да! Мужчина. Он нашел бутылку возле дверей квартиры Марины. И преподнес его ей якобы от своего имени.