Кому она рассказала? - Нора Робертс

— Да, конечно. После того, как ты немного поспишь.

— Не люблю оставлять недоделанную работу.

— Никуда твоя работа не денется. Главное сделано. Все, что дал тебе энергетический коктейль и твой собственный адреналин, уже израсходовано. Ты бледна, как луна, и язык у тебя заплетается.

— Кофе!

— Сперва в аду мороз грянет.

Наверно, он был прав: когда ей удалось — с трудом! — сфокусировать зрение, оказалось, что она стоит посреди спальни. Вернее, едва стоит.

— Один час в горизонтальном положении, — сказала Ева, снимая кобуру.

— Четыре. И у тебя останется вполне достаточно времени, чтобы утром подзарядить организм едой и отправиться потрошить своих подозреваемых.

— Потрошить? — Ева села и принялась снимать башмаки. — Да я из них рубленый бифштекс сделаю. А ты не собираешься отнести меня в постель?

— Ты все еще одета.

— Ничего. Посплю в одежде. — Ева сонно улыбнулась и протянула к нему руки.

Рорк поднял ее на руки, нарочито спотыкаясь, донес до кровати и рухнул вместе с ней прямо на стеганое пуховое одеяло.

Ева свернулась калачиком, прижимаясь к нему, Рорк обнял ее, и они оба нырнули в сон.

Насчет четырех часов сна и горючего он оказался прав, вынуждена была признать Ева. Ей предстоял долгий и сложный день, и перед ним надо было подзарядиться.

Как она и ожидала, Баллок и остальные вызвали целую армию адвокатов. Ева дала им всем повариться в собственном соку, пока она сама со своей командой составляла полные отчеты для Уитни и Рио.

— Федералы и налоговая полиция захотят взять на себя финансовые махинации, торговлю детьми и все остальное, во что Фонд успел запустить пальцы, — предупредила ее Рио.

— Пусть берут.

— Да уж, они поваляются на травке по этому поводу. Лондонскую фирму тоже поджарят. Ты устроила международный инцидент, Даллас.

— У меня три трупа, они мои! Что касается похищения Тэнди Уиллоуби и ее удержания против ее воли, это мое дело пополам с лейтенантом Смит из отдела розыска пропавших лиц.

— Как ее состояние? Уиллоуби?

— Мне сказали, что нормальное. Она спала, когда я уходила из дома. — Ева повернулась к Уитни. — Я хочу начать с Кавендиша, сэр. Это самое слабое звено.

— Вам виднее.

Рио поднялась на ноги.

— От похищения им не отвертеться, улики неопровержимые, все доказательства будут представлены. А вот с тремя убийствами придется покорячиться.

— Я их достану. Рио кивнула.

— Ты не против, если я понаблюдаю?

— Будь моей гостьей, не отказывай себе ни в чем. Кавендиш был уже в комнате для допроса, весь потный и бледный. По обе стороны от него сидели два адвоката весьма внушительного вида. Из тех, кого Ева называла Костюмами. Тот, что был слева, немедленно поднялся.

— Моего клиента продержали всю ночь без залога, и вот уже почти час нас заставляют ждать здесь. Мы намерены подать жалобу, а также мы потребуем внутреннего расследования ваших действий.

— Что ж, это даже интересно. Мистер Кавендиш, конечно, имеет право на адвокатов и может консультироваться с ними, но лично я не обязана разговаривать с адвокатами. Запись включена. Лейтенант Ева Даллас и детектив Делия Пибоди ведут официальный Допрос Уолтера Кавендиша в присутствии его адвокатов. Я зачитаю обвинения. — Покончив с этим, Ева села и вытянула ноги. — Вам уже зачитали ваши права, мистер Кавендиш…

— Мой клиент является гражданином Великобритании…

— «Боже, храни королеву»[Первые слова британского гимна.] Вам понятны ваши права и обязанности в этом деле?

— Понятны. Мне нечего сказать.

— Хорошо, говорить буду я. Начнем с пособничества убийству по трем эпизодам. Это тянет на три последовательных пожизненных срока в старых добрых Соединенных Штатах. Правда, англичане могут вас затребовать, и мы, возможно, согласимся депортировать вас под их ответственность, хотя меня бы лично такая перспектива огорчила. Утешает меня лишь тот факт, что они вас тоже запрут до скончания ваших дней, а наши налогоплательщики сэкономят свои денежки.

— У вас нет ничего, чтобы связать моего клиента с убийством. С каким-либо преступлением вообще, — вступил в разговор один из адвокатов.

— У меня есть достаточно, чтобы не только связать вас, — сказала Ева, обращаясь исключительно к Кавендишу, — но чтобы сковать вас цепями с головы до ног и выбросить за борт. Рэндал Слоун хранил частные записи, Кавендиш. Чейз не сумел их выкрасть. Они у меня. В них стоит ваше имя.

Она улыбнулась, заметив россыпь испарины, выступившей у Кавендиша над верхней губой. Да, она попала в точку.

— Вам было известно об операциях Фонда Баллока, включавших продажу новорожденных ради выгоды, а также о махинациях с налоговыми декларациями для сокрытия незаконной прибыли, полученной от этих операций. Вам также было известно, что Чейз собирается убить Натали Копперфильд и Бика Байсона, которые обнаружили по крайней мере часть вышеупомянутых незаконных операций. Вы знали, что он собирается проделать с ними вот это.

Ева толкнула через стол две фотографии убитых, снятые на месте преступления.

— Моему клиенту ничего не известно о каких бы то ни было обстоятельствах этих преступлений.

— Может, ты был последним в очереди на раздачу талонов на питание, Уолт, но ты знал. Баллок и Чейз приходили в твой кабинет, чтобы обсудить это частным образом. Вы устроили задушевный маленький обед и за обедом обсудили, как он убьет двух молодых людей.

— Это абсурд! — Один из адвокатов Кавендиша возмущенно вскочил. — У вас ничего нет, кроме домыслов. Беспочвенных домыслов. Этот допрос…

— У меня есть кое-что еще, Уолтер. У меня в соседней комнате твоя подружка. — Ева зловеще усмехнулась, когда его глаза воровски стрельнули к двери. — Да-да, все верно, и я уже поспорила, что она свалит все на тебя, как на мертвого. Она на тебя работала, делала, что ей было велено, она ничего не знала. Она может на этом сыграть, а ты пойдешь ко дну. С такими, как ты, всегда так и бывает. У тебя слово ЛОПУХ на лбу написано. Она мне не нравится, подружка твоя, поэтому я допрашиваю тебя первым. Предлагаю тебе сделку, которую предложу ей, если останусь недовольна тобой.

— Никаких сделок, — отрезал адвокат.

— Держу пари, вы работаете на фирму Стьюбена, Роббинса, Кавендиша и Малла. — За все время Ева впервые обратилась к адвокату. — Все эти господа тоже сидят в большой куче дерьма. Там много хитрых адвокатов, Уолтер. Много хитрых адвокатов, которые представляют Баллок и Чейза. Пари держу, они все Уже единогласно выбрали тебя козлом отпущения. Послали тебя сюда, загрузили дурацкой работой — в общем, они явно тебя не уважают. А теперь, когда запахло жареным, как ты думаешь, чья шкура будет поджариваться, а?