Верхом на «Титанике» - Дарья Донцова

Елену Константиновну, парализованную матьсестер Беркутовых, Нора устроила в хороший пансионат, в котором находятсятяжелобольные люди. Дом, где были прописаны Маша и Олеся, расселили, жильцыполучили отдельные квартиры.

Ася Михайловна, очень напуганная арестом, далапредельно честные показания, она в подробностях рассказала о том, какготовилось убийство Риты и маленькой Настеньки. Евгений, беседовавший состарухой, был удивлен наивно жестокой мотивацией преступления.

– Юре не везло, – с видом кающейсягрешницы вещала старуха, – нам были нужны деньги. Поймите, Николаша соСветланой совершенные бездари, от них никакого толка, я всю жизнь провела встесненных обстоятельствах. Легко ли двоих сыновей поднимать? Хотелось насклоне лет пожить не на грошовую пенсию. Это наше государство виновато, даетстарикам нищенское пособие, вот и крутись как хочешь. Кстати, Рита получиладеньги нечестно, она была при Эдуарде проституткой! Хорошо ли оставлятьсостояние в руках падшей женщины? Нет, она его по ветру пустила бы!

– Ладно, – кивнул Евгений, –пусть так! Но крохотная девочка!

– Милый мой, – всплеснула руками АсяМихайловна, – зачем жить сиротой! Ну подрастет Настена, поймет, что однана белом свете, начнет переживать, мучиться! И потом, беззащитную девочкувсякий обидеть рад. Я сделала благое дело – избавила ребенка от ужасной жизни!

У Евгения не нашлось слов, чтобы возразить АсеМихайловне, он просто вызвал конвойного и велел увести «добрую» старушку.

Наташу отпустили на свободу, ей моглипредъявить обвинение в проживании по чужим документам, но ограничились лишьпорицанием в кабинете следователя.

Деньги Риты, из-за которых свершилось столькопреступлений, вернулись к семье Альварес, таково было решение судьи.

Николаша избежал наказания, да он и на самомделе ничего не делал, отсиживался в своей комнате и потом твердил:

– Ничего не видел, ничего не слышал,ничего никому не говорил.

Свету обвинили в лжесвидетельстве, дали ейнебольшой срок и тут же, прямо в зале суда, освободили.

Татьяна Карловна сидит в сизо, следствиюпредстоит разобраться со всеми черными делами, которые творились в агентстве понайму прислуги. Евгению надо найти все семьи, в которых служила «нянечка», ипроверить: живы ли подопечные Олежко.

Ангелина Степановна скончалась от сердечногоприступа, Валентин умер при самых загадочных обстоятельствах.

Когда я поинтересовался у Евгения, как идетследствие, Женя напряженным тоном ответил:

– У меня забрали дело!

– Кто? – поразился я.

– Бывают такие ситуации, – обтекаемоответил он, – иногда приходят некие люди в черном и уносят все материалыследствия. Баба с возу, кобыле легче. Кстати, мне тут в голову пришла однамысль. Ася Михайловна ведь тщательно следила за «Ладой», но она не заметилапризнаков любви между невесткой и секретарем сына. Почему? Да потому, чтосвязи-то не было. Они ведь брат и сестра! Пойми я это раньше, быстрее дорылсябы до истины.

Накануне Нового года я решил отправиться заподарками.

Выбор презентов всегда является для менясложным делом. Впрочем, для Макса и Жени я легко нашел сувениры, купил им побутылке коньяка, не было проблем и с Ленкой, ей должна понравиться коробкаконфет, на крышке которой изображена девочка со щенком. Леве я, с зубовнымскрежетом, приобрел брючный ремень, конечно, не такой дорогой, о каком мечталвнучок, но очень и очень приличный. Но вот что преподнести Николетте?

Слегка поколебавшись, я зашел в парфюмерныймагазин, выбрал самую большую упаковку любимых духов Николетты и началосматривать полки с мужским парфюмом. Поскольку Николетта обзавелась мужем нетак давно, я постоянно забываю про отчима-олигарха, а это, согласитесь,неприлично! Может, купить ему вон ту склянку диковинно-изогнутой формы?

Я протянул руку к флакону и неожиданно услышалдо дрожи знакомый тенор, произносивший слова чуть нараспев, с сильным аканьем.

– Девушка, духи «Ланком», вон те,новинка?

Я вздрогнул, вместо «л» в начале слова«Ланком», незнакомец произнес «в», получилось «Ванком».

Продавщица не поняла покупателя ипереспросила:

– «Ванком»? Первый раз слышу про такуюфирму.

– Не выдрючивайся, – произнес другойголос, – ща довыпендриваешься! Он имел в виду «Ланком».

– Простите, – смиренно ответиладевушка.