Операция "КЛОНдайк" - Неонилла Самухина

Что сделал Федор, Леониду увидеть не удалось, поскольку тот неожиданно придвинулся к женщине, загораживая ее своей широкой спиной, и поднял руку. Потом, отступив от нее обратно со словами: «Жаль, уважаемая Нина Ивановна, что не застал вашего мужа», он развернулся и спокойно пошел к сараю, где его ждал ошеломленный Леонид.

Женщина на крыльце оцепенело смотрела перед собой, потом, словно очнувшись, растерянно повела глазами, не понимая, что она здесь делает, и медленно ушла в дом.

– Ну что? – возбужденно спросил Леонид, когда Федор вернулся.

– Есения твоя на работе, а завтра улетает в Академгородок на какую-то научную конференцию, – ответил Федор.

– О, черт! – воскликнул с досадой Леонид. – А во сколько?

– Этого мне ее соседка не сказала… – усмехнулся Федор. – Она и так насторожилась, когда я спросил, на чем та улетает.

– Что же теперь будет? Кстати, а что ты с Ниной Ивановной сделал? Она как-то странно выглядела после вашего разговора… – спросил Леонид.

– Ничего особенного, просто помог ей забыть ненужную встречу… – объяснил Федор.

– Ну да… – протянул Леонид, с уважением взглянув на него: не человек, а маг-супермен какой-то. – Ну ладно, и что же теперь делать?

Он в конец расстроился, подумав о том, что все повторяется снова. Они уже были так близки к цели, и на тебе – у него вторично отнимают Есению… Пятнадцать лет ее безвылазно продержали в этом комплексе, но стоило ему к ней приблизиться, как ее опять уводят у него из-под носа.

Леонид еще больше бы расстроился, если бы узнал, что за отъездом Есении стоял тот же самый человек, который уже однажды отнял ее у него на Варшавском вокзале города Ленинграда.

– Что же делать? – опять воскликнул Леонид, не видя выхода из сложившейся ситуации.

– Думаю, нам тоже надо ехать в Академгородок, – сказал Федор. – Кстати, там будет легче скрыться с Есенией, чем здесь. Сам видишь, какая тут обстановочка…

– А как мы туда попадем? – с пробудившейся надеждой спросил Леонид.

– Попробуем пробраться в вертолет, на котором ее повезут… – спокойно сказал Федор.

Леонид с сомнением посмотрел на него.

– По крайней мере, попытаемся. Так что вечером будем выдвигаться к вертолетной площадке, – пояснил Федор.

– А сейчас что будем делать? Если честно, я с ног валюсь, да и есть охота, спаса нет, – признался Леонид.

– Отсидимся до вечера здесь. Хлеб у нас есть, откроем тушенку… Не боись, не помрем…

– Конечно, не помрем, – повеселев, согласился Леонид, и вдруг, осененный мыслью, повернулся к Федору: – Слушай, Федор, а давай к Есении зайдем?

– Куда, на работу что ли? С ума сошел? – не понял Федор.

– Да нет, домой. У нее ведь никого нет, там и отсидимся до вечера… Очень хочется посмотреть, как она тут жила…

Федор бросил в окно задумчивый взгляд.

– Следы на крыльце увидят… – покачал он отрицательно головой.

– Так ты и так там уже наследил, – напомнил ему Леонид. – Ну, пойдем!.. Дверь у нее должна быть не заперта.

– Может, ты и прав, – с сомнением сказал Федор и, поднявшись с ящика, подошел к двери. – Я сейчас гляну, а ты потом быстро, след в след, погоняй за мной. И в доме не разговаривай, вдруг его прослушивают… – сказал он, открывая дверь.

– Зачем его прослушивать, если Есения на работе? – спросил Леонид.

– На всякий случай, – коротко ответил Федор и вышел из сарая.

Леонид не запомнил, как они бежали к крыльцу Есении, он очнулся только тогда, когда Федор уже тихо закрывал за ними дверь, действительно, бывшую незапертой.

В квартире Есении было тепло, тихо и едва ощутимо пахло какими-то духами.

Сняв валенки в коридоре, Федор с Леонидом в одних носках прошли в комнату.

Бесшумно двигаясь в полумраке, Федор задернул плотнее шторы на окнах, и только после этого осветил фонариком комнату.

Вероятно, это была гостиная. Леонид увидел в центре комнаты круглый стол со стульями, диван в углу с журнальным столиком перед ним и телевизор. Остальное пространство занимали шкафы, заполненные книгами. Над диваном висела какая-то картина.

Вторая комната, куда Леонид заглянул с порога, была явно комнатой Лёни. Там стояла кровать с красочными плакатами над ней и письменный стол. Вдоль одной стены тянулся длинный книжный стеллаж, а к другой была прибита «шведская стенка». С потолка свисали кольца и боксерская груша. Видимо, это был Лёнин «спортивный уголок».

Открыв дверь в третью комнату, Леонид с трепетом понял, что это спальня и кабинет Есении.

Он осторожно вошел. Ковер на полу скрадывал его шаги.

Сев за письменный стол, на котором стоял компьютер и причудливая настольная лампа, он провел рукой по деревянной столешнице, словно пытаясь ощутить тепло рук Есении.

«Вот где ты живешь…» – подумал он с нежностью, и у него перехватило горло.

В комнату вошел Федор. Взяв со стола лист бумаги и ручку, он что-то написал и протянул лист Леониду.

«Пойдем на кухню, поедим. Соседка ушла, видел в окно», – прочел Леонид и кивнул, поднимаясь, при этом стул его громко шкрябнул по полу.

Отвесив Леониду подзатыльник, Федор поднес ему под нос кулак, а потом снова схватился за ручку.

«Хочешь, чтобы нас тут и повязали?» – написал он.

Потирая с виноватым видом затылок, Леонид отрицательно помотал головой.

«Давай за мной!» – приказал ему жестом Федор, выходя из комнаты с листом и ручкой в руке.

За окнами быстро светало, и фонарик уже был не нужен.

Кухня у Есении оказалась очень уютной, чистенькой, по-настоящему женской. Все было на строго определенных местах: крупы и специи в красивых фарфоровых банках, чашки-тарелки в шкафчике. Но Леонида больше всего удивило современное импортное оборудование, которое встретишь не во всех квартирах даже супернавороченных питерских новых русских, здесь же, в такой глуши оно смотрелось вообще как фантастика будущего века.

У Есении были даже дорогущие электроплита и посудомоечная машина, не говоря уже о разных миксерах, соковыжималках, кофемолках и тостерах, расставленных по ранжиру на полке. А в углу, на тумбе белела микроволновая печь.

Федор озабоченно окинул все это техническое великолепие взглядом и покачал головой.

Попросив у него бумагу, Леонид написал: «Может, чайку поставим?», и он указал на стоящий на столе индезитовский электрочайник.

Взяв со стола стакан, Федор подошел к раковине и осторожно отвернул кран. Вода бесшумно полилась в стакан.

«Давай», – поманил рукой Федор, и Леонид, открыв крышку пустого чайника, подал его Федору.

«Прости, Есения, что мы так бесцеремонно распоряжаемся у тебя на кухне, – виновато подумал Леонид. – Но очень хочется чего-нибудь горяченького».