Украденные мгновения - Мишель Мартин

— У тебя появилось много новых знакомых. А Кэрол Филдинг, она кто?

— Мой антрепренер, а Дейл Хэмптон — мой новый менеджер. Еще со мной работает Айрис Макрэйг, агент по рекламе.

— Если честно, то мне никогда их всех не запомнить, — проговорила Барбара Миллер,

— Да тебе этого и не нужно, — сказала Харли, обнимая мать. — Это касается только меня.

— А ты знакома с Дэвидом Леттерманом?

— Мама, за последние четыре месяца я была на его шоу три раза. Конечно, я его знаю. Я ему сразу понравилась. Он пришел в восторг, когда для его программы я исполнила один блюз. А ты что, не видела меня в его программах по телевизору?

— Конечно, видела, — обиделась мать. — Но мне показалось, что ты попала в его шоу случайно.

— Мама, у него в шоу занято много разных исполнителей, которые работают временно, как я, чтобы подхалтурить, быстро заработать денег.

— Могу поспорить, что сам он не вкалывает, как ты. Да и вообще, ты работаешь больше всех. Могу поклясться, что в сутки ты спишь не больше четырех часов. Я здесь вот уже неделю и все вижу.

— Пожалуйста, мама, перестань.

Харли не рассказывала матери о том, что перепробовала много средств — галлонами пила горячее молоко, слушала кассеты с записью для релаксации, работала до изнеможения, — все только для того, чтобы избавиться от бессонницы. Однако ничего не помогало. Как только ее голова касалась подушки, ей не давали покоя мысли о Дункане. Ворочаясь на кровати с боку на бок, она вновь вспоминала его ласки, то нежные, то неистовые, его сладостные, упоительные поцелуи, его улыбку и голос.

— То же самое было и в предыдущий раз, когда я приехала тебя навестить, — проворчала ее мать. — Это было в сентябре. Мы тогда еще ходили на китайскую свадьбу.

— Помню, мама. Не беспокойся обо мне.

В сентябре отпраздновали свадьбу Эммы. Харли была приглашена как подружка невесты, а кроме того, ей пришлось петь для многочисленных гостей. Она избегала встречаться взглядом с Дунканом, который тоже там был. Иногда, правда очень редко, она чувствовала, что он на нее смотрит. Видимо, он разглядывал ее украдкой. Они не разговаривали, даже не поздоровались и держались друг от друга на расстоянии.

Харли и Барбара продолжили разбирать накопившиеся за четыре месяца газеты и журналы, в которых были напечатаны статьи о ее выступлениях и ее жизни. Однако все они почему-то были полны нелепых выдумок по поводу ее личной жизни и совсем не касались творчества. Но Харли радовало то, что за это время она добилась большого успеха, узнала, что такое самостоятельная жизнь и ответственность за свою работу. Она испытала пьянящую радость, когда под собственным именем начала выступать с новыми песнями. Публика всегда восторженно принимала ее и награждала шквалом оваций. Иногда во время этих ежедневных выступлений ей становилось очень грустно, ведь в зале не было Дункана, который бы поддержал ее своим теплым, ободряющим взглядом. Она поняла, как тяжело жить в одиночестве.

Каждую неделю ее фотографии появлялись в журналах и газетах. Однако теперь это не пугало Харли, и она одна часто выбиралась побродить по Манхэттену и поглазеть на витрины магазинов, расположенных на Мэдисон-авеню. Иногда она гуляла в Центральном парке, а иногда шла в музыкальный магазин, чтобы купить какой-нибудь новый альбом известной рок-группы. Харли не нужно было гримироваться, чтобы изменить свою внешность, она больше не боялась быть узнанной. А узнать Харли по ее ярко-рыжим волосам и голубым глазам было очень легко. Бойд ей беззастенчиво лгал, запугивая тем, что стоит ей выйти на улицу, как на нее кинется толпа фанатов и ей не поздоровится. Конечно, к ней подходили поклонники и просили автограф, они говорили о том, что им нравятся ее песни, и это было необычайно приятно. Харли злилась на Бойда за то, что он столько времени лишал ее общения с людьми, держал ее взаперти.

Однако Харли стремительно наверстывала упущенное, осуществив все, о чем мечтала раньше. Но оказалось, что одним этим довольствоваться невозможно.

Пришло время сделать решающий шаг. — Мама, — задумчиво проговорила она, — я хочу тебя познакомить с одним человеком.

— Партнер, тут тебе пришла посылка.

Дункан оторвался от отчета о поджоге одного магазина и увидел, что Эмма положила на стол большой сверток.

— А где Диана?

— Твоя помощница сейчас занята тем, что ругается с Интерполом. Они тянут с информацией о том немце, который проходит по делу Дитриха.

— А что здесь? — спросил Дункан, ткнув пальцем в сверток, завернутый в нарядную бумагу.

— Ты хочешь знать мое мнение?

Дункан внимательно посмотрел на Эмму.

— Давай-ка сделай свое гениальное предположение.

— Элементарно, дорогой Холмс, внутри находится бомба с часовым механизмом, — сказав это, Эмма развернулась и, покачивая бедрами, вышла из его кабинета, залитого солнечным светом.

Когда Дункан развернул красивую красную бумагу, он был готов согласиться с ее предположением. Осторожно, боясь каждую минуту взрыва, он достал из свертка большой альбом, в какой обычно собирают различные вырезки. На обложке была приклеена поздравительная открытка с изображением огромного торта с зажженными свечками. Не иначе кто-то захотел поздравить его с тридцатилетием.

Дункан усмехнулся, еще не догадываясь, кто над ним так неудачно подшутил. Открыв первую страницу, он увидел вырезку с большим заголовком «ДЖЕЙН МИЛЛЕР НА НОЧНОМ СВИДАНИИ С РОК-ЗВЕЗДОЙ». У Дункана вырвался громкий стон, поскольку он мог бы пересказать эту историю по памяти.

Перелистав страницы альбома, Дункан понял, что он знает наизусть все заметки. Он помнил имена всех ухажеров, с которыми Харли встречалась в течение этих четырех месяцев. По его подсчетам было двадцать шесть человек, и все они известны как богатые и удачливые бизнесмены, да и внешностью их Бог тоже не обидел. Дункан ненавидел их всех. Газеты подробно рассказывали, в какие ночные клубы ходила парочка, на каких премьерах присутствовала, в каком ресторане ужинала. Невольно в памяти застревали лица ее мужчин, их возраст, их биографии. Он знал и о том, что они рассказывали репортерам. Как правило, все говорили о том, какая она веселая, как она великолепно умеет целоваться, как ей нравится совершать ночные прогулки за город на машине и как она обожает быструю езду.

Харли с какой-то жадностью так быстро меняла любовников, что Дункану однажды пришло в голову сравнить ее с голодным медведем, который после зимней спячки вышел на перекат ловить рыбу, чтобы насытиться до отвала.

Он прочитал все статьи, рассказывающие о резком изменении ее музыкального стиля, о людях, которые теперь с ней работают. Дункан уже сотню раз прослушал два ее новых альбома, вышедших на компакт-дисках. Один назывался «Без обещаний», на котором был записан ее благотворительный концерт в Фонд женщин, больных раком груди. Этим альбомом она выполнила свой контракт с компанией «Сони». А второй назывался «Посвящается человеку, которого люблю» и был записан на студии «Лайон-Рекордз». В его создании приняли участие музыканты «Рокин Робинс». Она умудрилась выпустить два альбома за четыре месяца! Он был уверен, что в ближайшее время ее альбомы останутся в чартах журнала «Биллборд», она просто невероятная женщина, таких больше нет.