Три дня в Сирии - Михель Гавен

— Мы свернем на нее до блокпоста? — продолжала спрашивать Джин и на всякий случай повернулась проверить, нет ли за ними хвоста.

Хвоста, похоже, не было. До этого еще не дошло.

— Да, не доезжая первого блокпоста, свернем, — подтвердил Бабак. — А что? — спросил он в третий раз, заметно встревожившись.

— Езжай по этой дороге, — приказала Джин. — А по пути я все тебе объясню.

— Ну, хорошо, — Бабак пожал плечами, и Джин заметила, что он обижен.

Они проехали по улицам Дары, свернули на пустырь, прямо за домом, в котором накануне Джин забрала раненого с перитонитом, проехали по пустырю, выехали на край оврага. Джин еще раз обернулась — нет, хвоста не было, здесь, на пустыре, он был бы виден. Она немного успокоилась.

— Может быть, ты все-таки объяснишь, что происходит?

Снежана до сих пор хранила молчание, видимо, она просто боялась спросить, хотя что-то подозревала.

— Я ничего не понимаю.

— А происходит то, — ответила Джин, — что нас с тобой взяли под плотный контроль и не хотят выпускать, а нам надо вырваться из Сирии, во что бы то ни стало.

— Так вы что, бежите, что ли? — догадался Бабак.

Машина начала медленно спускаться под гору.

— Да, мы не вернемся назад, — прямо объяснила ему Джин. — Ты приедешь в Дару без нас. И чтобы у тебя не было неприятностей, или чтобы их было как можно меньше, мы сейчас это делаем. Мы проедем этой дорогой, — она наклонилась вперед, понизив голос и держась руками за спинку переднего кресла, машина сильно подпрыгивала на ухабах. — Ты оставишь нас недалеко от дома Абии, так, чтобы тебя, по крайней мере, никто не видел. Сам этой же дорогой вернешься назад. Когда тебя спросят, скажешь, что я приказала тебе ехать до пустыря. Там мы со Снежаной вышли и направились в каньон. Больше ты ничего о нас не знаешь, и нас не видел. Понял?

— Понял. Но как же те люди, в резиденции? — Бабак повернулся, машина качнулась.

— Смотри на дорогу, — одернула его Джин. — Пока сегодня и завтра им ничего не грозит. В дальнейшем я предприму все усилия, чтобы они не пострадали.

— А кто вы? — спросил Бабак. — Куда вы пойдете?

— Тебе не надо знать об этом, — ответила Джин. — Для твоей же безопасности, просто можешь рассчитывать на меня в смысле спасения твоих раненых товарищей, и все. А все остальные сведения могут стоить тебе слишком дорого.

Прямо над ними раздался подозрительный гул.

— Ой, что это? — испуганно спросила Снежана.

Джин высунулась в раскрытое окно, взглянула вверх и крикнула.

— Вперед! Вперед! Скорее!

Прямо на них летел огромный камень, сопровождаемый россыпью камней поменьше.

Бабак сообразил, нажал на газ, машина рванулась по каньону. Они успели вовремя. Камень упал всего в нескольких метрах за ними, и мелкие осколки ударили в заднюю часть машины, открылся багажник, медицинский саквояж вывалился из него, упал на землю, раскрылся — из него посыпались медикаменты, бинты.

— Останавливаться не будем, — решила Джин. — Пусть валяется. Они подумают, что это я бросила, когда мы убегали.

— Еще не хватало, чтобы нас здесь придавило, — испуганно прошептала Снежана, съежившись.

— Довольно разговоров, — оборвала ее Джин. — Все действительно очень серьезно. Бабак, смотри на дорогу, под колеса, а я буду смотреть наверх. Расслабляться некогда. Опасность может угрожать с любой стороны.

Дальше некоторое время ехали молча. Напряжение не спадало. Еще раз чудом избежали камнепада, другой раз машина угодила колесом в яму, и ее пришлось толкать. В завершение пришлось ехать по узкой дорожке над обрывом, и Бабак чудом удержал машину, вывернув руль, когда одно колесо наполовину все-таки съехало в пропасть. Казалось, всем этим испытаниям не будет конца, а к ним еще надо было бы добавить и тот факт, что наверняка с первого из блокпостов уже доложили Милюку, что машина не появилась, и их уже ищут, не исключено, что нашли свидетелей, кто видел, как они свернули не на ту улицу. Кто-то видел их наверняка и на пустыре, например, мать Омара из того крайнего дома. Они могут идти по следу. Джин не исключала этого. А это значило, что надо как можно скорее отпускать Бабака, иначе для него все может кончиться плачевно.

Когда машина выехала на небольшое плато и стала спускаться вниз, в долину, Джин поняла, что до границы уже недалеко.

— Останови, — приказала она. — Снежана, выходим!

— А куда? — девушка испугалась. — Я не вижу дом Абии…

— Дом Абии там, справа, — показал Бабак, высунувшись из машины. — За каменной грядой. Давайте, я подвезу вас поближе.

— Нет, не надо, — остановила его Джин. — Хватит. Дальше мы пойдем пешком. Будем ориентироваться на дом Абии, надеюсь, не заблудимся. А ты немедленно поезжай назад. Если по пути наткнешься на погоню, все вали на меня, — предупредила она. — Я тебя заставила. Ты пытался меня преследовать, но у тебя сломалась машина, у нас было столкновение, в этом тебе поможет саквояж, который рассыпался. Я тебя им ударила, например. У тебя что-нибудь барахлит в машине?

— Да у меня все барахлит, — признался Бабак. — Старая она, консервная банка.

— Когда-нибудь придет такое время, что ты сможешь купить лучше, новую, — Джин улыбнулась, стирая рукавом пыль со лба. — А пока спасибо тебе за все, — она наклонилась, положив руку на плечо Бабака, слегка сжала его. — Ты молодец, ты смелый парень. Продолжай так дальше. Никого не бойся, только будь осторожен. Кто не боится, тот побеждает. Я надеюсь, мы с тобой еще увидимся.

— А как тебя зовут на самом деле? — спросил Бабак, прижив ее руку к груди. — Ты же не Зоя? — видимо, он о чем-то догадался.

— Не Зоя, — ответила Джин. — Но моего имени тебе лучше не знать, ведь ты остаешься здесь, и это небезопасно. Все, поезжай, — она захлопнула дверцу, — за друзей своих не волнуйся, — сказала она на прощание, — я их не оставлю. Все будет в порядке.

— When I find myself in trouble, — произнес Бабак почти шепотом первые строчки из песни «Битлз», глаза его блестели от слез. — Mother Mary comes to me…

— Speaking words of wisdom let it be, — добавила Джин. — Ты правильно все понял, — сказала она взволнованно уже по-арабски. — Все пройдет, надо терпеть, ждать, бороться. Будет и в Сирии новая жизнь, я уверена. Будет свобода. А теперь езжай, езжай скорее, — она постучала по капоту машины. — Идем, Снежана.

И схватив девушку за руку, быстро пошла вниз, ведя ее за собой. Она слышала, как сзади заработал мотор, как некоторое время машина не трогалась с места, видимо, Бабак смотрел им вслед. Потом машина стала разворачиваться, поехала. Спустившись метров на сто вниз, Джин все-таки обернулась, хотя не хотела. Бабака уже не было на месте. «Слава богу! А то я вообще расплачусь, — подумала она. — Теперь только вперед!»

— Слушай, я все-таки боюсь, — проговорила Снежана, едва поспевая за ней, — по этой тропке-то идти, по которой мы пришли сюда, — она поперхнулась и закашлялась от пыли. — Светка говорила, там змей полно.