Обед у людоеда - Дарья Донцова

– Какой дневник? – удивиласьКорчагина.

Она и не предполагала, что Жанна вела какие-тозаписи.

Информация ошеломила ее.

Жанночка в самом деле была лучшей иединственной подругой Валерии, но даже ей Лера не рассказывала о туалетныхкабинках. Теперь же выяснилось, что о «дерьмовом» бизнесе знает и Кит.Корчагина чуть не умерла от ужаса.

Она несется на встречу к Никите, отдает томудесять тысяч, но дневника не получает. Парень, нагло улыбаясь, говорит:

– Завтра.

Но и назавтра, взяв деньги, он ничего неприносит, впрочем, и в пятницу тоже. И тут до Леры доходит. Кит простодурит ее. Он не собирается отдавать дневник, а намерен выкачивать из Лерыкаждый раз все бо?льшие суммы. Есть только один выход – избавиться отшантажиста.

Привычка Никиты валяться по утрам часами вванне была хорошо известна всем знакомым, а дверь он по большей части держалоткрытой. Ловко свершив задуманное, Лера кидается в комнату и крушит там все впоисках компрометирующих ее сведений. За этим занятием ее и застает Андрей,пришедший к Никите за «антиквариатом».

Надо сказать, что Малышев был не слишком умени успел уже наделать кучу глупостей. Когда Лампа заявляется к нему с вопросами,он, испугавшись, что активная дама раскопает «ювелирку», моментально выдаетАндрея за любовника Жанны. Дескать, «пощипали» мужика, и все. В страхе,как бы Лампа, не дай бог, чего не заподозрила, он показывает ей драгоценности свензелями «Е.В.» и врет, что их подарил Жанне Лямин. На самом деле жадный Борисотделывался шоколадками, и Никита с Жанной, поняв, что здесь им ничего неотколется, хотели уже прекратить «роман».

– Но Кит сказал, что она с Ляминым полгодажила! – воскликнула я.

– Врал, – отмахнулся Родион, –от страха.

– Чего он так перепугался? Можноподумать, «постельный бизнес» лучше!

– Ну, тут два момента, – пояснилДубовский, – во-первых, работать с золотом и драгоценными камнями дома,частным образом, можно, только имея специальное разрешение от государства, азначит, выплачивая немаленький налог, иначе недолго и срок огрести, аво-вторых, если учесть специфический контингент покупателей… У правдыбыстрые ноги, стоило узнать кому-нибудь, новость бы разлетелась мигом.Представляете теперь гнев тех, кого обдурили? Да Кита бы за уши на воротахприбили! Уж лучше признаться в «постельном» бизнесе… Кстати, из-за Никитиноговранья сразу начинаются сложности. Андрей, правда, молоток, мигом понял, что кчему, когда Лампа принялась его расспрашивать. А Лера не врубилась и давайгневно отрицать факт связи мужа и лучшей подруги. Она и впрямь любила Малышеву.

– У попа была собака, – ожилаИрина, – он ее любил, она съела кусок мяса, он ее убил.

– Нет, – покачал головойГромов. – Валерия не убивала Жанну, вот Кит на ее совести.

Столкнувшись с женой почти у тела Кита, Андрейедва не лишается рассудка. Он очень хорошо относится к Лере и решает скрыть всеследы. Отправив ее домой, он берет тряпку и пытается протереть все предметы,которых она касалась. Глупо, конечно, но он старается, потом покидает квартируи налетает на Лампу. Полный аут!

– А СПИД? – бормотала я. – Онаже больна…

– Кто? – удивились Гвоздь иДубовский в один голос. – У кого ВИЧ?

– У Валерии…

– Во, блин, дура, – неожиданнохрипло засмеялась Лера, – я-то тебе наврала, чтобы отцепилась от меня…Хотела проверить, читала ли ты дневник, ждала, что удивишься, если он у тебя!Там ведь про болезнь, естественно, ничего нет. СПИД! Здорово вышло!

– Но как бы то ни было, – спокойнопояснил Родион, – дневника-то нет! И Лера, и Андрей дергаются. Малоли о чем там написано!

– Почему же они не попросили о помощиотца Валерии? – поинтересовалась Зюка. – Говорят, он очень богат ивлиятелен!

Родион улыбнулся:

– Лерин папенька всю жизнь проработалносильщиком на вокзале и сейчас имеет пенсию в семьсот рублей!

– Но все кругом шептались, –изумилась Зюка, – что он – Крез, поэтому Корчагины так шикуют,несколько раз в год за границей отдыхают.

– Верно, они сами запустили эту утку,дабы оправдать свой образ жизни, а на самом деле их бюджет складывался из«дерьмовых» денег и «антиквариата».

Словом, издергавшись окончательно, Лераобращается в детективное агентство, к Федорчуку. Она с ним давно знакома. Сейгосподин любит проводить отпуск среди творческой элиты, и Валерия частенькоустраивала ему путевки…

– И зачем только ей нужна работа в«Искусствфонде»? – фыркнула Зюка. – С такими-то деньгами!

– Ну, ей нравится изображать из себярафинированную даму при искусстве, – ухмыльнулся Дубовский, – имиджтакой.

– Ладно, с этим потом, – недовольносказал Родион. – Федорчук дает задание своим ищейкам, чтобы те началипоиски, но в этот же день в «Алиби» заявляется Лампа и хочет нанять человекаследить за… Валерией!

– Но я просто так ляпнула первуюпопавшуюся фамилию, то, что на ум пришло!!!

– Директор-то агентства не знал, что тыдура, дорогуша, – захихикал Дубовский, – и тут же сообщил Федорчуку,тот поставил в известность Валерию, и Корчагины решили: все, пора мочитькозявку!

Я молча водила по ковру носком туфли.

– Что-то я не понимаю, кто же убилЖанну? – пробормотала Зюка. – А главное, зачем?

– Главное тут, что ее никто не собиралсяубивать, – вздохнул Гвоздь, – ошибочка вышла.

– Как?! – закричала Валерия. –Как?! Самоубийство? Нет, не верю, Жанна слишком любила жизнь!

– Ее отравили, – ответил Родион.

– Тьфу, обалдеть можно, да скажи,наконец, правду, – взвился Андрей.

– Ладно, только сначала я уточнюкой-чего, – ответил Родион. – Кто пришел первым в гости?

– Я, – подала голос Зюка, –прошла в комнату и села на диван.

– Ничего не трогали на столе?

– Ну, – замялась Зюка.

– Это имеет принципиальноезначение! – строго заметил хозяин.

– Честно говоря, – принялась каятьсяЗюка, – я очень устала в тот день, замоталась ужасно и не пообедала. Вот ивзяла со стола пару кусочков колбаски и налила себе коньячку, ну и…

– И?