Незапертая дверь - Александра Маринина

- Да, - он грустно посмотрел на виднеющиеся за окномветки деревьев, Наталья наняла адвоката, сказала, что хорошего.

- Вы с ним уже встречались?

- Дважды.

- И как он вам показался?

Ганелин пожал плечами.

- Я же не разбираюсь, не могу определить, какой адвокатхороший, а какой нет. Это будет видно только по результату.

Настя поднялась. Разговор окончен. Надо немедленно искатьПавла Щербину.

Вернувшись на Петровку, Настя зашла к начальнику, взяла унего материалы по "сатанинскому" убийству и прямиком направилась кКороткову.

- Ты говорил с Зарубиным? - первым делом спросила она,едва переступив порог.

- А то!

Юра с довольным видом потянулся до хруста в костях и помоталголовой, как облитый из шланга ньюфаундленд.

- С тебя товарищеский ужин с греческой рыбой, - заявилон. - Сережка долго хохотал, когда я назвал ему фамилию Дыбейко.

- И что в этом смешного? - Настя недовольнонахмурилась.

- А он в аккурат вчера, выполняя твое задание, посетилгород Камышов на предмет изучения связи между Нильским и Симоновым и выяснил,что Петр Степанович Дыбейко тесно общался с мальчиком Русланчиком, приобщал егок детективному ремеслу и даже привозил ему книжки по криминалистике ирасследованию преступлений. Дыбейко начинал с участкового и дорос аж доначальника горотдела. А некто Симонов, будучи отъявленным правонарушителем,постоянно подвергался приводам и воспитательным внушениям, так что мимо ПетраСтепановича ну никак пройти не мог. Получается у нас, что все трое былизнакомы.

- Классно!

Настя плюхнулась на стул, схватила стоящую перед Коротковымбутылку минералки, сделала несколько жадных глотков.

- Будет тебе рыба, - торжественно пообещала она и тутже добавила на всякий случай: - Если времени, конечно, хватит.

- Погоди, подруга, это еще не все. Может, я и напирожки с капустой хочу заработать. Серега истоптал все ноженьки по улицамславного города Камышова и убедился, что мальчик Русланчик с мальчиком Юрочкойникогда не дружил. Учились они в одной школе, но двоечник Симонов был на тригода старше и водился с хулиганствующим элементом, а Нильский, совсем напротивтого, был книжным червячком и старательным "хорошистом". Чуешь, какойтреугольничек вырисовывается?

- Ага, - кивнула Настя. - Получается, что Нильский иСимонов друг с другом практически не связаны, зато каждый из них накрепкосвязан с участковым Дыбейко. И теперь этот Дыбейко засветился у нас какчеловек, с которым был связан Плешаков, а сам Плешаков, возможно, причастен кубийству Тимура Инджия и похищению Яны Нильской, жены Руслана. У тебя голова неболит?

- У меня? - Коротков на всякий случай потрогал голову идаже подергал себя за волосы. - Нет вроде. А что, у тебя болит? Дать таблетку?Сегодня, кажется, магнитную бурю обещали...

- Да при чем тут буря! У меня от этого дела голова накусочки распадается! Что ни день - то новая информация, новые версии, и каждуюпроверять надо. Я же не могу растроиться или расчетвериться, я одна, а их - вонсколько... Ладно, не обращай внимания, это я для профилактики разнылась. Чтонам Зарубин обещал в клювике принести?

- К вечеру обещал сведения о погребенном в Кемеровегражданине Бесчеревных. Он собирается сегодня встретиться с Нильскими, заоднопоспрашивает Руслана о Симонове. Ну а ты мне чего принесла после трудовправедных?

- Вот! - она швырнула перед ним на стол папку,полученную у Афанасьева. Убийство, совершенное сатанистами из религиозныхсоображений. Полюбуйся.

- Уже любовался. Прими мои соболезнования, чем смогу -помогу. А еще что?

- Еще я выяснила, кто мог бы попробовать утопитьГанелина, воспользовавшись удобным случаем. Тебе фамилия Щербина ничего неговорит?

- Абсолютно, - Юра с сожалением развел руками. - А чтоэто за фрукт?

- Это человек, который в девяносто третьем году работалв службе оперативно-технического обеспечения и имеет веские основания не любитьАндрея Константиновича. Юр, а Юр?

- Понял. Тогда к рыбе и пирожкам еще мясца поджарь,лады?

- Принесешь мне Щербину - получишь мясо.

- Принесу, куда ж деваться, не помирать же с голоду.

- Ой, можно подумать! - ехидно протянула Настя. - Междупрочим, я и готовить-то не умею потому, что некогда этим заниматься. С такиминачальниками, как ты, я раньше десяти домой не прихожу.

Коротков внезапно сделался серьезным.

- Аська, я вот все думал о том, что ты мне говориланасчет запертой и незапертой двери. Я, конечно, костьми лягу, чтобы ты изотдела не ушла, но в принципе, так сказать, теоретически... Почему ты считаешь,что, кроме как к Заточному, тебе некуда уходить? Мест навалом, и всюдунекомплект, выбирай любое. Можешь даже в следователя переквалифицироваться.

- Юрик, я - женщина. Правда, я всегда повторяла тебе,что я не женщина, а живой компьютер на двух ножках, и я в это, честнопризнаться, сама верила до последнего времени. Но чем старше я становлюсь, темотчетливее понимаю, что я все-таки женщина.

- Что, на левый секс потянуло? - усмехнулся Юра.

- Нет, на правый бок, - отпарировала она. - У меняженское мышление. И женское отношение к работе. Я буду старательной иответственной, но только при хорошем начальнике или рядом с хорошо знакомымимне людьми. Мне, как нормальной бабе, нужен психологический комфорт, понимаешь?При Колобке мне было отлично. Теперь пришел Афоня, от которого меня воротит, ноостался ты, остался Мишаня Доценко. Здесь я еще смогу работать. Но я ведьпонимаю, что Колобок и Заточный - это штучные экземпляры, ручная работа. Такихначальников днем с огнем не найдешь. А с Афонями, да в незнакомом коллективе...Нет, Юра, я не выживу. Некуда мне уходить.

- Скажешь тоже! А если я уходить соберусь?

- С тобой пойду. Возьмешь?

- Возьму, - засмеялся Коротков, - если пирожки будешьпечь. Давай-ка мы с тобой так сделаем: поезжай на свои встречи, о которых тымне утром все уши прожужжала, а Афоне я скажу, что ты поехала на место, где былобнаружен труп вот этого дядечки, - он кивком указал на тоненькую папочку сматериалами "сатанинского" убийства, - якобы осмотреться и подумать.Как освободишься - дуй в магазины и домой, готовь товарищеский ужин. Напирожках и рыбе не настаиваю, поскольку это и в самом деле долго, а вот мясо,уж будь любезна, обеспечь.

- Ты - настоящий друг! - с чувством сказала Настя,схватила со стола папку и умчалась.

Хорошо, что у нее хватило ума не отпускать такси.Грязно-белая "Волга" терпеливо ждала ее в Колобовском переулке.Расценки оказались вполне божескими, и Настя уже пожалела, что обменяла всепятьсот долларов. Такси обойдется ей дешевле, а курс постоянно растет.