Где будет труп - Дороти Ли Сэйерс

— Теперь возьмем какую-нибудь фразу. Какую бы? А вот: «All is known, fly at once»[183]— вечнозеленая классика. Записываем все без пробелов, а затем делим на пары букв слева направо. Двух одинаковых букв подряд быть не должно, а если это случается, всовываем между ними Q или Z — чтоб не запутать читателя. Теперь наше послание выглядит так: AL QL IS KN OW NF LY AT ON СЕ.

— А если останется лишняя буква в конце?

— Тогда добавим еще одну Q или Z для ровного счета. Теперь берем первую пару, AL. Видим, что буквы образуют два угла прямоугольника, другие углы которого — S и Р. Первые две буквы шифровки — SP. Точно так же QL превращается в SM, a IS — в FA.

— Ага! — вскричал Глейшер. — Но тут вот KN. Обе буквы в одном столбце. Как быть?

— Берете буквы, стоящие на одну клетку ниже, — ТС. Потом идет OW, тут справьтесь сами с помощью углов прямоугольника.

— MX?

— Да, MX. Дальше.

— Дальше SK, — предположил Глейшер, азартно проводя диагонали, — PY NP, UT…

— Нет, TU. Если первая диагональ идет снизу вверх, вторую надо проводить так же. ON — это TU, a NO будет UT.

— Конечно, конечно. TU. Стоп.

— Что такое?

— С и Е стоят в одной строке.

— В этом случае берите соседние буквы справа.

— Но справа от С ничего нет.

— Тогда вернитесь к началу строки.

Суперинтендант ненадолго замешкался, но в конце концов получил DR.

— Правильно. Теперь ваша шифровка гласит: SP SM FA ТС MX SK PV NP TU DR. Чтобы лучше смотрелось и чтобы не выдать вашего метода, можете разбить его на отрезки любой длины. Например, SPSM FAT CMXS KPV NPTUDR. Или наобум украсить знаками препинания: S. Р. SMFA. TCMXS, KPVN, РТ! UDR. Это не важно. Тот, кто получит сообщение, не обратит внимания. Он просто снова разобьет его на пары букв и прочтет с кодовой таблицей. Как прежде, по диагоналям, а когда буквы в одном столбце — сдвигаясь на одну букву вверх, ну и когда в одной строке — на одну влево.

Оба полицейских сосредоточенно изучали таблицу. Затем Ампелти сказал:

— Я понял, милорд. Очень изобретательно. Его нельзя разгадать по самой частой букве, потому что на ее месте каждый раз новая, смотря какая буква рядом. И по отдельным словам не разгадаешь, не зная, где они начинаются и кончаются. Его вообще можно разгадать без ключевого слова?

— О да. Терпенье и труд вскроют любой шифр — кроме, может быть, некоторых книжных кодов. Я знаком с человеком, который много лет только этим и занимается. Кодовые таблицы так в него въелись, что, когда он подхватил корь, то покрылся не пятнами, а клетками.

— Тогда он сможет это расшифровать, — обрадовался Глейшер.

— Одной левой. Если хотите, пошлем ему копию. Не знаю, где он сейчас, но знаю тех, кто это знает. Послать? Это сэкономит нам кучу времени.

— Хорошо бы послать, милорд.

Уимзи взял копию письма, сунул в конверт и приложил короткую записку.

Дорогой Чурбан!

Тут шифрованное письмо. Возможно, Плейфер[184], но наш Бунго разберется. Не мог бы ты подсунуть документ ему и сказать, что я буду благодарен за толкование? Письмо вроде как из Центральной Европы, но десять к одному, что написано по-английски. Заметано?

Твой Буравчик Что слышно о Рысаке?

Он адресовал конверт чиновнику министерства иностранных дел и взял другую копию письма.

— Это я заберу, если можно. Попытаем счастья со словами, выбранными Алексисом. Пусть мисс Вэйн голову поломает, это хорошая замена кроссвордам. Что там еще на повестке?

— Да почти ничего пока, милорд. Мы не нашли свидетелей того, что Перкинс проходил через Дар-ли, однако нашли аптекаря, который обслуживал его в Уилверкомбе. Он говорит, что Перкинс пришел в одиннадцать часов. Остается полно времени, чтобы добраться в Дарли к 13.15. А Перкинсу вдруг стало хуже, его нельзя допрашивать. Еще мы говорили с фермером Ньюкомбом, он подтверждает, что в пятницу утром обнаружил свою кобылу гуляющей по берегу. А в среду, по его словам, она была в поле и все было в порядке — туда приходил его работник. И он совершенно уверен, что лошадь не могла сама выбраться через дыру в ограде. Но, правда, никто никогда не признается, что сам недосмотрел.

— Естественно. Думаю, надо мне зайти повидать фермера Ньюкомба. А мисс Вэйн тем временем побьется над шифром — попробует все отмеченные слова. Хорошо?

— Как скажете.

— Благородная женщина! Будет здорово, если мы обскачем профессионального шифровальщика. Полагаю, Уэлдоны не выказывают намерения уезжать?

— Ни малейшего. Но я их после похорон почти не видела. Генри держится холодно — видимо, никак не может простить мне змею. А его мать…

— Что?

— Да так. Она, кажется, пытается что-то выведать у Антуана.

— В самом деле?

— Да. Антуан ей очень сочувствует.

— Что ж, удачи ему. Ну, счастливо!

Уимзи поехал в Дарли, побеседовал с фермером и попросил одолжить ему гнедую кобылу с уздечкой. Мистер Ньюкомб не только сразу согласился, но и выразил желание сопровождать Уимзи и наблюдать эксперимент. Сначала Уимзи не слишком этому обрадовался: гнать чужую лошадь четыре мили во весь опор проще, если хозяин этого не видит. Однако, поразмыслив, придумал, как извлечь пользу из мистера Ньюкомба. Он попросил этого джентльмена о любезности: отправиться на Утюг вперед него и заметить точное время, когда сам Уимзи покажется в поле зрения, а затем засечь, сколько займет путь до скалы. Фермер охотно согласился, при этом подмигнул и высказал догадку, что пропажа кобылы как-то связана с трагедией на Утюге. Оседлав коренастую белую лошадку, он отбыл вдоль берега, а Уимзи, поглядывая на часы, принялся ловить гнедую.

Она с готовностью явилась и позволила себя поймать — несомненно, в ее маленьком конском умишке образ Уимзи был прочно связан с овсом. Дыру в ограде с разрешения хозяина открыли заново. Уимзи взнуздал лошадь, выехал с поля, а затем дал шенкелей и пустил галопом.

Кобыла, хотя побежала послушно, оказалась, как он и ожидал, не особенно быстрой. К тому же скакать ей пришлось прямо по воде, что было труднее и сопровождалось изрядным шумом. По пути Уимзи не сводил глаз с гряды утесов, но не заметил никого и ничего, кроме нескольких пасущихся животных. Дороги видно не было. Он быстро доехал до коттеджей, а потом стал искать глазами Ормондов провал в скале, узнал его по упавшим камням и остаткам забора наверху и посмотрел на часы. Время еще оставалось. Если смотреть вдоль берега, уже хорошо был виден Утюг, на котором сидел фермер Ньюкомб, выглядевший с расстояния в милю маленьким темным комочком. Уимзи решил, что исследует провал на обратном пути, и погнал кобылу во весь опор. Та отреагировала бодро, и последнюю милю они проскакали хорошим аллюром в облаке мелких брызг. Теперь фермера можно было разглядеть как следует. Он привязал белую лошадь к знаменитому кольцу, а сам стоял на скале, добросовестно держа в руке часы для замера времени.