Предательство по любви - Энн Перри

– Я больше не служу в полиции, – объяснил Монк, чувствуя, что лгать сейчас не стоит. – Я теперь частный детектив. – Он увидел в глазах сержанта недоверие и улыбнулся. – Мы с начальством не сошлись во взглядах по поводу одного дела.

Полицейского осенило почти сразу.

– Дело Мюидора? – радостно спросил он.

– Совершенно верно. – Теперь уже настал черед сыщика удивляться. – Как вы об этом узнали?

– Прочел, сэр. И вы оказались совершенно правы. – Дежурный удовлетворенно покивал, пусть и несколько запоздало. – Так чем могу служить на этот раз, мистер Монк?

Уильям решил ничего не скрывать. Этот человек был настроен дружелюбно, но, почувствовав ложь, мог и насторожиться.

– Я забыл некоторые детали того расследования, что я здесь вел, и хотел восстановить их в памяти. Было бы неплохо переговорить кое с кем по этому поводу. Я понимаю, сейчас суббота и мало кого можно застать на месте, но, к сожалению, выбраться из столицы в другой день мне не удастся. Я занят сейчас весьма важным делом.

– Нет проблем, сэр. Мистер Маркхэм сегодня в участке и, думаю, будет рад увидеть вас снова. Тем более освежить в памяти детали того самого дела! – Полицейский кивнул на дверь справа. – Если вам угодно, сэр, вы найдете мистера Маркхэма в самом конце, как всегда. Скажите, что вас к нему направил я.

– Спасибо, сержант, – поблагодарил Монк и двинулся по указанному коридору, так и не дав дежурному понять, что не может вспомнить его имени. Где располагается нужный ему кабинет, детектив тоже забыл, но, к счастью, оказалось, что коридор упирается прямиком в нужную дверь.

Сержант Маркхэм стоял к Уильяму спиной. Что-то в линии его плеч, а также в наклоне головы и осанке показалось сыщику до боли знакомым. Да, он шел по верному следу!

Затем Маркхэм повернулся, и это ощущение исчезло. Перед детективом стоял белокурый и голубоглазый, как миллионы англичан, человек, о котором ему было известно лишь то, что когда-то они вели вместе трудное расследование.

– Да, сэр? – спросил он, поначалу обратив внимание лишь на штатскую одежду посетителя. Затем сержант всмотрелся – и повел себя точно так же, как и дежурный. – Боже, да это мистер Монк! – И все же в глазах этого человека детектив прочел не только восхищение, но и настороженность. – Как поживаете, сэр? Какое-нибудь новое дело?

– Нет, то же самое. – Уильям задумался, не улыбнуться ли ему в ответ. Или он только вызовет подозрения нетипичным для себя дружелюбием? В итоге это желание испарилось само собой. – Я забыл некоторые подробности дела и хотел бы восстановить их в памяти. Точнее – чтобы вы помогли мне в этом. Отчеты у вас сохранились?

– Да, сэр. – Маркхэм был явно удивлен. По-видимому, как и прежде, он готов был выполнить просьбу Монка, хотя и не понимал ее смысла.

– Я больше не служу в полиции, – не желая прибегать к обману, предупредил его сыщик.

– Не служите? – растерянно переспросил сержант. Он уже ничего не мог понять.

– Стал частным детективом, – пояснил Уильям, встречаясь с ним взглядом. – В понедельник продолжится суд по делу Карлайонов, и к тому времени мне необходимо вернуться в Олд-Бейли. Поэтому я хотел бы освежить в памяти подробности этого старого расследования именно сегодня.

– Для чего, сэр? – Маркхэм весьма уважал Монка, но привык не принимать на веру голословные утверждения и усомнился, вправе ли он раскрывать детали дела постороннему. Похоже, этому его учил сам бывший столичный полицейский.

– Для собственного успокоения, – как можно более небрежно отозвался детектив. – Хочу убедиться, что сделал тогда все возможное. А заодно, если получится, отыскать ту женщину.

Уже произнеся последнюю фразу, он понял, что сам себя выдал: собеседник мог принять его за ненормального. Увы, было уже слишком поздно. Уильяма бросило в жар.

– Миссис Уорд? – недоверчиво переспросил сержант.

– Да. – Монк с трудом сглотнул. Должно быть, она жива, иначе бы Маркхэм отреагировал с еще большим изумлением.

– А вы разве не поддерживали с ней связь, сэр? – нахмурился полицейский.

У сыщика перехватило дыхание.

– Нет. – Он закашлялся. – Нет… А почему вы полагаете, что я…

– Ну, сэр. – Сержант слегка зарделся. – Я знаю, вы работали над этим делом, не щадя сил… Чтобы установить истину, разумеется… Но я видел также, что леди вам не безразлична, да и вы ей тоже. Я думал… Да и все мы думали… – Он пошел красными пятнами. – Хотя какая разница! Прошу прощения, сэр, неважно как люди относятся друг к другу, лишь бы это не вело к судебным ошибкам. Я не могу показать вам протоколы, поскольку вы уже не в полиции, но я все хорошо помню. Сейчас я на службе, однако вскоре смогу отлучиться на ланч. Уверен, что дежурный согласится меня подменить. Давайте встретимся в «Трех перьях», и я расскажу вам все, что вспомню.

– Благодарю вас, Маркхэм, это весьма любезно с вашей стороны. Надеюсь, вы позволите мне вас угостить?

– Да, сэр, почту за честь.

В полдень Монк и сержант Маркхэм сидели в трактире «Три пера» за круглым столиком. Перед каждым стояла тарелка с вареной бараниной под острым соусом, а также с картофелем, ранней капустой, давленой репой и маслом. У локтя каждого располагался стакан с сидром, а рядом дымился сладкий пудинг.

Маркхэм сдержал слово. Бумаг при нем не было, но памятью он отличался феноменальной. Хотя, возможно, он все же успел заглянуть в архив. Утолив первый голод, полицейский начал:

– Сначала вы изучили показания и отправились на место происшествия. – Он счел нужным не добавлять на этот раз слово «сэр», что несколько позабавило его собеседника.

– Прибыв туда, вы заинтересовались разбитым стеклом, – продолжал сержант. – Осколки, конечно, были давно убраны, но мы показали вам, как они лежали. Затем мы заново допросили слуг и саму миссис Уорд. Вас интересует, что я об этом помню?

– В общих чертах, – ответил сыщик. – Самое основное.

Маркхэм принялся скучно излагать ход следствия, в результате которого любой полисмен немедля арестовал бы Гермиону Уорд. Улики против нее казались неопровержимыми. Единственная разница между ней и Александрой Карлайон заключалась в том, что у Гермионы были все причины покончить с мужем, унаследовав при этом солидную часть имущества. Александра же, идя на преступление, теряла все: положение в обществе, деньги и прочее. Кроме того, она призналась почти сразу же, а миссис Уорд яростно отрицала свою вину.

– Дальше! – попросил Уильям.

Маркхэм прожевал и продолжил:

– Я не знаю, почему вы ей поверили. Возможно, в этом и заключается разница между обычным хорошим полицейским и великим сыщиком. Великий сыщик инстинктивно чувствует вину или невиновность человека. Вы работали день и ночь. Я больше никогда не видел такой работоспособности. Сказать по правде, не знаю даже, когда вы спали. Да и нас вы тоже загоняли до упаду.