Черный лед - Майкл Коннелли

Перехватив его взгляд, Рамос наклонился и вытащил оружие. По лицу его расползалась плотоядная улыбка.

– Мы специально выписали эти игрушки, – пояснил он, хотя Гарри ни о чем его не спрашивал. – «Кольт» выпускает их специально для АКН. Называется «РО-636» – бесшумная модификация стандартной девятой модели. В ней используются пули со срезанной головкой весом девять с половиной граммов и дозвуковой начальной скоростью. Знаешь, на что способна одна такая дура? Она прошьет трех человек насквозь и только потом начнет замедляться! Кроме того, эта машинка снабжена встроенным глушителем. Это значит, что не видно никакой вспышки и раскаленные газы не выбрасываются наружу. Например, там, где скапливаются газ или пары бензина, дульное пламя подожжет их, и тогда – бум! – ты приземляешься в двух кварталах от того места, которое тебе нужно. Но только не с этой штукой. Прекрасная вещь. Как жаль, что сегодня мне не придется идти в бой с таким замечательным аппаратиком в руках.

Рамос нежно прижимал винтовку к груди, как молодая мать своего первенца.

– Ты был во Вьетнаме, я угадал? – спросил он. Босх кивнул. – Я всегда угадываю. Что-то такое в вас есть, поэтому я редко ошибаюсь. – Рамос вздохнул и вернул винтовку в ящик. Странная улыбка все еще блуждала по его лицу. – Для Вьетнама я был слишком молод, а для Ирака оказался слишком стар. Что поделать, такая судьба…

Инструктаж начался около половины одиннадцатого. Рамос и Корво собрали всех агентов и офицеров мексиканской милиции; к ним присоединились Босх и Агильо. Они стояли перед доской объявлений, к которой была прикреплена увеличенная копия сделанной с воздуха фотографии ранчо Зорилло. Гарри удивило, что значительная часть земель на ранчо не использовалась. Очевидно, Эль-Папа чувствовал себя в большей безопасности на открытой местности. К западу от его собственности вздымались горы Кукапа, служившие естественной границей ранчо; с других направлений Зорилло создал на подступах к ранчо что-то вроде буферных зон.

Корво и Рамос встали по обе стороны от доски, и последний взял слово. Используя метровой длины линейку, он очертил границы ранчо и указал расположение, как он выразился, «населенного пункта», включавшего асиенду, хозяйственные постройки и примыкающее к ним строение бункерного типа. Затем Рамос отметил скотоводческие корали, стойла и коровник, вытянувшиеся параллельно шоссе Валь-Верде примерно в миле от жилых домов и находившиеся напротив «Энвиро брид».

Далее на доске появился новый снимок, запечатлевший во всех подробностях примерно одну четвертую часть территории поместья, а именно участок между асиендой и королями. Он включал и площадку «Энвиро брид». Увеличение было таким сильным, что Босх разглядел крошечные фигурки людей на крыше здания-бункера. На расчищенном участке позади строений виднелись черные пятнышки, хорошо заметные на фоне светло-коричневой земли и зеленой травы. Это были быки, и Босх задумался, который из них Эль-Темблар. Потом он услышал, что один из мексиканцев переводит для своих товарищей все, о чем говорится на инструктаже, и стал внимательно слушать.

– О'кей, – сказал Рамос. – Этим фотографиям без малого тридцать часов. Кроме того, мы попросили НАСА полетать над ранчо на «Ю-34» и сделать для нас еще кое-какую работу. По нашему запросу Национальное аэрокосмическое управление проверило территорию на предмет теплового резонанса, и вот что у них получилось. Красные пятна, которые вы видите, – это самые сильные источники тепла на равнине. – С этими словами Рамос прикрепил на стенд еще один снимок, обработанный на компьютере. На зеленовато-голубом фоне фотографии отчетливо выделялись красные прямоугольники домов; вокруг них были разбросаны совсем мелкие и не такие яркие пятнышки. Босх решил, что это, наверное, быки на выпасе. – Эти фотографии сделаны вчера в то же самое время, – пояснил Рамос. – Сравнивая графическое изображение, сделанное компьютером, и живой снимок, мы обнаружили кое-какие отклонения. На первый взгляд они необъяснимы. Прямоугольники, излучающие так много тепла, несомненно дома, а большая часть пятен поменьше – быки. – Чтобы пояснить свою мысль, Рамос несколько раз ткнул линейкой то в один, то в другой снимок, и Босх наконец сообразил, что красных пятен на компьютерной разработке гораздо больше, чем быков на фотографии. – На схеме мы специально пометили точки, которые при взгляде на снимок оказываются вовсе не животными. На самом деле это кормушки…

С помощью Корво Рамос повесил на доску еще две сильно увеличенные фотографии. На одной Босх ясно различил жестяную крышу небольшого навеса, а рядом с ним черного бычка-двухлетку. На соответствующем снимке, сделанном в инфракрасных лучах, ярко-красными были и животное, и навес.

– По конструкции это легкие навесы, предназначенные для того, чтобы защищать от дождя сено, то есть корм для скота, – говорил Рамос. – По свидетельству специалистов НАСА, они могут испускать остаточное тепло, отражающееся и на резонансных фото, однако, по их единодушному мнению, инфракрасное излучение не бывает таким интенсивным. Следовательно, мы имеем дело с хитроумной маскировкой. Это скорее всего выводные отверстия вентиляционных шахт, связанные с подземными лабораториями. Судя по всему, в жилых зданиях есть ход в подземелье. – Он сделал небольшую паузу, но никто не перебил его вопросом, и Рамос продолжил: – Мы располагаем также достоверными сведениями, полученными из конфиденциального источника, что под землей находится система тоннелей. В первую очередь нас интересует подземный ход, вероятно, соединяющий вот этот скотоводческий комплекс с частным предприятием «Энвиро брид» за пределами ранчо. По нашим предположениям, именно он позволил Зорилло временно уйти из-под наружного наблюдения. Кроме того, этот тоннель скорее всего используется и для перемещения готового продукта из лабораторий Эль-Папы на территорию упомянутого частного предприятия для последующей его отправки через границу.

Далее Рамос подробно осветил детали предстоящей операции. Начало штурма планировалось ровно в полночь. Перед мексиканской милицией ставили две задачи: один автомобиль без опознавательных знаков должен был доехать до ворот ранчо и, будто бы управляемый пьяным водителем, свернуть там с шоссе на щебенку. С помощью этой уловки трем милиционерам предстояло обезвредить двух охранников у ворот, после чего половине милицейского отряда следовало двинуться по дороге к жилым зданиям ранчо. Предполагалось, что в это же время вторая группа незаметно окружит «Энвиро брид» и будет ждать развития событий.

– Успех операции во многом зависит от того, насколько быстро нейтрализуют охранников у ворот. Нужно сделать это так, чтобы они не успели передать сигнал тревоги на асиенду, – сказал Корво. За весь инструктаж это были его первые слова. – Если нам не удастся сделать это, мы потеряем преимущество внезапности.

Как понял Босх, дальнейшие события должны были развиваться так. Когда наземные силы сосредоточатся у объектов и начнут атаку, в дело вступят десантные группы. Два транспортных вертолета сядут к северу и к востоку от жилых строений и высадят штурмовую группу ОБСО, которой вменялось в обязанности первой врываться во все здания. Третий вертолет останется в воздухе в качестве командного и наблюдательного пункта.