Отдаленные последствия - Александра Маринина

и прикрыл глаза. Следствие совсем обалдело, берегов не чует. Носятся со своей процессуальной самостоятельностью как с писаной торбой, и до того доносились, что решили, будто могут розыскниками командовать и выбирать, с кем им работать, а с кем – нет. А ничего, что Следственный комитет и МВД – это два разных ведомства и уголовный розыск следователям не подчиняется? Да провалилось бы оно все!

Сташис

Подходящий «карман» для парковки нашелся совсем рядом с домом Фадеева, буквально метров триста оставалось доехать.

– Мимо не проскочат, – уверенно констатировал Антон. – Будем ждать.

Виктор достал телефон.

– Поищу пока жену Фадеева в соцсетях, – сказал он.

– А что, понравилась? – рассмеялся Сташис. – Красивая, это правда.

Лейтенант смутился.

– Да при чем тут… Я для дела.

– Давай-давай.

Через некоторое время Виктор с досадой произнес:

– Черт, здесь какая-то яма, эль-тэ-е слетает, четыре-джи тоже, только трешка работает, а она грузит в час по чайной ложке.

Минут через пятнадцать-двадцать в зеркале заднего вида показалась машина Колюбаева – темно-зеленый «БМВ». Антон вышел из салона и встал так, чтобы его было хорошо видно. Автомобиль притормозил рядом с ним. Женя Есаков опустил стекло и удивленно спросил:

– А вы здесь как?

Антон нагнулся, просунул голову в окно.

– Парни, на пару слов. Есть новая вводная от руководства.

Есаков и Колюбаев подошли к нему, Витя Вишняков тоже встал рядом. «Ни дать ни взять, бандитская стрелка, – с усмешкой подумал Сташис. – Сейчас и разборка начнется, будем выяснять, чьи пироги пышнее».

– Мы на Фадеева вышли, – сказал он без длинных предисловий.

– Мы тоже, – моментально отреагировал Есаков.

Сташис успел заметить полный ярости взгляд, которым Дима Колюбаев хотел, кажется, испепелить старшего лейтенанта, но тот ничего не заметил и возбужденно продолжал:

– Источник в УБЭПе дал нам инфу, что Фадеев знаком с Очеретиным, так что все в цвет. А у вас что? Какие зацепки?

Если бы взглядом можно было убить, Женя Есаков наверняка уже свалился бы замертво.

– Боюсь, что ваш источник ошибся. – Антон с сожалением покачал головой. – Перепутал фамилии. Не Очеретин, а Черединов. Это водитель Фадеева. Звучит похоже, много одинаковых букв, так что ошибка вполне понятная и простительная. А кстати, почему Фадеев? Вы же вроде ехали про Тремасова узнавать?

Он видел, что с каждым произнесенным им словом лицо Есакова делается все более растерянным, а Дмитрий бледнеет, отчего его смугловатая гладкая кожа приобретает нездоровый пепельный оттенок.

– Пока узнавали, как раз Фадеев и выплыл. Он нам показался более перспективной фигурой с точки зрения, так сказать, поставленных задач.

Колюбаев выдавил из себя улыбку, но от Антона не ускользнуло выражение его глаз. «Не дожить тебе до вечера, Женя», – мысленно отметил он.

– Нам тоже так показалось, – он широко улыбнулся, – и поэтому мы здесь. Сейчас все и выясним, а вам Зарубин велел возвращаться на Петровку, вы ему там нужны.

– Слушай, Антон, это нечестно, – возразил Колюбаев. – Информация наша, и мы должны ее проверить сами.

– Она ошибочная.

– Не факт. Может быть, ошибаешься как раз ты, а не мой источник.

– Может быть. – Антон пожал плечами. – И мы с Витей это узнаем. Ты собираешься спорить с руководством, которое велит тебе возвращаться?

– Я так понимаю, руководство – это ты? – Дмитрий даже не пытался скрыть язвительность.

– Руководство – это полковник Зарубин. Можешь ему прямо сейчас позвонить и убедиться.

– Почему он сам мне не позвонил, а через тебя передает?

– Вот и спроси у него. Парни, давайте без обид, ладно? Вчетвером вваливаться глупо, люди испугаются, начнут скандалить и вызванивать адвокатов, а это никому не нужно. Мы вдвоем сделаем все тихо и аккуратно. И вашу информацию обязательно проверим.

Они препирались еще несколько минут, после чего Колюбаев и Есаков со злыми и расстроенными лицами отбыли в сторону Москвы. Разговор вышел, конечно, малоприятным, но, с другой стороны, разве на оперативной работе бывают приятные беседы? И конкуренцию в раскрытии никто не отменял, особенно когда группа больше двух человек и версий много: кто ж не хочет лишний раз попасть в справку, тем более по делу, которое на особом контроле? Антон прислушивался к себе и с неудовольствием понимал, что радуется. Нехорошо это – радоваться неудачам товарищей, но очень уж не хотелось ему, чтобы Кузьмич всерьез озаботился переводом Колюбаева к ним в управление. Если кого и брать, то Витю Вишнякова, а не этого хитромудрого опера с Юго-Запада. Кузьмича, конечно, можно понять, ему как начальнику легче руководить именно таким, как Колюбаев, но ведь Дима и подставить может, если сочтет, что так лучше для соблюдения политических интересов верхнего руководства. А Витя простой и пока еще честный паренек, клад, может, и не найдет, но уж точно не подставит.

С охранником, несущим службу у ворот дома Фадеева, все вышло далеко не так легко и просто, как с давешним Александром, который с готовностью вызвался помочь, поскольку речь шла об убийстве сына хозяина. Здесь пришлось изворачиваться и придумывать на ходу, уверяя, что господин Фадеев, разумеется, ни в чем не может подозреваться, но вот поведение госпожи Горожановой вызывает некоторое беспокойство, в связи с чем возникла необходимость побеседовать с домочадцами и попросить их ответить буквально на пару вопросов.

– Если вам нужен Виталий Аркадьевич, поезжайте к нему в офис, – упрямо твердил охранник. – Или присылайте повестку.

– Зачем же мы будем беспокоить такого занятого человека по пустякам? – миролюбиво разводил руками Антон Сташис. – Нам бы с персоналом поговорить накоротке, они ведь люди наблюдательные, хотя с ними обычно никто не считается, их даже не замечают, а вот они, наоборот, на все обращают внимание и все запоминают. Горожанова со своим мужем бывала в этом доме, и наверняка кто-то что-то…

В общем, охранника удалось уболтать.

– Я должен позвонить Виталию Аркадьевичу, пусть он сам распорядится, – твердо заявил страж ворот. – Если он разрешит вас впускать, тогда ладно.

– Конечно, звони.

Охранник отошел на несколько шагов и вытащил телефон. Судя по репликам, трубку взял не Фадеев, который в этот момент находился на важных переговорах, и собеседником бдительного сотрудника охранного агентства был некто по имени Артем.

– Точно? – переспросил охранник. – Уверен? Ну смотри, если что – ты будешь крайним.

Кажется, этот невидимый Артем – человек вполне вменяемый, к тому же точно знает, что за Фадеевым ничего такого нет, и беседа оперов с персоналом никакой опасности в себе не таит. А может, наоборот, просто глупый и беспечный.

– Ну, как Виталий Аркадьевич? – невинно спросил Сташис. – Разрешил? Или велел нас выгнать?

– Виталий Аркадьевич занят, – с важным видом сообщил