Жестокая жара - Ричард Касл

— Темно-коричневый? — воскликнула она.

— Именно. И знаешь, что написано на боку? «„Полный порядок“ — чистка ковров».

— Парни, вы просто класс, — затем Хит постаралась подавить радостное возбуждение и перешла к делу: — А теперь, пожалуйста, скажите мне, что вы оба в перчатках.

— Так точно, мэм, мы — люди с синими руками.

— Превосходно. Вы ничего не трогали?

— Нет, просто посветили фонариком в заднее стекло, чтобы убедиться в том, что там никого нет — живого или мертвого. Все чисто.

— Теперь мне нужно от вас вот что. Выходите оттуда и больше не заходите. Оставьте дверь как есть, ручку не трогайте. Просто сторожите склад, вызовите группу сбора улик, и пусть они прочешут это место как следует. И чтобы в группе обязательно был Бенигно де Хесус, и только Бенигно де Хесус. Никаких ошибок.

— Ясно.

— И вот еще что, Мэл. Вы с Рейнольдсом здорово поработали.

Хит как раз закончила пересказывать полученную информацию Руку и Раймеру, когда из задней двери в облаке сигаретного дыма возникла администратор, полная крашеная блондинка с африканскими косичками.

— Что, все втроем пойдете? Тогда с вас залог в пятьдесят долларов на случай повреждений мебели.

Она сняла со стойки табличку «Вернусь…» и извлекла из отделения ключи от номера. Когда она снова обернулась, Никки сунула ей в лицо свой жетон.

Администраторшу звали Диди, и она повела их на второй этаж по коридору, где приходилось переступать через многочисленные полосы скотча, закрывавшие дыры в ковре.

— Подумайте еще раз, Диди, — попросила Никки. — Вы уверены, что никто больше не поднимался сюда к нему? Никого не видели?

— Я вообще не вижу ничего, никого и никогда. Люди приходят и уходят.

Рук спросил:

— А если бы с ним в номере жил второй человек, вы же должны об этом знать, правда?

— По правилам — да. Но на самом деле… — Она остановилась посередине коридора и развела руками; как раз в этот момент мимо них к лифту прошествовала женщина в крошечных ярко-желтых шортах и топе с открытой спиной. Полицейские поняли, что спорить бесполезно. — Мужик заплатил наличными за две недели вперед. Это все, что меня волнует.

Они остановились перед дверью в конце коридора, на ручке которой болталась табличка «Не беспокоить». Никки, подумав о криминалистах и о том, что посторонние могли наследить, спросила:

— Горничная там сегодня была?

— Ага, как же, — презрительно фыркнула Диди и ткнула пальцем в табличку. — Ни одной крошки на подушке. — Затем дважды постучала в дверь и крикнула: — Эй, открывайте, это менеджер.

Когда Диди вставила ключ в замок, Никки жестом велела ей отойти. Они с Раймером, приготовившись в случае чего выхватить оружие, вошли первыми.

— Ни черта себе, — пробормотала Диди.

Больше ничего говорить не требовалось. Она попятилась и со словами: «Надо позвонить хозяину» выбежала прочь.

Кровь была повсюду. На кровати, особенно на подушке, на верхней части одеяла: там виднелось целое озерцо темно-бурого цвета. Куча полотенец рядом с кроватью также была насквозь пропитана кровью. Письменный стол вытащили на середину комнаты и прикрыли сорванной клеенчатой занавеской из ванной. На нем тоже застыла кровавая лужа. Кровь успела разделиться на составляющие: края лужи были янтарными, а центр — темно-коричневым. Багровые полосы, похожие на струйки парафина на оплывшей свече, покрывали свисавшую со стола скатерть. Впитавшаяся в лежавший на полу ковер кровь тоже казалась засохшей. Пол усеивали комки окровавленной марли и разорванные обертки из-под бинтов.

— Столько крови в отеле я видел только в фильме «Сияние»,[143]— заметил Рук.

— Похоже, мы нашли наш пункт экстренной помощи, — констатировал Опи.

— И отделение реанимации, — добавила Хит.

Она оставила детектива Раймера за старшего, надеясь на то, что в этой сцене из фильма ужасов криминалисты все-таки смогут отыскать отпечатки и установить, кто же помогал Картеру Деймону.

Когда Никки с Руком вернулись из Бронкса, Тараканы уже ждали ее. Они повели ее к столу Каньеро и засыпали новыми сведениями.

— Начнем с банка, — начал детектив Таррелл. — В финансовых документах Картера Деймона нашлось кое-что интересное. — Он открыл на компьютере файл и полистал банковский документ. — Посмотри сюда. В понедельник после убийства твоей матери на его счет поступило триста тысяч долларов. А потом, видишь? Суммы поменьше, по двадцать пять тысяч каждые полгода.

Шокирующий вывод был слишком очевиден: член их братства, детектив полиции Нью-Йорка, скорее всего, оказался наемным убийцей и препятствовал расследованию. Никки постаралась подавить гнев — ведь полной уверенности у них еще не было — и спросила:

— Долго он получал деньги?

— До прошлого месяца. Затем наступила большая перемена. — Таррелл открыл следующую страницу. — Две недели назад снова поступила крупная сумма — триста кусков.

Никки взглянула на дату.

— В этот день мы обнаружили труп Николь Бернарден.

— И встречались за ланчем с бывшим детективом отдела убийств Картером Деймоном, — добавил Рук. — Что это было: Плата за убийство Николь или за покушение на тебя?

— Или за то и другое… — сказал Каньеро. — Список номеров, на которые он звонил, тоже говорит о многом. — Он протянул Хит копию распечатки. Рук заглянул ей через плечо.

— Я обвел три самых интересных звонка. Внизу первой Страницы: два международных звонка в Париж на несуществующий больше мобильный. Один — в ночь убийства Николь — напомню тебе, что это было за два дня до обнаружения чемодана, — а второй на тот же одноразовый телефон, сразу после вашего ланча.

Никки помолчала минуту, стараясь успокоиться, затем заговорила:

— Итак, давайте порассуждаем. Предположим, что во время первого разговора с Парижем речь шла об убийстве Николь Бернарден. Он получал заказ или сообщал о выполнении. Но о чем был второй разговор, как вы думаете?

— Может быть, Деймон звонил наемнику, который убил Тайлера Уинна? — предположил Рук. — Возможно, это и был твой вчерашний снайпер.

— Допустим, но мы проверили всех пассажиров, прошедших через американскую таможню и приехавших из Парижа, помните? — возразил Каньеро. — Никаких подозрительных лиц.

— Ну и что? — воскликнул Рук. — Может быть, этот человек прибыл на корабле, скажем, в Бостон или Филадельфию. Или его нет в списках подозрительных лиц.

— Будем думать дальше, — подытожила Никки.