Колыбельная Кассандры - Эля Хакимова

— Немедленно прекратите наставлять на меня вашу дурацкую железку!

— Кто вы? — твердым голосом спросила в ответ Сент-Джонс, стараясь, чтобы ствол пистолета не так позорно дрожал.

— Нет уж, это вы кто? — громогласно переспросила высокая, как башня, женщина лет сорока, с красивым гордым лицом и седой прядью в черных волосах, обрамлявших тонкое благородное лицо. В молодости она была, верно, красавицей и сейчас еще могла бы ею считаться, не будь ее глаза столь надменно холодны, а голос жестким, словно колючая проволока.

— Я детектив-инспектор отдела криминальных расследований Кассандра Сент-Джонс, расследую здесь преступление. А кто вы? — с профессиональным спокойствием спросила в ответ девушка. Говорила она тона на два тише, но металла в голосе было не меньше.

Сент-Джонс бросила контрольный взгляд в сторону двери, из которой так внезапно появилась ее собеседница. У священников есть нюх на неисправимых грешников. У хищников — чутье на больных животных. Наметанный глаз Кассандры определил, что перед ней не человек, а сплошная рана, которая пузырилась ненавистью и злобой. Как раз из такого теста выпекаются убийцы.

— Это мой дом, и никто, слышите, никто не имеет права рыться в вещах без моего разрешения! — В конце фразы голос взвился почти до истерики.

— Спокойно, спокойно. — Кассандра попыталась воспроизвести тон голоса, которым говорил егерь. — Это дом Дика Логана, я занимаюсь здесь официальным расследованием.

А вот ваше имя я услышу сейчас и здесь или через полчаса, но уже в полицейском участке. Итак?

— Я Камилла Логан. Это мой дом, и, если Дик натворил глупостей, это не дает никакого права врываться сюда и угрожать оружием. — Женщина непримиримо скрестила руки на груди, хотя говорила уже значительно тише и спокойнее.

Не будь у Сент-Джонс богатого опыта общения с лжецами всех мастей, она бы вряд ли заметила легкую заминку, перед тем как женщина представилась. В металле голоса почувствовалась почти не заметная ржавчина. Едва ли Камилла знает о смерти сына, но что-то она пытается скрыть.

Это была очень высокая и стройная фея Моргана, яркая представительница породы великанов, населяющих Полпути наряду с кланом коротышек. Женщина выдающихся способностей, если судить по внешности и отношению к своей персоне.

— Насколько я в курсе, вы уже лет десять не живете ни в этом доме, ни в этой деревне, — осторожно начала Сент-Джонс, убрав пистолет в кобуру. Она испытующе прищурилась, оглядывая собеседницу.

— Это никого не касается! — живо откликнулась Камилла, с независимым видом усевшись на диван, предварительно смахнув бумаги и объедки прямо на пол. — Говорите, зачем пришли, или убирайтесь. Мне действительно недосуг шататься по вашим участкам.

— Замечательно, — сделала формальную уступку Кассандра. — В таком случае сначала скажите, когда вы вернулись.

— Ну, допустим, сегодня, — презрительно скривив губы, женщина уточнила: — Утренним поездом.

— А причина вашего возвращения есть или…

— Или, — вызывающе дерзкий тон был сам по себе оскорбителен. Особенно удачно он сочетался с подчеркнутой вежливостью вопросов.

— Когда вы в последний раз общались с вашим сыном? — Кассандра плевала на тон, главное — получить ответы.

— Слушайте, я ничего не понимаю. Какое отношение к выходкам моего сына имеет наше с ним общение? — взвилась Камилла. Она вскочила с дивана и стала нервно ходить по комнате, одновременно пытаясь прикурить сигарету и собирая газеты, тарелки и коробки из-под пирогов. Все это женщина перекладывала с места на место, нисколько не создавая порядок в хаосе, а напротив, усугубляя разгром, царивший в неуютном заброшенном жилье.

— Ответьте на мой вопрос, — посоветовала Сент-Джонс, цепким взглядом следя за маневрами хозяйки дома. Сестра Сара была бы довольна сдержанностью бывшей воспитанницы.

— Не помню точно, — наконец сдалась Камилла. Ей удалось зажечь сигарету, она с видимым наслаждением затянулась и через минуту резко выдула струю дыма.

— А вы постарайтесь вспомнить, хотя бы приблизительно.

— Похоже, Дики действительно что-то серьезное натворил… — Казалось, хозяйке этой халупы впервые пришла в голову мысль побеспокоиться о сыне, а не о себе. Она сосредоточенно размышляла. Затем подняла голову и, глядя прямо в глаза детективу, отчеканила: — Я разговаривала с ним в последний раз перед самым отъездом из этой чертовой дыры. Сказала ему, что поехала в магазин и скоро вернусь. Но на самом деле в багажнике уже лежал чемодан, а в кармане билет на поезд.