Крест Шарлотты - Елена Дорош

Она попыталась вспомнить, когда в последний раз Антон волновался за нее, переживал, нервничал, вот как она сейчас. Некстати вспомнился случай, когда перед самым Новым годом она задержалась в архиве университета, хотя они должны были уезжать в Купчино. Антон тогда все телефоны оборвал, разыскивая жену, а потом наорал на нее из-за того, что по ее вине они опоздали. Пример был совсем неподходящим, но ей почему-то стало очень жалко себя. Так сильно, что она разревелась и рыдала, пока не уснула.

Лига проснулась с мыслью, что у нее очень тяжело на душе. Не открывая глаз, подумала, что душевная тяжесть какая-то уж слишком конкретная, хотелось снять ее с груди. Она с трудом разлепила заплывший от слез глаз и увидела, что у нее на животе, подложив под синюю голову ладошку, спит младший племянник. А что не поспать? Тепло, мягко. Лига осторожно повернулась на бок. Малыш сполз и тут же свернулся калачиком. Ах ты, мой хомячок пузатенький! Лига вспомнила Мишку и улыбнулась. Как там, кстати, у него дела? Отстала от него бывшая или нет? Она закутала Павлика одеялом и, отойдя к окну, набрала номер друга.

– Здорово, жаворонок бесноватый, – тут же ответил тот, – чего будишь ни свет ни заря?

– Мишка, ты жив? У тебя все хорошо?

– Да. Все отлично. Давай позже перезвоню.

– Ты спишь еще или…

– Или, – отрезал верный друг. – Не приставай!

Он повесил трубку. И ты, Брут?

От осознания того, что ее бросили абсолютно все, она снова заплакала.

– Блин, я его обыскалась, а он к тетке под бочок пристроился и дрыхнет!

Инта вошла в комнату и склонилась над сыном.

– Не забирай, – попросила Лига, – пусть спит. Он такой плюшевый.

– Ага, плюшевый, пока спит. А проснется, сразу поймешь, что такое фунт лиха. Ладно, пусть досыпает. Пошли, я тебе расскажу про наши дела. Ты ревела, что ли? По мужу скучаешь?

– Да. Знаешь, мы с ним…

– Ни разу не расставались? Да фигня! Поскучает – крепче любить будет!

Неужели? Это она из своего опыта? Лиге вдруг захотелось сказать сестре что-нибудь обидное и резкое, но Инта уже тащила ее за собой:

– Пошли, у меня для тебя есть предложение.

На кухне она быстро поставила перед сестрой чашку, налила кофе и села напротив. Ее темные глаза горели азартом и вдохновением.

– Для тебя есть работа! – объявила она.

– Что?

Лига, не успев сделать ни глотка, отставила чашку.

– Смотри, расклад такой. Мне здесь работы не найти. Ни образования, ни связей, короче, дело тухлое.

– А у меня что, есть связи?

– К черту связи! У тебя есть кое-что получше! Ты сколько языков знаешь?

– Английский. Немецкий.

– Латышский и русский. Итого четыре! Ты полиглот!

Лига ничего не поняла.

– И что?

– В наш отель, который находится прямо в Межотненском дворце, нужен старший администратор со знанием языков. Предыдущая ушла в декрет, к тому же она знала только английский.

– Так. Идея мне понятна. Она блестящая, но она все равно бредовая. Я приехала на месяц. У меня российский паспорт. Какой дурак меня возьмет?

– Возьмут. Сезон начинается, а у них из персонала европейского уровня полтора землекопа. Даже на месяц. Ты их просто спасешь!

– Кто тебе сказал?

– Мартин Сирмайс. Это… он там работает, короче.

– Кем?

– Менеджером.

– И что это значит? Что он решает?

– Все! Он сам мне предложил с тобой поговорить.

– Бред какой-то! Я совершенно не собиралась! Давай лучше буду с мальчишками сидеть!

– Ну, во-первых, ничуть не лучше, и ты скоро в этом убедишься, а во-вторых, просто чудо, что человек понадобился им именно сейчас! Это же шанс спасти ситуацию! Или ты хочешь, чтобы мы с голоду подохли?

– Не мели чепухи!

– Лигушка, милая, подумай. Всего один месяц. С тебя не убудет, а я за это время или работу найду, или мужа верну.

– Как? Ты же с детьми будешь сидеть!

– С ребятами днем будет сидеть Айя. Это внучка нашего соседа. Я уже договорилась.

– А чем платить будешь?

– Из твоей большой зарплаты!

– Отлично! Ты уже все решила без меня!

– Я просто не вижу других вариантов. Их вообще нет!

Инта обошла стол и обняла ее.

– Ну, пожалуйста, выручи меня. Ты же моя сестра!

Лига понимала, что ею в очередной раз манипулируют. Но что поделать!