Когда я вернусь - Татьяна Викторовна Полякова

– Ладно, пойдем хоть кофе выпьем.

– Кофе мне нельзя.

– А чай?

– Ромашку.

Мы оделись и вышли из офиса. Сразу по правую руку располагалось большое двухэтажное здание – комплекс с банкетными залами, где прошло немало корпоративов фирмы. Внизу находилась приятная круглосуточная кофейня, где мы и устроились. Я с кофе, Света с чайником ромашкового чая, который ей, кажется, раздобыли просто потому, что побоялись терять ценного клиента, который регулярно организовывает у них досуг сотрудников.

Я аккуратно спросила, как давно трудятся в фирме интересовавшие меня люди. Узнала, что Маруся действительно пришла в июле, пройдя нешуточный кастинг. Тут Света пустилась сетовать на свои должностные обязанности, рассказывая, через что ей приходится пройти каждый раз, когда она ищет шефу новую секретаршу. Я успокоила ее, сказала, что этим несчастным приходится проходить через куда большее, и с этим, она, конечно, согласилась. В целом выходило так, что кроме бухгалтерии и Игоря вряд ли кто-то мог успеть собрать достаточно компромата.

Мы уже расплачивались, когда я поняла, что просто необходимо воспользоваться Светиным авторитетом, чтобы войти в доверие охранника и попросить его просмотреть камеры видеонаблюдения, которые установлены снаружи. Если наш преступник сумел уничтожить записи из офиса, вряд ли он добрался до соседей. Конечно, он мог реализовать свой план и в рабочее время, но тогда стирать информацию ему пришлось бы на виду у всех – помещение Михалыча было как на ладони, да и выходил он разве что покурить и разогреть контейнеры в столовой, а это ничтожно мало времени. Не лишним будет узнать, кто входил и выходил из офиса ночью в выходные.

– Свет, – осторожно начала я. – А ты с местным охранником знакома?

– Понравился? – загадочно улыбнулась она.

– Да! – ответила я, обрадовавшись, что не придется придумывать причину, по которой я им интересуюсь.

– Ага, рассказывай! Так, я за Михалыча грудью встану, но на пенсию отправить не дам!

– Да ты что, какая пенсия? Думаешь, я решила переманить здешнего к нам в офис? Ну нет, поверь, я от этого далека.

– Ладно, верю. Тебе поговорить с ним просто? – Она поднялась, перекинулась с барменом парой фраз и сказала, вернувшись ко мне: – Так, я на рабочее место, труба зовет, а Егор спустится сейчас, мне сказали. Жди!

Ждать пришлось недолго. Егор вышел из подсобного помещения. При виде его я поняла, что Светин вопрос о симпатии не был лишен здравого смысла. Выглядел он впечатляюще: здоровый парень лет двадцати на вид, с грудой мышц, которые не могла скрыть форменная одежда. Я подумала, что такие парни работают обычно в охране ночных клубов. Впрочем, наверняка в этих банкетных залах собирались не только на корпоративы, хотя и на них порой может понадобиться мужская сила. В общем, я выдала свою самую шикарную улыбку и представилась:

– Я Полина.

– Егор, – хмуро ответил он, но я успела заметить легкую улыбку.

– Егор, у меня к вам деликатная просьба. Мне очень нужно, чтобы вы проверили записи камер наружного наблюдения за пятницу, субботу и воскресенье. Меня интересует внеурочное время – скажем, с семи часов вечера до девяти часов утра. Особенно – ночь на понедельник.

– Что же вы Олега Михайловича не попросите? У вас-то камер побольше будет.

– И то верно, но дело в том, что у нас произошел технический сбой, записи не сохранились. Егор, обратиться больше не к кому, вся надежда на вас. – Тут я не лукавила. Особняк, в котором располагался офис Забелина, с одной стороны соседствовал с этим комплексом, а с другой – с общественной баней, которую закрыли еще в прошлом году. Поговаривали, что купил здание как раз мой бывший, чтобы было куда расширяться. Прямо перед офисом – большая парковка для сотрудников, через дорогу – парк, а позади здания начинался частный сектор, с нами соседствовали такие дома, хозяевам которых не помешал бы сначала новый забор, прежде чем думать о камерах. Видимо, охранник это прекрасно понимал, поэтому ничуть не удивился.

– Что именно надо найти?

– Меня интересует, кто входил и выходил из офиса, автомобили в непосредственной близости и все, что может показаться вам необычным и подозрительным, учитывая, что рабочий день заканчивается у нас в шесть-семь часов вечера.

– Понял, – ответил Егор и записал мой номер телефона. – Посмотрю и позвоню вам.

– Я в долгу не останусь.

– А я много и не возьму, – усмехнулся он, поднялся из-за стола и исчез в подсобке.

Я расплатилась и поспешила вернуться в офис. Прошла к кабинету Игоря, но он по-прежнему был пуст. Значит, начнем с бухгалтерии. Честно говоря, Галина Федоровна совсем не вызывала у меня подозрений, как и ее зам – Александра Сергеевна. Как я успела заметить, свою работу они выполняли всегда четко и в срок, шефу разве что в рот не смотрели. Хотя, может быть, и смотрели. По крайней мере, домашнюю стряпню исправно носили. К тому же дамы предпенсионного возраста на шикарной для нашего города зарплате не станут так просто рисковать теплым местом. Никто не станет. Для этого нужны по-настоящему веские причины. Я заглянула в переговорную, достала из комода одну из коробок конфет, которые лежали там с двадцать третьего февраля, и направилась в кабинет бухгалтерии.

– Добрый день, – поприветствовала я женщин, открывая дверь. – Чай давно пили?

– Да с утра и не пили, – ответила Галина Федоровна.

– Значит, самое время, – сказала я и поставила на ее стол коробку конфет.

За чаем я попросила женщин подготовить все документы, которые касались торгового центра. Я внимательно смотрела на их реакцию, но ничего не вызвало у меня подозрений. Нет, ни одна из них никак не тянула на злодейку. Александра Сергеевна рассказала, что дети поехали с внуками отдыхать в Египет, показывала фотографии их счастливых загорелых лиц на телефоне. Эстафету подхватила Галина Федоровна. Ее внуки были в городе, внучка выиграла региональные соревнования по художественной гимнастике. Она тоже поспешила показать ее фото – малютка лет семи в ярком купальнике со стразами и широкой улыбкой. Как раз в этот момент позвонил Валерка и попросил приехать.

По дороге я корила себя за то, что оставила его одного. Уверена, из-за пустяка он бы точно не стал мне звонить. Все-таки рано вот так бросать его даже на пару часов, а