Агент ЗЕРО - Джек Марс

Ты сказал это.

Рид ощутил как снова проваливается в темноту. Араб дважды дал ему пощечину, возвращая в реальность, в бетонную комнату.

– Теперь мы сможем продолжить более серьезный разговор. Итак, я спрошу снова. Как... Тебя... Зовут?

Ты входишь в комнату для допросов. Подозреваемый пристегнут наручниками к петле стола. Ты лезешь во внутренний карман пиджака и достаешь свое удостоверение в кожаной обложке. Открываешь его...

– Рид. Лоусон, – его голос был неуверенным. – Я профессор... Истории Европы...

Допрашивающий разочарованно вздохнул. Он поманил пальцем жесткого, хмурого напарника. Тяжелый кулак попал ему прямо в щеку. Коренной зуб подпрыгнул на полу в каплях свежей крови.

Пару секунд он не чувствовал боли. Лицо онемело и лишь запульсировало от удара. Затем появилась новая, смутная, резкая боль.

– Ннн..., – он попытался что-то ответить, но губы не подчинялись.

– Я спрошу еще раз, – повторил араб. – Тегеран?

Шейх был заперт в конспиративном доме, замаскированном под заброшенный текстильный завод.

– Загреб?

 Два иранца, собирающиеся сесть на зафрахтованный самолет в Париж, задержаны на взлетно-посадочной полосе.

– Мадрид?

Риц, пятый этаж: активированная ячейка с бомбой. Предполагаемое место назначения: Плаза де Кибелес.

– Шейх Мустафа?

Он боролся за свою жизнь. Дал нам все, что мог. Имена, локации, планы. Но он знал слишком много...

– Я знаю, что ты вспоминаешь, – произнес араб. – Твои глаза говорят за тебя... Зеро.

Зеро. В голове возникла картинка: Мужчина в очках-авиаторах и темной кожаной куртке. Он стоит на углу улицы какого-то европейского городка. Двигается в толпе. Никто не в курсе. Никто не знает, что он там.

Рид снова попытался вытряхнуть видение из головы. Что с ним происходит? Картинки плясали в голове, как последовательные сцены, но он отказывался принимать их за воспоминания. Они были ложными. Будто искусственно введены в его подсознание. Он был профессором университета с двумя дочками-подростками и скромным домом в Бронксе...

– Расскажи, что тебе известно о наших планах, – решительно потребовал допрашивающий.

Мы не говорим. Никогда.

Слова эхом повторялись в его голове. Снова и снова. Мы не говорим. Никогда.

– Это расстянется навечно! – закричал высокий иранец. – Добей его.

Его напарник вздохнул. Он потянулся к металлической тележке, но не стал включать полиграф. Вместо этого его пальцы задержались над пластиковым контейнером.

– Вообще я спокойный человек, – обратился он к Риду. – Но стоит признать, что разочарование моего коллеги немного заразно.

Он взял окровавленный скальпель, тот самый, которым вырезал маленький серебряный чип из его головы, и мягко прижал его к ноге Рида, чуть выше колена.

– Все, что мы хотим знать, это то, что известнотебе. Имена. Даты. Кто сообщил тебе это. Позывные остальных агентов.

Моррис. Ридижер. Йоханссон. Имена мелькали в голове и с каждым появлялись лица, которых он раньше не видел. Молодой человек с темными волосами и дерзкой улыбкой. Круглолицый дружелюбный парень в накрахмаленной белой рубашке. Женщина с прямыми светлыми волосами и стальными серыми глазами.

– И что стало с шейхом.

Каким-то странным образом Рид вдруг осознал, что шейх, о котором они говорят, был задержан и отправлен в бункер в Марокко. Это не было видением. Он просто знал это.

Мы не говорим. Никогда.

Холодок пробежал по всему телу Рида, пока он изо всех сил пытался сохранить хоть какое-то подобие здравомыслия.

– Говори, – настаивал допрашивающий.

– Я не знаю, – слова странным образом застревали на распухшем языке. Он поднял голову и увидел, что другой парень, ухмыляясь, смотрел на него.

Он понял иностранную речь... И ответил на беглом арабском.

Араб проткнул кончиком скальпеля ногу Рида. Тот закричал, когда лезвие коснулось мышцы бедра. Инстинктивно он попытался одернуть ногу, но лодыжки были привязаны к ножкам стула.

Лоусон крепко стиснул зубы так, что челюсть неистово заболела. Рана в ноге, казалось, горела.

Араб ухмыльнулся и слегка наклонил голову:

– Признаю, что ты более силен, нежели остальные, Зеро, – произнес он по-английски. – Но, к твоему большому сожалению, я профессионал, – он наклонился и медленно стянул один из грязных носков Рида. – Я не часто прибегаю к подобному методу, – он выпрямился и посмотрел собеседнику прямо в глаза. – Вот, что будет дальше: я буду отрезать от тебя по кусочку и показывать тебе каждый. Начнем с твоих пальцев на ногах. Затем на руках. После... Посмотрим, как ты себя будешь вести, – он опустился на колени и прижал лезвие к мизинцу правой ноги.

– Подожди, – взмолился Рид. – Пожалуйста, просто подожди.

Остальные присутствующие в комнате встали по обеим сторонам, с интересом наблюдая.

Отчаявшись, Рид нащупал веревки, которыми были связаны его запястья. Это был встречный узел с двумя противостоящими петлями...

Сильная дрожь пробежала от основания его позвоночника к плечам. Он знал. Каким-то непонятным образом он знал. Появилось сильное чувство дежавю, будто он уже бывал в подобной ситуации, или же это просто результат специально вбитых в его голову видений.

Но самое главное, он знал, что должен делать.

– Я расскажу, – задыхаясь, произнес Рид. – Я расскажу все, что вы хотите знать.

– Да? – взглянул на него допрашивающий. – Хорошо. Тем не менее, я все же отрежу этот пальчик. Не хочу, чтобы ты решил, что я блефую.

Рид сжал большой палец левой руки в правой прямо за стулом. Затаив дыхание, он резко дернулся, ощутив щелчок от перелома. Он ожидал почувствовать сильную боль, но вместо этого появилась лишь тупая пульсация.

Новое осознание поразило его: это был не первый