Три ступеньки в небо - Наталья Андреева

– Я не буду считать это за желание. Это всего лишь информация. Ты бы и сам мог ее получить, если бы не был так влюблен. Твои мозги затуманены, и грех этим пользоваться.

– С чего ты такой добренький?

– Я всего-навсего твой верный слуга, о мой господин. Куда едем?

– Ты же сам сказал: домой.

– А может быть, пообедаем? В хорошем ресторане, а? С хорошим вином, – Женька сладко причмокивает. – За мой счет.

– Меня в таком виде в ресторан не пустят.

– Да брось! Со мной тебе будут рады везде! Ну что, едем?

Ах, какая машина! Жаль, что пробки. Прокатиться бы с ветерком на такой зверюге! Это же леопард! Самый быстрый зверь семейства автомобилей подвида «простым смертным не по карману»! Не едет, а летит!

– Сейчас организуем, – улыбается Женька.

И о чудо! Пробки больше нет! И все гаишники куда-то подевались. Они летят по крайней полосе, и все тачки испуганно уступают им дорогу. От бешеной скорости закладывает уши, совсем как в самолете, когда он разбегается по взлетной полосе и начинает набирать высоту. Они летят…

– Хорошо? – улыбается Женька.

– Не знаю.

– Хорошо ведь?

– Если бы еще рядом была она…

Женька мрачнеет и сбрасывает скорость.

– Какой же ты зануда, – морщится джинн, принявший облик его друга. – Никогда у меня не было такого мрачного хозяина.

– Кто эта девушка?

– А тебе не все равно?

– Это не она? Не Аля?

– Она и не она, – загадочно говорит Женька. – Сразу скажу: бесполезно напоминать ей о прошлом. Считай, что у вас его не было.

– И что же мне делать?

– Добиваться ее, – сердито говорит Орлов.

– Но она и так моя!

– Уже нет.

– Я ничего не понимаю!

– А я не могу тебе объяснить. Есть вещи, против которых даже джинны бессильны.

– Например, смерть?

– Она, – кивает Женька.

– Значит, все сначала?

– А что тебя так напрягает? Разве ты не молод? Не хорош собой? Правда, ты беден, – вкрадчиво говорит джинн. – Но ведь это не проблема. У тебя все еще есть твои желания.

– Раньше она любила меня просто так.

– То было раньше! Она женщина, мой друг, обычная женщина. Подари ей весь мир – и она твоя. Кто знает? Может быть, эта Аля даже лучше той?

– А твой какой интерес? – подозрительно спрашивает Алекс.

– Я просто служу своему господину, – скромно говорит Женька. – Это моя работа.

– Не верю! Джинны только в сказках добрые.

– А много ты их встречал в реальности?

– Вообще не встречал. Ты первый.

– Ну вот. А выводы делаешь. Гляди! Вот он, наш ресторан!

Что тут сказать? Приятное местечко. Здесь все шикарно. По высшему разряду. У двери стоит швейцар в парадной ливрее, а за зеркальными окнами спряталась тайна, зато оттуда, из зала ресторана, прекрасно видно все и всех. Те, что сидят там, избранные. Они боги. Ну, почти боги. Это их кулинарный олимп, заоблачные цены в меню и вино по цене амброзии. Они пьют его в надежде жить вечно.

Он неуверенно смотрит на свои старые кроссовки:

– Здесь наверняка дресс-код. Меня не пустят.

– Кто посмеет тебя не впустить, о мой господин?

– Неужели ты материализуешь мне костюм? И пару ботинок из крокодиловой кожи? Галстук не забудь.

– Ты, как всегда, все усложняешь, – морщится Женька. – Идем.

Первый уровень, швейцара, они проходит, использовав всего один патрон, тысячную купюру. Зато на втором их встречает метрдотель, важный, как герцог с фамильного портрета. Этот портрет, не меняя выражения лица, выходит из своей рамы и задает сакраментальный вопрос:

– Что вам угодно, молодые люди?

Этот уровень пройти не просто, придется оставить одну жизнь. А если она всего одна? Ну что, Орлов? Доставай из кармана свое волшебство!

Женька, нагнувшись – он, кстати, высок ростом – шепчет что-то на ухо метрдотелю, и у того мигом меняется выражение лица. Теперь он сама любезность.

– Ах, вот оно что! Милости прошу, господа! Мы мигом все организуем! Прошу! Лучший столик! У окна!

– Что ты ему сказал? – интересуется Алекс, усаживаясь за обещанный столик. А ведь и в самом деле – лучший!

– Могут у меня быть свои секреты? – улыбается Женька.

– Это волшебство или…

– Или. Не беспокойся: тебя будут обслуживать как короля.

– Значит, твои карманы набиты деньгами?

– Угадал.

– Джинны что, богатые?

– Они богаты, пока богат их господин.

– Но у меня ничего нет!

– Значит, это аванс.

– Ты взял деньги авансом? Под меня?

– Считай, что ты мое предприятие. Да, у меня был выбор, – важно говорит Женька, открывая меню. – И я выбрал тебя.

– Вы что, перешли на самоокупаемость? – шутит он. – Артель джиннов, представляю себе! Письменные претензии по невыполнимым желаниям, апелляция на неудавшееся волшебство, брак в материализации объектов пользования.

– В век современных технологий и нам, волшебникам, приходится меняться.

– Зачем я тебе?

– Сам по себе я ничто. Миф! Сказка! А вот рядом с тобой я обретаю плоть и кровь. И даже поем с аппетитом. Ну? Что будем заказывать?

Алекс, причмокивая, листает меню. Это не салаты, а сонеты! А поэма «Горячие блюда» достойна быть опубликованной в высокой печати. Когда-то, в тучные времена, в период их с Женькой краткого процветания, он все эти яства ел, но теперь ему кажется, что это было в какой-то другой жизни.

– Седло барашка. М-м-м… Паровая стерлядь под соусом из трюфелей… Медальоны из телятины… А на закуску…

– Пармскую ветчину с дыней? – подмигивает Женька.

– Ты знаешь, что я ее люблю?!

– Я тебя хорошо изучил, прежде чем взяться за эту работу.

– Тогда действуй!

Через каких-нибудь пять минут стол, за которым они сидят, уставлен всевозможными яствами. В бокалах томится в ожидании их приговора рубиновое вино, манит ледяная минералка в запотевшей бутылке. Алексу и в самом деле хочется пить, и рука невольно тянется к стакану с водой. Женька с улыбкой берет бокал с вином и делает маленький глоток.

– Недурно, а?

– Джинны пьют за рулем, потому что не пьянеют? Или ты способен разложить на молекулы любого мента, который тебя остановит?

– Почти угадал! Я пью, потому что машину поведешь ты. Ну? За наш совместный бизнес?