Минута на убийство - Николас Блейк

— Я вижу, дата отсутствует на одном бланке. Только на одном, — подчеркнул Найджел, быстро пролистав бланки.

— Далее, мне представляется, что копий заказывается гораздо больше, чем требуется для ведения дел. Зачем, к примеру, ваш отдел запросил шесть копий отпечатка KB 5339? Трех хватило бы за глаза.

— Чтобы ускорить выполнение срочного заказа. Если вы помните, серия KB — подборка фотографий под эмбарго. Мы собирались использовать одну из них. Но для этого необходимо представить ее трем цензорам — военно-морскому, военно-воздушному и военному. Итак, три экземпляра, чтобы ускорить прохождение. Остальные три — для нашего пользования.

Пока Найджел рассерженным тоном произносил эту тираду, лицо Биллсона наливалось пунцовым цветом. Теперь его прорвало, причем с неожиданной силой:

— У всех вас, вольнонаемных, один недостаток: вы легкомысленно относитесь к традициям гражданской службы. Быстрота в нашей работе — еще не все, Стрейнджуэйз.

— Да неужели? — вякнул Меррион.

— Это более широкий вопрос: об экономии средств. Я отвечаю перед казначейством за внутренние расходы каждого отдела. И я не собираюсь разбазаривать народные деньги под тем предлогом, что вам пришло в голову, видите ли, ускорить работу.

— Знаете, вы бы лучше поговорили на эту тему с директором управления. Уж коли вы ставите под сомнение его указания, — спокойно парировал Найджел.

— Я вас не понимаю. О каких указаниях идет речь?

— Прежде всего о том, которое он высказал на совещании, подводя итоги работы в мае сорокового года. Обращаясь ко всем руководителям подразделений, он отметил, что ритмичной и быстрой работе не должны мешать бюрократия и другие формы служебного саботажа.

— Что вы хотите этим сказать?

— Я хочу сказать, что моему отделу требуется шесть экземпляров KB 5339. И что всякий раз, когда нам потребуется шесть экземпляров, мы будем их заказывать. И что мне надоели ваши поучения. И что, если вы еще раз позволите себе употребить слово «легкомысленный» по отношению к моей работе, я потребую от директора принять дисциплинарные меры. — Найджел замолчал и после небольшой паузы закончил: — Оставьте эти бланки, я сам с ними разберусь.

Эдгар Биллсон свирепо взглянул на него и направился к двери:. Однако ему не удалось сохранить величественный вид, потому что дверь распахнулась и в комнату вихрем влетела Памела Финлей, отчего ему пришлось отпрыгнуть назад.

— Должен сказать, стиль у вас был великолепный, — прокомментировал Меррион, когда Биллсон наконец ушел. — Никогда не знал, что этот кролик умеет так агрессивно показывать зубы. Можно подумать, эти KB из его личной коллекции порнографических редкостей, так он о них печется…

Через двадцать минут Найджела пригласил директор. Когда Найджел вошел, тот сидел на краешке стола, свесив длинные ноги, а перед ним на полу были разложены фотоснимки, разделенные на группы. Джимми Лейк махнул ему рукой и снова уставился, как в трансе, на фотографии. Это были снимки для разворота, предназначавшиеся для одного из изданий тихоокеанской серии. Время от времени директор заглядывал в подготовленные Меррионом Сквайерсом макетные листы, соскакивал со стола, поправлял некоторые снимки или заменял их другими из кипы на подоконнике и возвращался в прежнее задумчивое состояние. «Очень похоже, — подумал Найджел, — на неторопливый пасьянс, только вместо игральных карт — картинки десять на двенадцать дюймов». Он поделился сравнением с директором.

— Да, — ответил Джимми Лейк. — Очень успокаивает нервы.

Они помолчали. Найджел давно привык к таким паузам, хотя в это утро директор казался рассеянным больше обычного. Наконец Джимми заговорил:

— Нет, не пойдет. Мертво. — Он показал на одну из группок фотографий. — Вон та. Скажи-ка мне, в чем тут дело?

Задать такой вопрос было все равно что спросить у Менухина, в чем недостаток виртуозного пассажа, исполненного Сигети[8], потому что Меррион Сквайерс обладал совершенно гениальной способностью делать макеты и эту способность превосходило только необыкновенное умение директора наглядно выражать содержание своих замыслов. Найджел набрал побольше воздуха и нырнул.

— Вот это должно быть в центре, — сказал он, показав пальцем на одну иллюстрацию. — Давайте сделаем разворот в три четверти и остальные дадим справа в колонку.

Директор слабо улыбнулся.

— Хм… — сказал он. — Кстати, почему здесь нет Мерриона, солнышко?

— Я ему звонила, — сказала Нита Принс.

— Позвони еще раз.

Найджел заметил на столе у Ниты скомканный носовой платок, а под глазами — круги. Она назвала номер по внутреннему коммутатору таким неуверенным голосом, словно невероятно устала.

— Мне нужен Меррион Сквайерс, — терпеливо проговорил Джимми. — А это номер Брайана Ингла.

— Извините. — Кита позвонила еще раз. «Странно, — подумал Найджел. — Что бы там ни говорили про ее личную жизнь, но на работе девочка всегда была собранной. И как странно она посмотрела на Джимми: с укором? с решимостью? со злостью? с неуверенностью?» Найджел никак не мог определить, что было в ее взгляде. Во всяком случае, этот взгляд не был, как обычно, уверенным и сдержанно-самодовольным: в нем появилось что-то беззащитное, уязвимое.

Когда пришел Меррион, они снова занялись фотографиями. Предметом обсуждения стал разворот, который не понравился Джимми.

— Совершенно верно, это неудачно, — согласился Сквайерс. — Я ждал снимков из серии КВ. Там есть фотографии много лучше, я знаю.

Директор вопросительно поднял брови, глядя на Найджела.

— Мы уже ругались по этому поводу с Биллсоном. — Найджел разъяснил ситуацию, стараясь говорить как можно более бесстрастно: ему не хотелось подводить Биллсона.

— Солнышко, позвони Биллсону, — обернулся директор к Ните. — Скажи ему, что мы должны получить отпечатки серии KB через сутки. Скажи, что это мое распоряжение.

— Он буквально не хочет слезать с этих снимков, — сказал Меррион. — Надеется что-нибудь из них высидеть.

— Выбрось-ка ты Биллсона на минутку из головы и займись работой, сынок. Эти твои макеты, — Джимми с пренебрежением протянул ему листы, — второсортные!

Слово «второсортный» было самым грубым в лексиконе директора, и пользовался он им осмотрительно. Найджела поразило прозвучавшее в его голосе раздражение. Меррион, по-видимому, тоже был удивлен.

— Наверное, я больше не гожусь для работы в управлении, — сказал он будто в шутку.

— Тебе сообщат, когда управление придет к такому мнению. Можешь не беспокоиться, — произнес Джимми, глядя на Мерриона.

«Снова показывает когти. А ведь всегда прячет их под бархатными манерами, — подумал Найджел. — К чему бы это?»