Три проблемы для Золушки - Джанет Иванович

- Это что, продвижение вверх по службе?

- Более похоже на продвижение в сторону.

Не уверена, что могла бы представить Морелли копом убойного отдела. Морелли любит устраняться и позволять событиям идти своим чередом. А убийство – ситуация, которая требует быстро соображать и тотчас реагировать.

- Какова причина этого визита? – спросила я.

- Был в этом районе. Дай, думаю, взгляну, что происходит.

- Ты имеешь в виду случай с Мозесом Бидмайером?

- Тебе нужно поостеречься. У Мо очень заботливые, но крайне шумливые соседи.

Я плотнее запахнула воротник куртки.

- Не понимаю я этого. Что такого примечательного в этом парне?

Морелли поднял вверх ладони.

– Полагаю, он из тех милых типов, что дружат со всеми.

- А я вот обнаружила, что он не дружит ни с кем. Очень замкнутый тип. Даже сестре не доверяет. Моя бабушка выразилась как-то, что, похоже, он женат на магазине. Как священник.

- Куча народа позволяет своей работе взять верх над личной жизнью. Это же так по-американски, - заметил Морелли.

Тут у Морелли запищал пейджер.

- Черт, - выразился Морелли. – Надеюсь, что-нибудь жуткое. Обезглавливание или, может, изрешеченный пулями труп в мусорном баке. Ждать убийства в Трентоне – то же самое, что наблюдать, как растет трава. У нас никогда не происходит ничего настолько интересного, чтобы ради этого мчаться куда-то, сломя голову.

Я открыла дверцу машины и скользнула за руль.

– Дай мне знать, если это окажется Мо.

Морелли поигрывал своими ключами. Его черная полноприводная «тойота» стояла сразу за мной.

– Постарайся держаться подальше от неприятностей.

Я поехала, размышляя на ходу, что делать дальше. Я проштудировала уже всю информацию, которую выудила из залогового соглашения. Проверила соседей, обыскала квартиру, поговорила с единственной сестрой.

После десятиминутного круиза, я обнаружила себя на стоянке у собственного дома. И здание, и парковка в январе были стерильными. Кирпич и щебень, не смягченные видом летних кустиков. Свинцовое джерсийское небо, довольно темное, чтобы уже заставить замигать фонари.

Я вышла из машины и направилась к заднему входу в дом, толкнула двойные стеклянные двери и с благодарностью ощутила неожиданное тепло.

Потом вошла в лифт и нажала кнопку второго этажа, раздумывая, что же я пропустила в поисках Бидмайера. Обычно на начальных стадиях расследования что-нибудь да наклевывается… подружка, хобби, любимая булочная или винный магазин. Сегодня же ничего не всплыло.

Двери лифта открылись, и я, пока делала короткий переход по холлу, распланировала звонки. Я могла бы проверить счет Мо в банке, не снимал ли он недавно деньги. Можно было провести оценку кредитоспособности. Иногда кредитные проверки таят в себе скрытые проблемы. Могла, например, наткнуться на коммунальные платежи за вероятное второе место обитания. И еще можно было позвонить Сью Энн Гребек, которая знала все обо всех.

Я открыла дверь квартиры, ступила в тихую прихожую и провела инвентаризацию своего жилища. Мой хомячок Рекс спал в банке из-под супа в своей стеклянной клетке. На автоответчике не мигала лампочка, оповещающая о новых сообщениях. И не слышно было ни звука, свидетельствующего о том, что под кроватью скребется какой-нибудь большой волосатый кривозубый парень.

Я бросила сумку на кухонную стойку, а куртку сложила на стул. Налив в кружку молока, пару минут подвергла его быстрому нагреву и бросила в горячее молоко две ложки растворимого какао. Присовокупила парочку кусков маршмэллоу, и пока они превращались в клейкую массу, сделала себе бутерброд с арахисовым маслом на мягком бесполезном ломте белого хлеба.

Собрав все в кучу и прихватив радиотелефон, я отнесла все в столовую и позвонила Сью Энн.

- Ах, Стефани, Стефани, Стефани, - начала Сью Энн. – У меня телефон звонит, не переставая. Все болтают о том, как ты преследуешь Дядюшку Мо.

- Я не преследую Дядюшку Мо. Ему необходимо переназначить дату суда. Подумаешь, мелочь какая!.

- Так почему все исходят на дерьмо?

- Это ты мне скажи.

- Я не знаю, - призналась Сью Энн. – Еще бы не говорили. Все его любят. У него свое собственное дело. Он хорошо относится к детям.

- Должно что-то быть. Ты не слышала каких-либо слухов?

- А тебя волнует, правдивы ли они?

- Не совсем.

- Итак, другими словами, ты ищешь необоснованную грязь.

- Точно.

Наступило молчание.

- Ну? – спросила я.

- Моя племянница говорила, что иногда в магазинчике Мо воняло мерзким дерьмом.

- Фу-у-у.

- Пожалуй, все, - закончила Сью Энн.

- Не густо.

- Он святой. Что тут скажешь?

- Святые не воняют, как мерзкое дерьмо, - напомнила я ей.

- Может, только старые.

После разговора со Сью Энн я съела сэндвич, выпила какао и стала думать о Мозесе Бидмайере. Квартирка у него была опрятная, мебель подержанная, но удобная. Наподобие моей. Центром гостиной был телевизор. Телевизионная программа на кофейном столике была недельной давности. Еда в холодильнике была самая простая. Мясо для бутербродов, хлеб, сок, молоко.

Долгие годы Мо жил один, и я предполагала, что жизнь его в большей степени текла по заведенному распорядку. Ни единого сюрприза в квартире. Единственной причудой были журналы о кино. В спальне лежала стопа таких журналов. Должно быть, Мозес Бидмайер читал на сон грядущий сплетни из «мыльных опер».

Я сделала звонок кузену Бунни в кредитную контору и потерпела неудачу. Не было ничего уничижительного ни по части личного, ни относящегося к бизнесу.

Я откинулась на спинку стула и бесцельно уставилась в пространство. Оконное стекло было темным и отражало, как зеркало. Изредка внизу парковку освещали фары. Хлопали двери автомобилей. Со всех концов после трудового дня возвращались мои соседи.

Мо пропал, у меня не было ни единой зацепки, и я не представляла, откуда мне плясать. Я проделала все обычные манипуляции. Единственное, что оставалось, только ждать. А ожидание не было моей сильной стороной.

Я отволокла посуду обратно на кухню и снова стала размышлять о Дядюшке Мо. Проблема в поисках пропавших людей в том, что они могут пропасть где-нибудь очень далеко. Я тут обшариваю весь Трентон в поисках Мозеса Бидмайера, а он, может, в Гваделупе нацепил толстые линзы и фальшивый нос. Так что, если он на мое несчастье в Гваделупе, мне вообще лучше не стоит об этом думать. Лучше предположить, что Мо близко от дома, вот тогда я могу еще надеяться.