Повернуть назад - Марина Серова

9+14+29. Все комбинации я помню наизусть. Конкретно эта означала:

«Доверяй инстинктам, но полностью на них не полагайся».

Интересная трактовка, с которой нельзя не согласиться. Всегда доверяла своему чутью. Оно меня подводит крайне редко.

День уже подходил к концу. Тарасов постепенно погружался в сон. Пора было и мне сделать то же самое. В домах напротив один за другим гас свет в окнах. В комнату через зашторенные окна пробивался лунный свет.

Я выглянула на улицу. Сегодня ночной Тарасов по-особому прекрасен. Полная луна висела над городом, проникая в каждую квартиру.

Забравшись под одеяло, я полной грудью вдохнула аромат свежего постельного белья. Отличное завершение очередного дня. С этими мыслями я сама не заметила, как уснула.

Утром объявился Кирьянов, который разбудил меня ни свет ни заря.

– Звонила, Тань? – деловито спросил он.

– Да, но вчера, – спросонья ответила я, взглянув на часы.

– А я подумал, сегодня, с этими отчетами утро от вечера теперь не отличаю. Было что-то срочное?

– Хотела рассказать о своей находке. Хотя, знаешь, Вов, это не телефонный разговор. Подъеду к тебе в течение часа.

Для утренней пробежки было уже слишком поздно. Поэтому вместо бега я выполнила двойную норму отжиманий и приседаний, разбавив это прыжками на скакалке. Ведь ничто так не бодрит с утра, как комплекс физических упражнений. Спустя полчаса я почувствовала себя совсем другим человеком.

Приготовив чашечку любимого американо, я поставила себе крестик на руке. Он служил мне напоминанием о том, что сегодня непременно я должна была заехать в магазин за продуктами. На ходу я влила в себя кофе, влезла в джинсы и футболку, положила в рюкзак телефон из квартиры Хромова и отправилась к Кирьянову.

– Вот, держи, – выложила я перед ним на стол телефон.

– Что это? – удивленно спросил Володя.

– Телефон из квартиры Михаила Хромова. Вчера, когда я заезжала туда с его матерью, нашла в стопке бумаг. Екатерина Ивановна его не узнала. Сказала, что у ее сына и Инги были другие смартфоны.

– Тогда чей он?

– Вот и проверь номер. И еще тот, с которого на него вчера поздно вечером позвонил разгневанный мужчина.

– И что ему было нужно?

– Хотел, чтобы владелица этого телефона вернула ему что-то.

– Вернула? Значит, это женщина?

– По крайней мере, он так сказал, – развела я руками. – Услышав мой голос, он бросил трубку. Я сразу же перезвонила ему, но он, по всей видимости, чего-то испугался и выключил телефон.

– Так, давай пробьем номера и выясним, кто же они. – Кирьянов полез в компьютер.

– Как продвигается расследование? Хромов вспомнил что-нибудь? – спросила я его.

– Да, представляешь, молчит как партизан. Ловко он это придумал.

– Что именно?

– Ну, этот трюк с амнезией. Порезал свою девку и сам прикинулся пострадавшим. – Володя продолжал настаивать на том, что мой клиент виновен.

– Его ударили по голове очень сильно. Ты же слышал, что говорил врач, – пыталась переубедить я Кирьянова. – Потеря памяти возникла из-за тяжелой травмы.

– А я вот не верю. Врачи тоже люди и могут ошибаться. Тут, я считаю, полиграф только сможет расставить все точки над i. Хочу через пару дней организовать это. Пусть пройдет. А дальше видно будет. В конце концов, ему все равно терять нечего. Если не пройдет детектор лжи, то, значит, стопроцентно виновен. А если окажется, что он чист, то ему это только на руку.

– Думаю, в твоих словах есть доля истины, – задумалась я.

– А то, я знаю, что дело говорю, – не преминул себя похвалить Володя. – Нашел.

– Это номер Инги?

– Не угадала. Номер записан на некую Надежду Сергеевну Белявскую. Уроженка поселка Светлый Новосибирской области. Двадцать шесть лет. Все, что есть.

– Есть фото?

– Перед законом чиста, поэтому на нее у нас ничего нет. Я имею в виду отпечатки пальцев и фото.

– Кто ей звонил?

– А вот тут интересно. Номер зарегистрирован на Дмитрия Анатольевича Белявского. Судя по всему, муж. Отчества разные. Братом и сестрой быть не могут. Прописаны по одному адресу. Проживает там же, в поселке Светлый, судя по последнему административному нарушению, датированному месяц назад. Оскорбил работника полиции. О, да он настоящий тиран, – Володя стал зачитывать выдержки из его досье. – Дважды привлекался за домашнее насилие в отношении жены. Еще несколько задержаний за езду в пьяном виде. В обоих случаях по его вине пострадали люди.

– Надо узнать, что это за Надежда такая и почему ее телефон в квартире у Хромова, – предложила я. – Думаю, что мне необходимо позвонить Екатерине Ивановне и спросить у нее, знает ли она этих людей.

Но мать Хромова, как мне удалось выяснить, понятия не имела, кто они, и ни разу не слышала от сына об этой семейной паре. Тем более что никаких родственников и знакомых в Сибири у них нет. Что ж, это мало мне помогло.

– Но это не значит, что сам Хромов не знал их, – предположил Кирьянов после того, как я поговорила с Екатериной Ивановной. – Он же наверняка не делился с матерью всем. Мужику под сорок как никак. Я вот тоже своей не все рассказываю.

– Да, ты прав, – согласилась я. – Но сейчас это может прояснить только сам Михаил. А пока он абсолютно бесполезен как свидетель.

Я не видела смысла оставаться здесь еще и мозолить глаза Кирьянову. Когда он занят по уши бумажной работой, к нему лучше не лезть. К тому же я выяснила все, что хотела. Поэтому, сославшись на свою занятость, я поспешила покинуть его кабинет.

Но не успела я дойти до своей машины, как кто-то позвонил мне.

– Доброе утро, это Татьяна? – обратился ко мне незнакомый мужчина с приятным басом. – У вас есть время, чтобы поговорить?

– Смотря о чем. И, кстати, вы не представились.

– Меня зовут Леонид. Ваш телефон мне дал Семен, а ему, в свою очередь, ваша подруга Елена.

Кажется, я догадалась, в чем тут дело. Это тот самый очередной кавалер, которого Ленка пыталась сосватать мне