Отель «Крик Чайки» - Кати Беяз

Она встала и приоткрыла окно — звук усилился, а в комнату влетел запах тины.

«Йод полезен для нервной системы. Дыши, Анна, дыши!» — приказала она себе.

Отдышавшись, писательница легла в постель и снова уснула. На этот раз без тревог о прошлом, без лишних мыслей. Но с томящимся любопытством и еле уловимым страхом.

Глава 6

Ретвудские болота

За окном истошно кричали чайки. Они кружили над обрывом, время от времени подлетая к отелю.

— Половина шестого, — Анна прищуром взглянула на часы, — какого черта?!

Она отбросила одеяло.

— Холодно, боже как холодно!

Переминаясь с ноги на ногу, Уокер добежала до кресла и взглянула в окно — все затянуло туманом. Виднелась лишь часть двора, влажный асфальт и не больше ярда зеленой травы. В белой мгле летали крикливые птицы, и, кружа над дорогой, отчаянно ныряли в туман.

«Что вы там нашли? Труп что ли?» — болезненно хмурилась Анна, белый свет слепил.

Плотно задернув шторы, она снова забралась в кровать и закрыла глаза. Не выдержав и минуты, Анна подтянула соседнюю подушку и накрыла ею голову. Шумы стихли, и мисс Уокер провалилась в сладкий, как сливовый сироп, сон раннего утра.

В половине десятого Анна, наконец, проснулась. Прорезаясь сквозь кучевые облака, в окна украдкой светило солнце.

— Какое прекрасное утро… — глядя на спокойный океан, прошептала она.

Гостья отеля умылась, оделась и спустилась к завтраку. За стойкой ресепшена никого не оказалось, и в холле тоже было пусто. Стоит отметить дневной свет совершенно преобразил провинциальный отельчик, а ароматы кухни по праву добавили месту домашнего уюта. Анна шагнула в длинную обеденную — у приборов суетилась Розмари, а из всех столиков лишь один оказался занят. Там, в самом дальнем углу, сидел статный мужчина в твидовом костюме. Он изучал утреннюю газету, неспешно попивая свой чай.

«Классическая сцена из классического детектива!» — отметила Анна.

В Англии сейчас почти никто не читает газет, но только не в Ирландии. Что может быть лучше запаха свежей прессы? Только запах утреннего кофе!

Анна зашагала к месту, которое приглянулось ей еще прошлым вечером.

— Миссис Уокер! — выглянула Розмари. — У нас самообслуживание.

— Мисс, мисс Уокер…

Утром Анну лучше не злить.

— Разумеется, — ехидно улыбнулась та, — здесь горячие напитки, там яичница, гарниры, хлеб и бекон.

— Благодарю, — смято кинула писательница, вооружившись цветастой тарелкой.

Завтрак в тишине. Лишь шуршание газеты и нескончаемый крик птиц. Телефон озарился входящим.

— Доброе утро, дорогой, — Анна зажала трубку между плечом и ухом, разломав кусок теплого хлеба.

— Доброе! Как ты там? — безучастный тон Родерика сегодня казался еще более холодным.

— Я? Хорошо. Все хорошо. Сам как?

— Анна, я вчера встретил Алисию в Ритц.

— Ты был вчера в Ритц?

— Грегор пригласил, а что такого?

— Грегор пригласил тебя в ресторан?

— К нему приехали подруги и Голландии, их надо было где-то кормить…

— Подруги из Голландии? — аппетит как рукой сняло.

— Да, — чопорный Родерик начинал нервничать, — что здесь такого? Но речь не о них…

— Разумеется не о них… — процедила Анна.

— Алисия сообщила, что ты на испытательном сроке. Издательство в одном шаге, чтобы разорвать с тобой контракт!

— А я в одном шаге, чтобы разорвать с тобой отношения! — выпалила Анна и спешно нажала «отбой».

Нутро дрожало, руки тоже. От напряжения заныли колени, а к лицу хлынула кровь.

— Тогда почему бы не сделать этот шаг? — раздался бархатный голос.

Анна подняла глаза — говоривший все еще скрывался за газетой.

— Как раз один шаг сделать сложнее всего, — подавленно ответила она, стараясь успокоиться.

От несправедливости увлажнились глаза, а горло сковало спазмом.

— Тогда делайте несколько. Пройдите мимо не оборачиваясь, позволив ему насладиться видом в последний раз, — не унимался любитель перссы.

— Я Анна, — она постаралась рассмотреть собеседника, — Анна Уокер.

— Бенедикт, — советчик даже не думал опускать пресловутую газету, — Бенедикт Рассел.

— Видимо вам, Бенедикт, не знакомо это чувство… — писательница вновь отвернулась к окну и отпила терпкий кофе.

— Одиночество? — седовласый ирландец, наконец, отодвинул в сторону шуршащие листы.

— Любовь! — Анна подняла бровь, встретившись с Бенедиктом взглядом.

— Ну, нет… Это никакая не любовь, — мистер Рассел вновь закрылся листами.

С кухни донесся смешок.

Да, Анна, в Лондоне всем плевать на тебя и твои проблемы. Им все равно с кем ты говоришь по телефону, с кем спишь, встречаешься, живешь и тем более, что ты по поводу всего этого думаешь. Твоя жизнь принадлежит только тебе, и твои решения никто не имеет права комментировать. Но отъедь ты дальше от шумных городов, туда, где единственные перфомеры — надоедливые чайки, и всем вмиг не терпится поковыряться в твоей жизни. Дать ей оценку и горсть житейских советов. Анна схватила тарелку, фарфоровую чашку и вышла из столовой. Она поднялась к себе в номер, перенеся завтрак на чайный столик у открытого окна.

— Так-то лучше… — заключила она и опустилась в мягкое кресло.

Ухватившись за тонкий корпус ноутбука, Анна стянула его с кровати и положила на колени.

«Джефри не находил себе места. Где-то за полночь в нем поселился страх (страх за Джулиану) и поселился там — в глубине его трепещущего сердца…» — теперь про трепет Уокер знала все.

Так Анна проработала до самого обеда. Она осмотрела крутые прибрежные склоны и на удивление спокойный океан. Далекое северное солнце лишь изредка скрадывалось тонкими тучами, а низкие деревья окрасились приятной желтизной. В Ирландии лишь глупец не воспользуется подобным деньком — идеальным для прогулки по побережью. Преднамеренно забыв на столе мобильный телефон, писательница вышла из номера.

— Да, есть какой-то Рик, говорю тебе, — докладывала Розмари, когда Анна оказалась у лестницы.

Ее бы не мешало поставить персонал на место. Однако, как раз таки мисс Уокер на чужой территории, в отличие от Розмари.

— Стихаю, кто-то идет… — зашептала девушка. — На прогулку? — на сей раз громко вопросила она.

— Да, на прогулку, — даже не взглянув в сторону ресепшена, Анна проследовала к старинной парадной.

Лишь дверь отворилась, морской бриз обдул лицо. Золотая осень на северном побережье, и сегодня возможно последний ясный день до самого декабря. Анна позаимствовала из отельной зонтичницы черную трость и ступила за порог.

— Какой воздух, — не удержалась от реплики Уокер.

Ее легкие наполнились запахами луговой травы, можжевеловых кустов и прибрежной тины. Такой насыщенный и столь сложный для жителя мегаполиса аромат. Она пошагала к обрыву, слегка