Первый раз - Анна Ольховская

Саша закрыла дверь купе и с улыбкой повернулась ко мне:

– Ты себе хоть что-то оставила? Иначе ты рискуешь сильно, мои термиты уничтожают все съедобное с рекордной скоростью. Особенно Славка.

– Оставила, – буркнула я, изо всех сил стараясь удержать на лице угрюмое выражение. Брови взлохматить, что ли, для придания нужного колорита? – Вон, пирожки с яблоками и с творогом. Кстати, ты кормить детей не пробовала? Хоть иногда?

– А надо? – искренне удивилась Сашка, усаживаясь напротив меня.

– Существует такая традиция. Правда, сохранилась она только в российской глубинке, но, говорят…

– Ладно, Анетка, – рассмеялась подруга, – хватит пыжиться, тебя ямочка на щеке выдает.

Я наконец не выдержала и рассмеялась.

– Ладно, рассказывай.

– О чем?

– О том, как семейство ленивцев чуть было не довело ранимую женщину до инфаркта.

– Ох, и не говори, – устало махнула рукой Сашка, устраиваясь поудобнее. – Сама только что поверила, что все обошлось. Сейчас бы кофейку!

И, словно в ответ на ее слова, в дверь постучали, а затем на пороге материализовался проводник с подносом:

– Чего желаете: чай, кофе, сливки?

– Вы очень кстати, – мило улыбнулась я. – Два кофе, пожалуйста. Сливки будешь? – поинтересовалась у замершей от неожиданности подруги. Та зачарованно кивнула. – Со сливками. И с сахаром.

– Сей момент!

И вот уже на нашем столике, словно бы курят ароматный кальян, две чашки кофе, небольшая пластиковая сахарница кокетливо прикрылась круглыми упаковками сливок, а ловкий джинн, принявший облик проводника, тихо прикрыл дверь, пожелав нам приятного аппетита.

– Ничего себе! – Сашка с восхищением смотрела то на дверь, то на меня. – Ты что успела сотворить с этим беднягой, а? Околдовала его, загипнотизировала или свои навыки палача на нем шлифовала, чтобы квалификацию не потерять?

– А почему ты не допускаешь мысли, что все это – исключительно благодаря моей уникальной красоте и сокрушительному обаянию?

– Я бы допустила эту мысль, постучи она в мою голову. Но, увы, там все тихо, – хихикнула Сашка.

– Злая ты. И необъективная. Но, если честно, это благодаря Лешке.

– В смысле? Он дополнительно заплатил проводнику?

– Нет. Просто наш колобок в кителе оказался давним поклонником Алексея Майорова, вот мы и купаемся в лучах Лешкиной славы.

– Люблю я в ней купаться! – довольно зажмурилась Сашка. – А особенно когда такие вкуснюшки предлагают!

И мы наконец смогли отдать должное кулинарному мастерству Катерины. Лидировала в этот раз Сашка, причем ее лидерство было неоспоримым.

– Она еще своих детей термитами называла! – не выдержала я. – Так ведь есть в кого! Давай-ка, голубушка, начинай лучше свои оправдательные речи.

– Почему оправдательные? – удивилась было Сашка, но, заметив первые признаки возвращения моей эмоциональной бури, опомнилась: – А, ну да! Представляешь, вчера вещи собирали почти до ночи. Все никак не получалось достичь баланса между количеством рук и количеством сумок, мы перепаковывались не один раз. Спать легли в начале второго. И я, практически ничего не соображая от усталости, поручила завести будильник Андрею. Несколько раз повторила – на семь утра, он даже психанул: «Что ты меня за идиота держишь!». Ладно. Легли спать. И представляешь: просыпаюсь – а уже совсем светло! Я на часы смотрю – половина восьмого. А поезд прибывает в восемь двадцать! Врываюсь к Андрею – храпит себе, часики тикают, будильник установлен на…