Эскапада - Уолтер Саттертуэйт

— Дамы и господа, — сказал Марш. — Благодарю вас за то, что пришли. Деликатно улыбаясь, он оглядел гостиную. Снова перед всеми на столах стояли тарелки с едой, чайники и кофейники. Лорд Боб, леди Перли и Сесилия пристроились втроем на одном диване. Господин Демпси сидел рядом с инвалидной коляской мадам Созострис. Госпожа Аллардайс и мисс Тернер сидели вместе, так же как и сэр Дэвид, госпожа Корнель и доктор Ауэрбах. Сержант Медоуз прислонился к стене, а Дойл стоял в нескольких футах от него, представляя собой еще более внушительное зрелище. Я сидел примерно в трех футах оттого места, где стоял Марш. Великий человек примостился с другой стороны комнаты. Когда я вошел, он едва заметно мне кивнул, и я понял, что все подготовлено.

— Лорд Перли, — начал Марш, — любезно предоставил мне возможность поговорить со всеми вами о последних захватывающих событиях в Мейплуайте. Очень странными они были, не находите? Выстрел, вдруг прогремевший на залитой солнцем лужайке. Старый граф, внезапно скончавшийся в запертой комнате. «Вы правы, лорд, в смятенье королевство и, думаю, не обретет покоя…»[48]«Ричард Третий», разумеется.

Он улыбнулся и оглядел собравшихся.

— Итак. Все вы знаете о смерти графа. А что вы действительно знаете о его жизни? Разве вам известно, что, по словам его собственного сына, он был безумен? Да, безумен и вовсе не парализован.

В ответ раздался легкий, сдержанный шумок. Головы повернулись, брови поднялись. Сесилия Фицуильям наклонилась к своей матери. Леди Перли сжала губы и взяла дочь за руку. Госпожа Корнель нахмурилась и бросила взгляд на леди Перли.

— Ночью, когда все в доме засыпали, — продолжил Марш, — покойный граф крался по потайным туннелям, соединявшим его комнату с остальными в доме. Изображая своего предка, лорда Реджинальда, он пробирался в комнаты гостей, женщин, и пытался на них напасть.

Повернутых голов прибавилось. Равно как и поднятых бровей. Лорд Боб и леди Перли сидели неподвижно, уставившись перед собой и напоминая официальную пару, вынужденную присутствовать на казни.

— Он проделал это два месяца назад, — сказал Марш, — а потом в пятницу ночью, когда проник в комнату к мисс Тернер.

Все головы повернулись к мисс Тернер.

— В тот же вечер, за несколько часов до этого, — сказал Марш, — леди и лорд Перли разговаривали с покойным графом в его комнате. — Головы повернулись к лорду Бобу и его жене. — При разговоре больше никто не присутствовал, но, я думаю, памятуя о попытке графа наброситься на даму двумя месяцами раньше, лорд Перли предупредил отца, чтобы он не вздумал проделать то же самое этой ночью.

Марш пожал плечами.

— Но, как мы теперь знаем, граф все же сделал свое дело.

Он взял с ближайшего стола стакан с водой, отпил глоток и поставил стакан на место.

— По добровольному признанию лорда Перли, сделанному господину Бомону, на следующее утро он снова разговаривал с отцом. И объявил графу, что собирается упечь его в психушку. Несколько часов спустя, когда гости с лордом Перли собрались на лужайке, кто-то выстрелил в них из винтовки.

Марш улыбнулся.

— Разве не ясно, дамы и господа, кто стрелял? И кому предназначалась пуля? Разумеется, целились в лорда Перли. И стрелял его отец.

— Чепуха! — возмутился лорд Боб. — Послушайте, Марш…

Марш улыбнулся.

— Все оружие в коллекции принадлежало графу. Граф умел с ним обращаться. Он также знал, что родной сын собирается изгнать его с позором из собственного дома. И он выбрал путь, который его поврежденному уму показался единственно правильным. Он попытался убить своего сына. Спустился в большой зал, взял «винчестер»…