По тонкому льду - Георгий Брянцев

– А что, радиоузел взлетел на воздух? – опять спросил Андрей.

Я снова кивнул. Геннадий расхаживал по комнате и, легонько постукивая ребенка по мягкому месту, что-то мурлыкал. Он никак не реагировал и на мое сообщение о том, что Трофим Герасимович с напарником подожгли состав с горючим.

Андрей внимательно поглядел на Безродного, вынул из кармана смятую сигарету, расправил ее и закурил.

– У меня только что был гауптман Штульдреер, – проговорил он и, достав из кармана клочок бумаги, протянул мне. – Это координаты моих хлопцев. С завтрашнего дня их можно слушать. Уведоми Решетова!

На моем лице застыл вопрос. Что значит «уведомить»? Это значит – зашифровать телеграмму. А шифр-то у Солдата!

Андрей внес ясность и сказал Геннадию:

– Шифр передай Дим-Димычу.

– И не подумаю, – усмехнулся тот и поддал сильного шлепка сыну.

Андрей нахмурился.

– Да-да, – подтвердил Геннадий. – И не подумаю. Или тебе, или никому.

Ни о каком Дим-Димыче не может быть и речи.

– А если Демьян… – начал было Андрей.

Вспыливший мгновенно Геннадий резко оборвал его:

– Плевать я хотел на твоего Демьяна! Я подчиняюсь горкому, а не ему.

Тоже мне умник нашелся. Командовать мастер. Подумаешь, пуп земли русской.

Пусть сидит в лесной норе и занимается своими делами. И нечего совать нос куда не следует.

Андрей улыбнулся и спокойно вставил в паузу:

– Быть может, ты сам скажешь об этом Демьяну?

Слова эти больно задели Геннадия.

– Предоставляю эту возможность тебе. Лижи ему задницу!

Мне очень хотелось, чтобы Андрей встал, подошел к Геннадию и дал ему по физиономии. Ему это сделать было совсем не трудно при его росте и силе. Но он только побледнел. Побледнел и сказал:

– Демьян умеет командовать, ты прав. Тут он мастер, а ты и в подмастерья к нему не годишься.

Геннадий подошел к кровати, швырнул в нее своего сына и, энергично жестикулируя, вновь стал выплескивать свою злость:

– Ни черта он не умеет, твой Демьян. Только корчит из себя. В подполье провал за провалом. Сам виноват, а на других хочет свалить. Ищи ему предателя! Xa! Сам пусть ищет!

Андрей тяжело опустил руку на стол и встал.

– Хватит! Не будем ослами. Давай шифр!

Геннадий хотел что-то сказать, глотнул воздух и молча вышел в другую комнату. Вернулся оттуда со спичечным коробком в руке.

– Здесь все.

Андрей неторопливо проверил и передал коробок мне.

– У тебя будет, – проговорил он.

Геннадий посмотрел на нас и глухо, сдерживая злобу, произнес:

– Ладно. Проваливайте. Без вас тошно.

Андрей кивком указал мне на дверь. За порогом он сказал:

– Составь две телеграммы Решетову. В одной укажи, что по инициативе Демьяна горком развенчал Геннадия. Во второй сообщи о новогодних ударах.

Добро?

– Ладно.

– Я виделся с Пейпером, – продолжал Андрей. – Да, он беседовал в приемной доктора с Помазиным.

– Это очень важно, – заметил я.

– Во всяком случае, этого типа сейчас знают в лицо трое наших.

Посмотрим, что даст нам понедельник.

Мы расстались. Поскольку Новый год выпал на пятницу, а в пятницу у доктора был приемный день, я имел все основания заглянуть к нему. Там никаких новостей не было. Небольшая новость заключалась в радиограмме за подписью Решетова. Я расшифровал ее дома. Она гласила:

"Днями в Энске должен появиться оберштурмбаннфюрер СС Себастьян Андреас. Примите все меры, чтобы узнать, с кем из горожан он будет иметь встречи".

Я постарался запомнить имя эсэсовца и сжег бумажку.