Длинные тени - Дэвид Балдаччи

– Значит, вы похитили ключ и электронную карту из дома Камминс, чтобы добыть ствол у Барри. И заказали словацкие деньги на имя Казимиры. А потом устроили убийство Дреймонта, пока были в отъезде.

– Он уже собирался было уйти после небольшого полового акта с Джулией, когда подоспели мои люди. Им было строго-настрого приказано не причинять ей никакого вреда, несмотря ни на что. После мы обыскали его квартиру и изъяли электронные устройства и информацию, которой он располагал на меня. В доме Лансер проделали то же самое. О том, что они работают вместе, я узнал в ходе своих изысканий по Дреймонту.

– А Пэтти Келли?

– Мы видели эсэмэску, которую послала ей Лансер. Выбили информацию из Лансер, и стало ясно, что Келли – неприбранный конец, который надо обрезать. По нашим сведениям, ее муж ничего не знал. А факт, что она не взяла его с собой, это подтвердил.

Декер поглядел на второго боевика, прежде чем снова устремить взгляд на Перлмана.

– Когда мы сказали, что судью тоже убили, ваша жена была потрясена, а вы лишь озадачены. Потому что знали, что ваши люди убили только Дреймонта.

– Да, это поставило меня в тупик. Мои люди доложили, что ее и в глаза не видели. Убили Дреймонта внизу, загнали деньги ему в глотку и скрылись.

– Вы убили уйму народу, Перлман, или как там вас зовут по-настоящему.

Перлман сел напротив Декера.

– Что ж, вы никак не поймете, что количество трупов не имеет значения. Это война, мистер Декер. А в любой войне без жертв не обойтись. Штука в том, чтобы у другой стороны их было больше, чем у вас.

– Сколько людей погибло из-за секретов, которые вы шантажом вытягивали из Таннера?

– Очевидно, недостаточно, раз Советский Союз все же развалился.

– Мы вас пробили. Все безупречно, вплоть до самого детства. Слишком безупречно. Настолько безупречно, что просто должно быть сфабриковано.

– Хорошо, спасибо вам за это. Хотя формально я в отставке, я велю нашим людям внести нужные огрехи в будущие биографические легенды.

– Как вы убили Канака в Атлантике? Прятались на катере или догнали его на своем?

Перлман с утомленным видом покачал головой.

– Какая разница… И это после всего, что мы для него сделали! В Майами ему выпала невероятная возможность, в конце концов обогатившая его. А он хотел все предать – просто потому, что умирал и чувствовал потребность публично исповедоваться. Что ж, люди умирают что ни день. Как и он.

– Он хотел спасти свою душу в глазах Господа.

– Вот в чем опасность религии. – Перлман нацелил указующий перст на Декера. – Толкает на глупости. Поэтому я атеист. Как сказал Маркс, религия – опиум для народа.

– А что случится со мной? Моя напарница знает, что я пошел сюда и зачем. Если я не объявлюсь, дело для вас в мгновение ока обернется крайне скверно.

– У вас нет никаких доказательств. Я могу отпустить вас прямо сейчас, а вы можете идти и фонтанировать своими теориями сколько вздумается, твердя, что все мы сознались. И что это даст?

– Немного.

– Но я такой человек, что не люблю неприбранных концов. А вы любите прогуливаться по пляжу по ночам. Тут есть пляж. Вы прогуляетесь по песку. – Он достал из ящика комода шприц. – А потом ваше сердце странно забьется, словно захочет вырваться из груди, и вы не сможете дышать. Споткнетесь и упадете, вот и всё. Вы крупный мужчина и уже не молоды, так что ничего удивительного, если у такого человека случится сердечный приступ. А к моменту когда произведут аутопсию, обнаружить содержимое этого шприца в вашем организме будет больше невозможно. – Он снял колпачок с иглы. – Итак, отправляемся на вашу последнюю прогулку, мистер Декер?

Амос поглядел на обоих по очереди.

– Полагаю, убедить вас сдаться добровольно не удастся?

Перлман с улыбкой покачал головой.

– Наверное, подходящего случаю выражения в русском языке даже не найдется.

– Ага, так я и думал. – Декер встал. – Что ж, ладно, меня от этого дела уже тошнит. Приступим.

Дверь распахнулась от пинка, и в нее ворвалась команда людей в бронежилетах с автоматическим оружием на изготовку. Сообщник Перлмана тотчас же бросил пистолет, а Перлман – шприц, и оба попятились к стене.

– В чем дело?! – вскинулся Перлман. – Вы не имеете права здесь находиться! Это частное жилище. Этот человек вломился сюда, а мы просто защищались.

Один из штурмовой команды снял шлем, оказавшись Уайт. Она откинула волосы с глаз.

– Ты в порядке, Декер?

– В куда большем, чем минуту назад.

– Покиньте мой дом немедленно! – заорал Перлман. – У вас нет никаких доказательств!

Подойдя к столу, Декер поднял свой пистолет. Развернувшись, нацелил его Перлману в лоб и нажал на спусковой крючок.

Перлман с воплем рухнул на пол, закрыв лицо ладонями.

Но вместо пули из ствола полился звук, и все услышали разговор, происходивший в комнате до того, как в нее ворвалась Уайт со штурмовой командой.

– Диктофон, замаскированный под ствол? – изумленно проговорил Перлман.

– Попахивает деньками холодной войны, правда? – отозвался Декер. Опустив пистолет, он выключил диктофон, снова нажав на спусковой крючок. – И просто для вашего сведения: Дейдра Феллоуз жива и здорова. Как только она стала ключевым свидетелем, мы поместили ее под охрану.

– А мой человек, а новости? – огрызнулся Перлман.

– Ваш дружок арестован. Его поймали, когда он пробирался в дом, развязали ему язык, а после с помощью его телефона написали вам, что миссия выполнена и он покидает страну, как запланировано. А новостной репортаж Бюро организовало, чтобы вы подумали так, как хотелось нам.

Декер поглядел на Перлмана сверху вниз.

– А на удочку попали вы сами, дилетант.

Глава 91

– Он все требует звонка в свое чертово посольство, – доложила Уайт Декеру после того, как Перлмана и его людей арестовали и предъявили им обвинения.

– С тем же успехом он может звонить хоть самому Владимиру Путину.

Они сидели в полицейском участке, куда арестованных привезли для регистрации и предварительного задержания за убийства.

Связавшись с агентом Эндрюсом, Уайт ввела его в курс дела. И пока они там стояли, в участок ворвалась встревоженная Майя Перлман.

– Когда я вернулась, у нас дома был офицер полиции. Он привез меня сюда. Будет ли кто-нибудь любезен объяснить мне, в чем дело, черт возьми?!

– Ваш муж и двое его приспешников обвиняются в убийствах и покушениях на убийства, – сообщил Декер.