Проклятие Батори - Линда Лафферти

Подземелье замка Батори

Высокие Татры, Словакия

29 декабря 2010 года

Граф проводил Морган к стоявшему на возвышении креслу с высокой спинкой. Слева и справа от нее встали двое тощих мужчин; темные тени под глазами, как синяки, выделялись на их бледных лицах.

Выглядывая из-за края гобелена, Бетси наблюдала за сценой в углу помещения.

– Уберите этих упырей, – сказала Морган заплетающимся языком.

«Она под действием наркотика», – подумала Бетси.

– Нет, я думаю, им лучше побыть рядом с вами, – возразил граф. – Будьте хорошей девочкой и не вмешивайтесь, иначе нам придется привязать вас к креслу. Это было бы очень недостойно. Особенно для той роли, которую вы сегодня исполните.

Он позвал женщину, которую Бетси не могла разглядеть, и распорядился:

– А теперь приведите доктора Пэт.

У Бетси подскочило сердце, когда ввели ее мать в наручниках. Женщина с волосами цвета фуксии усадила ее в тяжелое деревянное кресло с кожаными ремешками на подлокотниках. Бетси слышала треск застежек-липучек, когда та расстегивала ремешки, а потом снова застегивала на запястьях матери.

– Добрый вечер, доктор Пэт, – сказал граф. – Добро пожаловать на четырехсотлетие ареста графини. Приступим же к нашему ночному торжеству.

Он отвернулся от пленницы и подошел к накрытому кружевной скатертью столу.

Бетси наблюдала, как граф с глубоким почтением потрогал лежащие там предметы – графин, золотую воронку, – потом, развязав веревку и открыв кожаный кошель, вытащил блестящее лезвие. Потом еще одно. Улыбнулся. Затем прикоснулся к серебряной ложке. И, наконец, хлопнул ладонью по «Красной книге»; кончики его пальцев задержались на словах Юнга.

– Это «Красная книга», – сказала Морган, усиленно моргая в отчаянной попытке прояснить мысли.

– Ах! Вы знакомы с шедевром Юнга?

– Зачем? Зачем она у вас?

– Это путешествие души. Дневник безумца, не испугавшегося темноты. Я тоже ее не боюсь и принимаю с радостью. Я напишу свой собственный шедевр. Кровью.

Тут он нахмурился и снова дотронулся до ложки.

– Акош, Андраш. – Он что-то сказал по-венгерски двум стражам, охраняющим Морган.

Они оба взглянули на рыжеволосую молодую женщину, потом вышли и тихо закрыли за собой дверь.

– Куда вы их отослали? – пробубнила Морган.

– Не беспокойтесь, моя красавица, – сказал граф. – Лучше расслабьтесь. Сегодня вы должны просто получать удовольствие.

Грейс молча пыталась вырваться из кожаных уз.

Граф перешел к дальней от Бетси стене, тоже закрытой старинным гобеленом, и приподнял угол портьеры, висевшей рядом с портретом графини Батори. Там оказался вмурованный в камень сейф.

Набрав кодовую комбинацию, граф открыл его и вытащил богато украшенную шкатулку из черного дерева и слоновой кости.

Бетси наблюдала, как он перенес шкатулку на стол, открыл и серебряной ложкой зачерпнул из нее какой-то белый порошок. Потом взял нож и, тщательно выровняв с краями ложки, высыпал порошок в большой графин.

– Что это? – спросила Грейс. – Что вы туда кладете?

– Неконтролируемое желание, – ответил он, посмеиваясь, и тут же, заметив ее напряженный взгляд, поправился: – Нет, нет, шучу, – и плотно закрыл крышку шкатулки. – Сегодня мы добавим амброзии. Это всего лишь щепотка специй.

Морган, пошатываясь, привстала с кресла.

– НЕТ! – крикнул граф и быстро вытянул руки, прикрывая шкатулку. – Оставайтесь на месте или будете наказаны.

Грейс прищурилась, ее глаза стали как щелки.

– Вы накачиваете их наркотиками, – сказала она. – Что это? Героин? Их глаза, зубы…

Граф обернулся к ней.

– Ни слова больше, доктор Пэт. Предупреждаю…

– Они все наркоманы. Вот почему они такие бледные и тощие. Они наркоманы, а не вампиры!

Весь кипя, граф быстро подошел к ней и ударил по лицу. Бетси чуть не бросилась из своего укрытия, но что-то удержало ее.

– Заткнись! – крикнул граф. – Они питаются кровью – и не могут без нее жить!

– Вы хотите устроить культ вампиров, – медленно проговорила Грейс, – но ведь это всего лишь кучка свихнувшихся нариков.

Морщины у него на лбу углубились. Он посмотрел на отпечаток своей руки на щеке Грейс.

– Ты полное дерьмо! – крикнула Морган. – Ты только что ударил беспомощную пожилую женщину!

– Моя графиня… – проговорил граф, обращаясь к молодой женщине. – Не слушайте ее. Я создал совершенный мир по вашему образу и подобию.

– Никакая я не графиня, – сказала Морган, мотая головой. – Не эта психопатка-графиня. А вот ты – просто псих.

Его глаза расширились.

– О, радость моя… Не говорите так. Я ведь преклоняюсь перед вами!

Батори попытался взять ее за руку, но Морган отдернула ее.

– Не приближайся ко мне!

Дикий огонь заплясал в его глазах, щека задергалась.

– Смотрите, я доставлю вам удовольствие. – Он пролаял приказания в переговорное устройство. – Вот увидите. Развлеку вас неимоверно. Я во всем следовал вашим предпочтениям…

– Пошел к черту, мерзкий ублюдок!

Батори молча уставился на нее. Он снова насупился, дикий огонь в глазах погас.

– Конечно, – сказал он. – Мне лишь на мгновение показалось, что вы – это она.

– Вот именно, показалось!

Вернулись два охранника. Граф Батори что-то пролаял им по-венгерски, и Андраш взял веревку, висевшую на торчавшем из стены стальном штыре.

– Теперь вас свяжут, моя госпожа. Больше я не потерплю, чтобы мне мешали, – сказал Батори.

Стражи схватили ее и, несмотря на ее попытки вырваться, стали привязывать ей руки к креслу.

Тут вошла девочка со связанными руками. Ее лицо было неестественно бледным, словно она никогда не видела солнца.

– Óна, подведи ее сюда.

– Дейзи! – закричала Морган, все еще борясь со стражами и веревкой.

Дейзи бессмысленно уставилась на нее, не узнав.

– Вы и ее накачали… Дейзи!

Лицо графа Батори скривилось в улыбке.

– Да, но ей дали препарат куда сильнее, чем вам. Ваш – чтобы успокоить, не более того. А ее… Я бы сказал, что она перенеслась в иное измерение.

– Дейзи! Это Морган. Дейзи!

Ответом был тот же бессмысленный взгляд.

Но постепенно в нем угадывался какой-то проблеск. Проблеск узнавания. Смутные воспоминания в дальних уголках ее сознания…